А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Да-да, конечно, я понимаю! Простите меня, но я совсем потерял голову от радости! Знаю, что вы смертельно устали. Это было очень трудное путешествие, но теперь уже все позади. Вы сами-то понимаете это? Вы выдержали!
Эрик и Труд лишь кивнули, не в силах сказать ни слова. Промолчала и Идунн.
— Ладно, идемте спать. — Хеймдалль помог ребятам подняться. Он отвел их в соседнюю комнату, где стояли широкие лавки, устланные толстыми, мягкими шкурами. — А сам я пойду наружу и покараулю. Можете спать спокойно — теперь я с кем угодно справлюсь, — прибавил он и гулко стукнул себя в грудь, как настоящая горилла. — Спите и набирайтесь сил, чтобы стать такими же бодрыми, как я, и поскорее отправиться в Асгард. Там давно уже с нетерпением ждут вас! И все же, что за чудесный день для всех нас! — не унимался Хеймдалль. Он, видимо, никак не мог успокоиться. — Ну вот и Ховварпнир может еще немного побыть с Золотой Челкой, — хитро улыбнулся он, подмигивая Труд. — Помните, как вы были у меня тут в прошлый раз?
Труд кивнула и улыбнулась Эрику. Наконец Хеймдалль вышел, и они смогли спокойно улечься в постель.
Выйдя на улицу, Хеймдалль уселся на своем обычном месте у ворот Химинбьерга и стал греться на солнышке. Великаны, тут же появившиеся неизвестно откуда, взирали на него с изумлением. Это был совсем другой Хеймдалль — ие жалкая развалина, каким они видели его еще совсем недавно, а молодой сильный воин, настоящий грозный страж.
Они не понимали, каким образом произошла с ним эта перемена, и решили не подходить слишком близко к богатырю асу. По всему было видно, что он бы не задумываясь пустил в ход свой грозный меч.
Эрик проснулся первым, когда день уже начал клониться к закату. Вставать мальчику не хотелось. Он повернулся на бок и взглянул на Труд. Застыв в такой позе, он долго смотрел на подругу, потом осторожно провел рукой по ее лицу, погладил мягкие волосы.
Труд улыбнулась сквозь сон.
— Ты правда так думаешь? — пробормотала она.
— Да, — прошептал Эрик, — это правда. — На глазах его блеснули слезы — то были слезы облегчения. — Я уверен в этом и хочу этого больше всего на свете!
Труд глубоко вздохнула, на губах девочки заиграла счастливая улыбка. Она вновь погрузилась в причудливый мир девичьих грез.
Эрик тихо заплакал от переполнявших его чувств.
Часом позже Труд и Идунн проснулись. В тот же самый момент в комнату вошел Хеймдалль.
— Добрый вечер! — с улыбкой сказал он. — Ну как вы, выспались?
— Я, во всяком случае, да, — бодро воскликнула Труд, сладко потягиваясь. — А какие замечательные сны мне снились, если б вы только знали!
— Я тоже впервые за сто лет спала так хорошо, — весело сказала Идунн.
— Как же это приятно — снова растянуться на мягкой медвежьей шкуре!
— Неужели ты все то время, чтобы была в плену у Утгарда-Локи, вынуждена была стоять навытяжку в той тесной яме? — ужаснулся Эрик.
— Да, — отвечала Идунн, — там даже не было места, чтобы лечь. К счастью, со мной были мои яблоки, благодаря им мне удалось остаться юной и бодрой. Достаточно было время от времени откусывать по маленькому кусочку. И все же, поверьте, это было совсем не весело!
От удивления глаза Эрика широко распахнулись. «Вот бы попробовать этого яблочка!» — подумал он.
— Нет уж, лучше не стоит! — рассмеялась Идунн. — Ты еще так молод, что, того и гляди, снова окажешься в животе матери. Впрочем, если ты действительно этого захочешь…
— Нет, конечно же нет. Мне и тут хорошо! — Эрик нежно обнял Труд.
— Ладно, вам пора двигаться дальше, — превал их Хеймдалль, — не то, чего доброго, вы и впрямь решите остаться тут навеки. А ведь вас ждут не дождутся в Асгарде.
— Верно, нам надо собираться, — поддержала его Труд, вставая.
— Я уже успел зайти к Ховварпниру и Золотой Челке, — продолжал Хеймдалль. — Видно, они зря времени не теряли. Ховварпнир полон сил и горячится, как орел в ветвях Иггдрасиля!
— Что ж, прекрасно, — сказал Эрик, — тогда — в путь!
