А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Клэптон Эрик

Возврат К Прошлому (Интервью)


 

На этой странице выложена электронная книга Возврат К Прошлому (Интервью) автора, которого зовут Клэптон Эрик. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Возврат К Прошлому (Интервью) или читать онлайн книгу Клэптон Эрик - Возврат К Прошлому (Интервью) без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Возврат К Прошлому (Интервью) равен 8.6 KB

Клэптон Эрик - Возврат К Прошлому (Интервью) => скачать бесплатно электронную книгу



КЛЭПТОН ВОЗВРАЩАЕТСЯ К ПРОШЛОМУ
Ни у одного, даже самого взыскательного меломана, нет
сомнений в том, что Эрик Клэптон заслужил право быть введенным
в галерею классиков еще при жизни. Весной 1988 года вышел его
биографический, состоящий из нескольких пластинок альбом
"CROSSROADS" (перекрестки) - детальная хроника его двадцати-
летней творческой деятельности. Разрушив барьер сложившихся
музыкальных стереотипов, Клэптон с честью выдержал экзамен на
творческую зрелость. Его последние концерты, по отзывам компе-
тентных критиков, "превосходны, игра безукоризненно точна и
артистична". В конце 1988 года в интервью Дэвиду Фрике из аме-
риканского журнала "Роллинг стоун", которое мы публикуем с
сокращениями, Эрик Клэптон подробно рассказал о своих музы-
кальных склонностях и сомнениях.
- В течение всей своей музыкальной карьеры ты пытался
увязать музыкальные амбиции со стремлением стать звездой. Тебе
не кажется, что "Crossroads" в действительности усиливает эту
проблему? Конечно, это комплимент - что ты стал легендой еще
при жизни, однако, альбом подчеркивает твое прошлое, и это по-
казывает, что лучшие работы уже позади...
- Наиболее трудно мне осознать то, что я публикую матери-
ал, современный материал, и к нему не относятся с таким же
уважением, как к тому, с чем его сравнивают. Это как будто два
разных музыканта живут под моим именем. Я встречаю многих лю-
дей, которые говорят: "А... да, вы были в "Крим". Великая
группа..." Это как будто с тех пор ничего не произошло. Тем не
менее я не беспокоюсь об этом. Я лучше буду записывать
пластинки для людей, которые раньше меня вообще не слышали,
потому что они будут слушать мою музыку, не скованные стерео-
типами. Это лучше, чем писать песни для тех, кто слушал меня
все эти годы и постоянно педантично сравнивал мою игру с прош-
лыми записями. Иногда можно улучшить то, что было в прошлом,
но нельзя изменить. Всегда будут люди, утверждающие, что тогда
я играл лучше.
- Было ли время, когда такая критика причиняла тебе боль?
- В 70-е годы атаки критики довели меня до того, что я
стал скрываться от нее. Я не доверял никому, потому что думал,
что сыграл уже все, что мог. Все, казалось, помешались на моем
участии в "Крим" и не понимали, что для меня это был пройден-
ный этап. Вот почему в то время я практически забыл про гитар-
ные соло. Нервы мои были расстроены...
- Хронологически "Crossroads" показывает контраст между
твоей приверженностью блюзам в 60-х годах и последующим упором
на песни и студийную работу.
- Это совершенно правильно. Но для меня все это не явля-
ется таким контрастным. Я все еще весьма заинтересован в прод-
вижении вперед, но более медленно, чем раньше, и не вижу осо-
бой привязанности к какой-либо определенной музыкальной форме.
Я наслаждаюсь более широким музыкальным спектром. Когда мне
было 20 лет, я был увлечен только музыкой. Это был тот период,
который я не хотел бы снова повторить, поскольку за это время
многое пропустил в жизни. Теперь я наслаждаюсь этой жизнью.
Музыка может стать очень наполненной. Пострадала ли за это
время моя музыка или нет, не так уж и важно, поскольку жизнь
стала гораздо интереснее.
- "Crossroads" начинается с довольно подходящей вещи -
твоей первой демонстрационной записи с "Ярдбердз" в конце 1963
года. Ты помнишь что-нибудь из тех концертов?
- Первый раз я тогда услышал свой звук со стороны, и это
шокировало меня. Я понял, как неуклюже звучал. Что казалось
таким сложным и гладким, когда я играл, оказалось очень грубым
при воспроизведении... Мы тогда очень нервничали.
- Какие амбиции были у тебя, как у гитариста в то время?
- Я не думаю, что мои амбиции сформировались именно тог-
да. Я был в таком состоянии, что не понимал, чего хотел, но
знал, чего не хотел. Я устал от поп-музыки и стал пуристом
блюза, а с "Ярдбердз" работал, чтобы получить деньги. Тогда я
еще не решил, чем хочу заниматься. Когда я ушел из группы, это
было типичным примером вышесказанного. Мне не хотелось высту-
пать по телевидению с песенками. Когда я ушел из группы, то
ушел практически в никуда и именно тогда стал понимать, чего
хочу.
- А что было дальше?
- Меня перекупили прежде, чем я смог решить хоть что-ни-
будь. Меня пригласил Джон Майалл. У меня была мечта о блюзовом
трио, именно таким трио должны были стать "Крим"7 А я начал
считать себя лидером группы. Однако в "Крим" на первый план
выступила более сильная личность Джека Брюса.
- Ты был в курсе своей популярности и всеобщего одобрения
как гитариста "Ярдбердз"?
- Вам вполне хватило бы пальцев на одной руке, если бы вы
начали считать, сколько белых гитаристов в то время играли
блюз. Я не хочу сказать, что Кейт Ричардс и Брайан Джонс не
делали это, однако они больше следовали за Чаком Берри и Бо
Диддли. Я больше хотел играть, как Фредди Кинг и Би-Би Кинг.
- К тому времени, как вышла пластинка "Bluesbreakers With
Eric Clapton" Джон Майалл присвоил тебе категорию звезды, ко-
торую он никогда не давал гитаристам типа Питера Грина и Мика
Тэйлора, игравшим с ним впоследствии. Не было ли у тебя ощуще-
ния приближающейся славы?
- Очень похоже, и я во многом использовал это для своего
благополучия. Причина, по которой Джон признавал это, было
давление, которое я на него оказывал. Я не говорю, что выпол-
нял агрессивную роль. Будучи долгое время лидером группы и
принимая все решения, он был поражен тем, что кто-то, кому он
музыкально мог доверять, пришел с чем-то новым.
- Музыкальный и эмоциональный настрой блюзовых икон типа
Роберда Джонсона и Мадди Уотерса был твоей целью как блюзмена?
- Они были настоящими, а я вначале был имитатором. Но
когда вы сами начинаете делать настоящие вещи и пытаетесь
сравнить их с тем, что делали раньше, то видите, как недалеко
вы ушли. Это - самое трудное. Вот почему я не захотел стать на
100 процентов блюзменом. Потому что понял, что буду всегда по-
зади своих учителей.
- Что привело тебя к решению покинуть группу Майалла?
- Не забудьте, что тогда мне был всего 21 год. Существо-
вало противоречие между двуединством парня, который был серь-
езным блюзменом и был также обычным молодым человеком. По мо-
лодости лет я хотел уйти из музыки и отправиться познавать
мир. Если бы не это, я бы целиком посвятил себя этой группе и
все еще играл бы с ними. Кроме всего прочего, я увлекался дру-
гими направлениями и стал считать, что Майалл движется "по
мертвой улице". А мне очень хотелось свободы.