Они прошли в конюшню. Ховварпнир с веселым ржанием выскочил им навстречу. Голова коня была высоко поднята, хвост развевался. Еще мгновение — и путешественники сидели на нем у самого въезда на Биврест.
— Счастливого вам пути! — сказал Хеймдалль. — Хотелось бы как-нибудь снова вас увидеть и послушать рассказ об этом удивительном путешествии — наверняка он будет долгим и интересным.
— Да уж, тут ты прав, — вздохнул Эрик.
— Отсюда поезжайте все время прямо, — напуствовал Хеймдалль. — Да вы и сами знаете дорогу. Никуда не сворачивайте и скоро доберетесь до дома!
Труд прошептала что-то на ухо Ховварпниру. Конь, задрав голову, громко заржал и сорвался с места.
Вскоре Хеймдалль н Химинбьерг остались далеко позади и скрылись из виду. Прошло еше некоторое время, и впереди замаячили стены Асгарда. Эрик весело осматривался по сторонам. Теперь уже им ничто не грозит, они в безопасности. Мальчик радовался, представляя себе, как они вместе с Труд, Идунн и ее яблоками торжественно вступят в Вальгаллу. То-то праздник там будет!
Внезапно прямо над их головами раздался громкий шум крыльев. С безоблачного неба на них несся исполинский темный орел. Громадные лапы его с мощными когтями были грозно растопырены, острый клюв направлен на них.
— Берегитесь! — В ужасе вскрикнула Идунн, пригибаясь к самой спине коня. — Это Утгарда-Локи, я узнала его! Когда он похитил меня из Асгарда в прошлый раз, он был точно в таком же орлином обличье!
Эрик встрепенулся, мгновенно вскочил ногами на спину Ховварпнира и резко выпрямился. В руках его блеснул Муддур, выросший вдруг до небывалых размеров. Однако орел не стал его атаковать. Видно было, что жертвой своей ои избрал Идунн. Он лишь хрипло кричал и косился на мальчика и Труд страшными, налитыми кровью глазами.
Орел вонзил свои когти в мешок с драгоценными яблоками; на ребят градом посыпались темные перья.
Но и Эрик не терял времени. Собрав все вилы, он вонзил свой Муддур глубоко в грудь орлу. Тот закричал, судорожно забил крыльями, все тело его содрогнулось, голова откинулась назад, из раскрытого клюва вырвался душераздирающий вопль, потом другой, еше громче, и наконец чудовищная птица выпустила мешок!
Отчаянно взмахнув крыльями, орел освободился от клинка Эрика и тяжело поднялся в воздух. С огромным трудом, вихляя и едва не падая, он полетел обратно в ту сторону, откуда появился. Из зияющей на груди раны рекой текла кровь.
Эрик вздохнул с облегчением и вложил Муддур в ножны.
— Снова пронесло! — пробормотал он.
— Мне кажется, ты нанес королю великанов смертельную рану, — воскликнула Идунн, глядя иа мальчика расширившимися от восхищения глазами.
— Вот это да, Эрик! Понимаешь, ты победил его!
Эрик снова вздохнул.
Тем временем Ховварпнир помчался еще быстрее и как на крыльях влетел в Асгард. Наконец-то они были в полной безопасности!
В этот самый момент из Асгарда через отверстие в стене вылезла какая-то старуха. Она обернулась, кинула на обитель асов последний взгляд, тяжело вздохнула и, поплотнее запахнув свой драный балахон, скрылась во мраке.
Ее никто не видел. Все асы и асини, а также их слуги и карлики собрались в ожидании Эрика, Труд и Идунн с ее драгоценными яблоками у стен Вальгаллы.
Они в молчании сгрудились на лугу перед огромным замком Одина, Седые, сгорбленные старцы и старухи, они представляли собой довольно жалкое зрелище. Некоторые были уже настолько слабы, что даже ноги их не держали: одни вынуждены были присесть иа скамьи, вынесенные специально для них, другие устроились прямо на земле.
Подскакав к ним, Ховварпнир застыл как вкопанный. Когда трое утомленных путников слезли с его спины, смолкли последние разговоры — в толпе установилась мертвая тишина.
Труд, увидев отца, бросилась к нему на шею. Не в силах дольше сдерживаться, девочка разрыдалась. То былн слезы облегчения после страшного напряжения всех сил, бесчисленных страхов и ужасов, выпавших на долю ребят. Тор крепко прижал дочь к груди.