- Первым синглом "Крим" вы неожиданно выпустили "Wrapping
Paper" - популярную песенку Джека Брюса и Питера Брауна, кото-
рая не была проникнута блюзом или джазом...

- Вы находите студию звукозаписи, помещаете туда группу,
но никогда не удивляйтесь тому, что будет записано там. То,
как Джек представил нам эту вещь, казалось весьма авангар-
дистским, так как от нас этого совсем не ожидали. Все они хо-
тели тяжелого рока, а мы сыграли хорошенькую танцевальную
песенку... Это прошло, но шокировало многих. Никто этого со-
вершенно не ожидал. Но когда они приходили на наши концерты,
то получали то, что хотели.

- Джек Брюс говорил о вашем концерте в Филлморе в 1967
году, что концерт был прекрасным, поскольку публика кричала:
"Играйте все, чего хотите..."

- С "Крим" любой из нас мог играть любое количество вре-
мени. Если бы вы поставили нас троих перед аудиторией без ли-
мита времени, концерт не кончился бы никогда. Может быть, нам
не следовало так роскошествовать, но мы ежедневно играли до
полуночи и даже больше.

- Как была написана песня "Sunshine Of Your Love"?

- За два дня до этого мы были на концерте Хендрикса в
лондонском театре "Сэвилл", когда он играл свой коронный ход в
этой вещи. Я и Джек Брюс были поражены. Джек никогда не слышал
этот ход раньше. Когда я в свое время познакомился с Хенд-
риксом, то сразу же понял, что это за гитарист. У Джека пони-
мание этого факта заняло четь больше времени. И через две ночи
после этого концерта он написал дома эту композицию, как
посвящение Джимми, а я придумал слова.

- Рифф принадлежал Джеку, все думают, что он твой?

- Нет, я не возьмусь приписывать себе чужие заслуги.

- Какую часть вещи написал ты?

- Припев и некоторую часть текста...

- Ты сказал, что вначале считал себя лидером трио. Ты не
думаешь, что "Крим" могли бы пережить свой кризис, если бы ты
меньше выпячивал свою персону?

- Этого нельзя было сделать. Я никогда не пытался, да и
сейчас не пытаюсь использовать личную власть, чтобы заставить
остальных музыкантов остаться в группе. Джек музыкально был
гораздо выше меня. Джинджер Бэйкер вообще не принимал участие
в битвах, а я никогда не устраивал сражений. "Крим" были груп-
пой, состоявшей из совершенно различных личностей. Когда мы
решили разойтись, все пошли своим путем. Мы не могли ничего
спасти и, возможно, не хотели. Через многие годы мы стали со-
жалеть об этом. Я все еще жалею о тех временах, о нашей друж-
бе. С тех пор я никогда не находил такой духовной близости с
кем-либо и обычно сохраняю некую дистанцию между собой и
остальными музыкантами.

- Твою следующую группу "Блайнд фэйт" наиболее часто
вспоминали впоследствии. Был ли ты и все остальные - Бэйкер и
Уинвуд - подготовлены к сверхожиданиям, которые возлагались на
вас?

- Я думаю, что Стив не был подготовлен. Я все-таки только
ушел из "Крим", когда мы начали играть вместе. Выступать для
большой аудитории было для меня вполне привычным. Когда мы на-
чали играть, то не были настолько близки друг к другу, чтобы
пережить все проблемы вместе.

- Что ты теперь думаешь о первом альбоме "Блайнд фэйт"?

- Это - прекрасный альбом. Мне нравится его музыкальная
раскованность. Он как будто записан во время супер-джемсэйшна,
хотя обладает и другими достоинствами.

- Вещь "Presence Of Lord" (божье присутствие - ред.) была
твоей первой серьезной попыткой самому написать песню. А поче-
му не ты пел ее на этом альбоме, а Уинвуд?

- Я не мог взять эти высокие ноты, такая тональность
слишком высока для меня. Когда Стив спел ее, я был поражен его
способностями вокалиста и до сих пор считаю, что, когда он
стоит рядом в студии, петь самому просто нелепо. Кроме того, в
то время никто не доверял мне как певцу, все считали, что я -
лишь гитарист...

- Был ли ты религиозен, когда писал эту песню?

- Эта вещь - просто рассказ о том, что происходило со
мной в это время. После ухода из "Крим" жизнь складывалась
неплохо. Образ мыслей располагал меня к дальнейшей работе. Это
- песня благодарности. Я совсем не религиозен и никогда не
был, но всегда считал, что нужно поблагодарить судьбу (или бо-
га) за то, что все складывается благополучно.

- Каков был твой вклад в первый альбом "Eric Clapton"? На
его обложке стоит твое имя, но по стилю и звуку это больше
альбом группы "Делани энд Бонни".

- Абсолютно правильно. Таким образом были осуществлены
музыкальные замыслы Делани, а мне это очень нравилось, так как
я многому научился в процессе работы. Делани был тогда моим
наставником, и с тех пор никто никогда не предлагал мне такое
сотрудничество.

- Хит-сингл "After Midnight" стал началом периода увлече-
ния стилем Дж. Дж. Кейла. Когда ты впервые услышал о нем?

- Через Делани, который был его старым другом. Он сыграл
мне оригинальный вариант этой песни, это было еще до того, как
я стал поклонником Кейла.

- Ты сознательно пытался подражать его манере пения?

- Нет. Петь, как он, очень трудно, таким полушепотом... Я
старался достичь золотой середины.

- Твоя пластинка с группой "Дерек энд зе доминос" пот-
рясла многих своей вокальной гармонией и гитарным звучанием.
Однако следующий альбом с ними так и не вышел, почему?

- Денежные проблемы и многие другие довели нас до того,
что мы уже не могли переносить друг друга. Помню, как однажды
я пришел в студию, когда за барабанами сидел Джим Гордон, и
почему-то стал говорить о барабанщике из другой группы. Я уже
не помню точно, что я сказал, но помню, как он вскочил и начал
кричать: "Почему ты не обратишься к нему, он сыграет лучше ме-
ня!" После этого он ушел из студии, и мы больше не работали
вместе...

- Остается какой-то печальный осадок после прослушивания
незаконченных вещей того периода на "Crossroads"...

- Эти записи с тех времен оставались в студии. Мне нра-
вится, что эти вещи сейчас опубликованы. Однако для меня это,
как закрытая книга, возвращения обратно не будет. А тогда нуж-
но было двигаться вперед, или спрятаться и отдохнуть.

- А что ты думал, когда через двадцать лет снова играл
песню "Layla"?

- Я горжусь, что написал эту песню, я наверное никогда к
этому не привыкну. Когда я играю ее, то все еще очень волнуюсь.

- Это одна из рок-песен, которые с полным основанием мож-
но назвать великолепными...