Идунн некоторое время стояла в нерешительности, с удивлением и жалостью глядя на окружавших ее стариков. Потом приблизилась к Одину. Верховный владыка восседал на своем Хлидскьяльве, специально вынесенном сюда и установленном прямо на траве. По обе стороны от него застыли огромные волки; на плечах Одина, как обычно, сидели два черных ворона. Из-за спины трона выглядывала Фригг — его неизменная надежная опора ва все времена.
Длинные, почти до самой земли, белоснежные волосы Одина волновались, как морская пена, от дрожи нетерпения, сотрясавшей все тело старика.
Идунн протянула ему мешок с яблоками молодости.
— Спасибо! — взволнованно сказал Один и умолк, не в силах произнести больше ни слова.
К Идуин подошел ее муж Браги — бог поэзии. Оба просияли и крепко обнялись.
Эрик остался возле Ховварпнира. Конь ласково терся своей мордой о щеку мальчика, словно желая приободрить и утешить его. Эрик чувствовал, как к горлу его постепенно подкатывает горький ком; не зная, что ему теперь делать, он продолжал стоять на месте.
Внезапно взгляды собравшихся будто по команде обратились на мальчика; вокруг снова все стихло.
Один поднялся на ноги, и все остальные сидевшие также встали. Долго в полном молчании смотрели они на того, кто вернул нм самое дорогое из сокровищ Асгарда.
Издалека донеслись воинственные крики эйнхериев. Постепенно они становились все слышнее, в них начал угадываться определенный стройный ритм. Видимо, воины подходили все ближе и ближе. Прошло еще несколько минут, и мальчик увидел их — они приближались со всех сторон, накатывались волнами — огромная серая масса. Пара мгновений — и весь луг ожил, заполненный воинами, бьющими в свои щиты. Тысячи древних викингов, отбивая такт, подходили все ближе к группе асов и асинь, окруживших со всех сторон Эрика и его благородного скакуна. Вот они остановились, сомкнулись плечом к плечу; куда ни посмотри, везде кругом видны были их суровые лица.
— Ты
и дочь Тора, Труд,
честь заслужили по праву! —
произнес Один, воздев обе руки к небу.
Внезапно все опять стихло. Оба волка Одина задрали свои морды вверх и протяжно завыли, потом умолкли и они.
Один поднял свое знаменитое копье Гунгнир, возложил его на плечо Эрика и сказал:
— Эрик — сын человека,
асов спаситель.
Мы преклоняем колена
перед тобою!
С этими словами Одни отложил Гунгнир а сторону, подошел вплотную к Эрику, медленно встал перед ним на колени в склонил голову до самой земли.
Долго он стоял так, потом наконец поднялся и взглянул мальчику в глаза.
— Спасибо тебе, мой мальчик! — молвил он. В единственном глазу старого аса блеснула слеза.
Эрик почувствовал, что ноги у него подкашиваются. Он не в силах был больше сдерживать слезы, и наконец расплакался.
Тор выпустил из объятий Труд и протиснулся к мальчику.
— Ну, будет тебе, будет, Эрик! Я понимаю, что ты сейчас должен чувствовать, — сказал он, положив руку мальчику на плечо, — Пойдем со мною. Все уже позади. Идем, Ховварпнир последует за нами!
Он медленно повел Эрика сквозь толпу асов и асинь. Эннхерии почтительно расступилась, давая дорогу Тору, Труд, Эрику и Ховварпниру. Снова мечи ударили в шиты, и над лугом опять раздался ритмичный грохот.
Сив уже поджидала их в Трудвангаре.
Глава 43
— Мы все наблюдали за вами с огромным волнением, — сказал Тор, когда они миновали грохочущее живое море эйнхериев и ребята могли уже расслышать его слова. — Самым страшным, что вам пришлось пережить, была, несомненно, встреча с Нидхеггом в подземном мире, а также путешествие через Железный Лес в Ётунхейме.
— Но откуда ты все это знаешь? — с изумлением спросил Эрик.
— О Нидхегге нам рассказала белка Рататоск. Помните ту маленькую белочку, которую вы видели в одном из темных подземных коридоров?
— Да! — еще не все понимая, воскликнул Эрик.
— Это и была Рататоск, живущая в кроне Иггдрасиля. Она все время бегает взад-вперед по стволу Мирового древа между Асгардом и подземным миром. А Хугин н Мунин, вороны Однна, где могли, сопровождали вас в Ётунхейме.
— Очевидно, они и были те два ворона, которых я видел в Железном Лесу, — сказал Эрик.
— Несомненно. Они приглядывали за вами. А когда возвращались обратно домой в Вальгаллу и рассказывали о ваших приключениях, нам всем показалось, что мы слушаем новую главу какой-то увлекательнейшей повести.
— Еще бы! Это был кошмарный лес. Так, выходит, ты знаешь, что, кроме этого, мы встречались также и с Феярнром-волком, и с Локи, и со Скади, и с Гроа, и со всеми остальными?
— Да, мы это знаем. А Ода вы там тоже встретили? — спросил Тор.
— Хм, давайте лучше не будем об этом, — попросила Труд.
— Ну ладно, ладно. Оставим эту тему! Наконец то все позади! — Тор ласково привлек к себе Труд и Эрика. — Обещаю, как только мы придем в Бильскирнир, вы первым делом отправитесь в баню и хорошенько вымоетесь. Мне думается, вам это совсем не повредит, а кроме того, глядишь, сумеете вместе с грязью освободиться от кое-каких особенно неприятных воспоминаний. Я же тем временем позабочусь о Ховварпнире, чтобы он ни в чем не чувствовал недостатка.
Ховварпнир негромко всхрапнул.
— Мне кажется, что ему сейчас действительно нужно, так это поваляться как следует на сочной травке, постоять в стойле в тишине и покое несколько дней да еще хорошенько отъесться, — заметила Труд.
Ховварпнир одобрительно заржал: по-видимому, девочка попала в самую точку.
— Сив приготовила вам новую чистую одежду, — продолжал Тор. — Когда помоетесь, приходите к нам на кухню — полакомимся на славу! Сив чуть ли не весь день стряпала.
Эрик вздохнул полной грудью. Теперь он наконец по-настоящему ощутил себя дома. Труд из-за спины Тора лукаво улыбалась ему.
Эрик первым вымылся и пришел на кухню. Сив с помощью Моди вращала на вертеле над очагом огромную тушу быка. Щеки асиин раскраснелись; когда она повернулась к Эрику, глаза ее сверкали счастливым блеском. Золотые волосы сияли в бликах пылающего огня. Юная, красивая, статная, стояла она у жаркого пламени. На лице ее выступили капельки пота.
Наконец пришел и Тор. Он также сильно изменился внешне. Весь облик его дышал силой. Божественная мощь исходила от него, улыбка светилась радостью. Подойдя к Эрику, ас-воитель сел рядом с ним на лавку. Сив тут же поднесла им золотые кубки.
— Спасибо, — поблагодарил жену Тор. — Я хочу выпить с тобой, сынок!
— воскликнул он, обращаясь к Эрику, и высоко поднял свою чашу.
Эрик также взял кубок и отхлебнул теплого сладкого меда.
— И как только можно жить без этого чудесного золотого напитка? — как бы невзначай пробормотал Тор и рассеянным движением откинул со лба прядь волос. «Смотри-ка, верно!» — подумал Эрик, увидев у Тора во лбу глубоко засевший осколок точила Хрунгнира, который некогда безуспешно пыталась извлечь Гроа.
Мальчик улыбнулся, однако, услышав следующие слова Тора, сразу посерьезнел.
— Я знаю, как это было сложно для тебя, — начал он. — Прекрасно понимаю, насколько было тяжело! Но поверь, и мне было немногим легче.
Возникла долгая пауза; Эрик напряженно ждал продолжения.
Наконец Тор нарушил молчание;
— Ну а теперь…
В этот момент в кухне появилась Труд, и Тор умолк. Моди и Сив стояли к ним спиной, неторопливо поворачивая над огнем бычью тушу. Поскрипывание вертела и шипение падавших на угли капель жира были единственными звуками, нарушавшими воцарившуюся тишину.
Эрик посмотрел на Труд и тут же отвел глаза. Труд тихо села. Когда Эрик взглянул на нее, девочка вся как бы съежилась. Но Эрик уже принял решение. Никаких колебаний у него не было. Он встал было, желая что-то сказать, однако Тор удержал его, положив руку на плечо.
— Погоди, — сказал он, — сядь. Есть одно дело, которое я хотел бы уладить прямо сейчас. Но сперва я кое-что тебе покажу. — Тор вышел из кухни и вскоре вернулся, неся в руках большой камень. Он со стуком опустил его на пол у самых ног Эрика. — Посмотри-ка хорошенько на этот камень! — сказал он мальчику, усаживаясь на лавку напротив него. — Ну вот, а теперь слушай:
— Однажды меня долго не было дома — я ездил в Ётунхейм бить великанов. А когда наконец вернулся, узнал, что в мое отсутствие Сив обещала отдать Труд в жены одному карлику по имени Алвис. Как это вышло — до сих пор для меня загадка, однако Алвис славился своим умом и, вероятно, какой-то хитростью выманил у Сив это обещание.