- А знаете? Этот рифф взят из песни Элберта Кинга. Мы до-
работали этот отрывок и ускорили темп. Когда я записывал сле-
дующие альбомы, то пытался снова воссоздать те чувства, кото-
рые были у меня в то время, а потом понял, что это бесполезно,
такого больше никогда не будет.

- В семидесятых годах ты, казалось, разлюбил гитару? На
таких альбомах, как "461 Ocean Boulevard" и "Slowhand" практи-
чески нет гитарных соло?

- В течение семидесятых годов я был склонен лечь на дно и
делать то, что делал, не прилагая особых усилий. Я был очень
рад, что просто живу на свете... В то время я очень устал от
гитарной гимнастики. Появление "Крим" и "Лед зеппелин" зажгло
многих гитаристов, которые всячески совершенствовали свою тех-
нику и пытались раздвинуть музыкальные границы. Чем больше я
это слышал, тем больше хотел прекратить такую гонку. Когда я
послушал в то время альбомы Дж.Кейла, то был поражен лаконич-
ностью его музыкальных решений и тем, как легко он обходился
без многих инструментов.

- В то время ты также проявил вкус к романтическим балла-
дам - типа "Let It Grow" и "Wonderful Tonight". Не было ли это
твоей тайной страстью?

- Песня "Wonderful Tonight" несет в себе изрядную долю
иронии. В свое время одна из пластинок Чака Берри, где была
пара баллад, поразила меня больше, чем дюжина рок-н-роллов.
Мне кажется, для большинства музыкантов мелодичная баллада -
один из способов отдохнуть и стать самим собой...

- Что ты думаешь о своих альбомах семидесятых и начала
80-х?

- Я не могу считать, что они ничего не значат. Если бы я
делал их сейчас, то они получились бы, без всякого сомнения,
лучше. Но тогда - эмоционально и физически я был очень подав-
лен и не был способен на большее. Сейчас я не играю на концер-
тах те вещи с этих пластинок, которые мне не нравятся.

- Возможно, что твой музыкальных успех связан с теми, кто
играет с тобой на пластинках, например, на "Money And
Cigarettes" - Элберт Ли и Рай Кудер, а на "Behind The Sun" -
Фил Коллинз. Что ты ищешь в тех, с кем сотрудничаешь?
- Я веду себя очень пассивно. Если среди участников су-
ществует сильный характер, я предоставляю ему возможность про-
явить себя не пытаясь стать во главе и изменить направление
событий. Не люблю музыкальных соревнований. Если на сцене дру-
гой гитарист начнет показывать себя, я не буду с ним состя-
заться. Я дам ему поиграть, а когда придет мой черед, буду
исполнять то, что собирался, не обращая внимания на его выкру-
тасы. В конце концов люди могут сказать, что две моих послед-
них пластинки ("Behind The Sun" и "August" - ред.) это работа
Фила Коллинза. Прекрасно, если это все, что они услышали, зна-
чит они не слышат того, что надо бы слышать. Я играю так в
полную силу, но не стараюсь соревноваться. Мне нравится пре-
доставлять людям быть самим собой...

- Как тебе понравилось играть с Робертом Крэем в прошлом
году? Он не просто подлинный раритет, молодой черный исполни-
тель блюзов, но он также вдохновляется твоими ранними работа-
ми, как и работами великих типа Элберта Кинга и Би-Би Кинга.

- Тяжелее всего мне было понять, что Роберт Крэй - это
молодой интеллигентный негритянский музыкант, которые не хочет
исполнять традиционную негритянскую музыку, а стремится сохра-
нить блюз в его оригинальной форме и обогатить его. КОгда я
понял это, все остальное понять было элементарно. Замечатель-
но, что он знает мои работы и они ему нравятся так же, как и
работы Кинга с Хендриксом. Этот парень - просто феномен. Вам
следовало бы послушать его вариации а-ля Хаулин' Вулф, у вас
волосы встали бы дыбом. Мне многие говорили, что его саунд
очень похож на звучание гитары великого Элберта Кинга. Однако
на сцене это - Роберт Крэй и никто другой.

- Что осталось тебе еще приобрести как блюзовому гита-
ристу?

- Простоту. Если вы много упражняетесь и избегаете оче-
видных ходов, тогда из музыки уходит надуманная сложность. Я
считаю, что эта сложность практически не нужна.

- Какую роль гитара играет в твоем звучании?

- Это все еще мой голос. Когда у меня в голове возникает
музыкальный отрывок, я слышу не саму песню, а только партию
гитары. Я накладываю на нее слова и исполняю. Гитара в любом
случае в моей голове первична, я использую ее в качестве го-
лоса и пытаюсь выразить через нее душу. У меня нет способ-
ностей певца, поэтому приходится приковывать внимание слушате-
лей к гитаре...



Клэптон Эрик - Возврат К Прошлому (Интервью) => читать онлайн книгу далее