Труд, конечно же, не хотелось иметь мужем какого-то недомерка. Я, узнав обо всем, также пришел в ярость, но мне не удалось дать выход своему гневу, ибо нигде я не мог найти этого Алвиса.
Но вот как-то вечером он сам пришел к нам в дом, чтобы забрать Труд. Тут-то я и накинулся на него. Алвис никогда меня до тех пор не видел и не знал, кто я такой, поэтому отвечал мне весьма дерзко.
Когда я выложил ему, что я — отец Труд и также имею право высказаться по поводу того дела, что сладили они с Сив, поджилки у него затряслись. Я сказал тогда, что не желаю отдавать свою дочь первому встречному и, если на то пошло, именно я хозяин в своем доме и могу сам решать то, что связано с будущим моей дочери!
Алвис весь съежился и стал, казалось, еще меньше, чем был на самом деле. Я даже пожалел его. «Хорошо, ты получишь Труд, но при одном условии, — сказал я. — Докажи, что по праву носишь свое имя, и ответь на все мои вопросы!»
Карлику не оставалось ничего другого, как согласиться — очень уж он хотел получить в жены Труд. И вот я начал спрашивать. Как называют солнце у асов? Как называют его у ванов, у альвов, у карликов и великанов? Как звучит оно на языке поэзии? И так далее… Как называют луну, землю, камни, воду, огонь, деревья, птиц? И прочее все в том же духе. На все это Алвису пришлось отвечать, и он отвечал, ибо действительно был очень умен. Однако, оказалось, не во всем!
Он был из тех карликов, которые не выносят солнечного света. А я задавал ему свои вопросы всю иочь напролет. Но Алвису так хотелось получить Труд и он так увлекся, отвечая на вопросы, что совсем позабыл о времени. И вот, внезапно, над горизонтом взошло солнце.
Алвис, как говорим мы тут, в Асгарде, «попался». Едва солнечные лучи коснулись его, он превратился в камень. Вот он — лежит перед тобой! — И Тор пнул ногой принесенный им камень.
— Ну зачем же ты его так, — попытался урезонить Тора Эрик.
— Не страшно, он ведь камень — ничего не чувствует. Так вот, Эрик — сын человека, а теперь послушай, что я скажу!
— Не надо, папа! — взмолилась Труд.
— Нет, надо! Сейчас — или никогда!
Труд умолкла и спрятала лицо в ладонях.
— Эрик — сын человека! Тебе не придется отвечать ни на какие вопросы. Ты уже выдержал испытание, и выдержал с честью!
Тор поднялся, Сив и Мод подошли и встали рядом с ним. Все они смотрели на Эрнка.
Мальчик, заметно смущенный, тоже встал. Он хотел было что-то сказать, но Труд перебила его.
— Папа! — воскликнула она. — Папа! — Выскочив из своего темного угла, она бросилась Тору на шею. Тот ласково погладил дочь по волосам. Потом обернулся к Сив.
— А ты какого мнения? — спросил он у нее.
— Того же, что и ты, — отвечала она.
Услышав это. Труд оглянулась, внимательно посмотрела на Эрика и подошла к нему.
Заглянув ей в глаза, Эрик улыбнулся счастливой улыбкой.
— Вот так-то лучше, и не о чем тут больше говорить, — громко расхохотался Тор. — Пора садиться за стол!

СКАЗОЧНЫЙ МИР БОГОВ И ВЕЛИКАНОВ
Алвис — «премудрый, всезнающий» — хитроумный карлик, сватавшийся к Труд и отвечавший всю ночь на вопросы Тора. Утром попал под лучи солнца и превратился в камень.
Альвы — добрые карлики.
Альвхейм — страна светлых (добрых) альвов.
Ангрбода — великанша, возлюбленная Локи, у которой от него родились волк Фенрир, Мировой Змей и Хель.
Андхримнир — повар Одина в Вальгалле.
Ас, асиня, асы — род главных богов в скандинавской мифологии.
Асгард — светлый мир богов.
Аск — «ясень» — первый мужчина, созданный асами.
Аудхумла — огромная корова, вскормившая своим молоком великана Имира.
Бальдр — «господин, повелитель» — второй сын Одина, самый красивый из всех асов.
Баррей — название места — леса или рощи (может быть, и острова), — где Фрейр встретился со своей возлюбленной — великаншей Герд.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32