А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Сэлинджер Джером Дейвид

Дебютные рассказы


 

На этой странице выложена электронная книга Дебютные рассказы автора, которого зовут Сэлинджер Джером Дейвид. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Дебютные рассказы или читать онлайн книгу Сэлинджер Джером Дейвид - Дебютные рассказы без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Дебютные рассказы равен 14.28 KB

Сэлинджер Джером Дейвид - Дебютные рассказы => скачать бесплатно электронную книгу



Сэлинджер Джером
Дебютные рассказы
Джером Дейвид Сэлинджер
Рассказы (1940-1948)
ПОДРОСТКИ (The young folks)
Ближе к одиннадцати, удостоверившись, что вечеринка удалась - даже сам Джек Делрой ей улыбнулся, - Люсиль Хендерсон заставила себя посмотреть в ту сторону, где в большом красном кресле с восьми часов вечера сидела Эдна Филлипс - курила сигареты, громким голосом через всю комнату здоровалась со знакомыми и сохраняла самое оживленное выражение на лице и во взгляде, который никто из мальчиков и не думал ловить. Да, она все там же. Люсиль Хендерсон вздохнула, насколько позволяло тугое платье, нахмурила свои почти невидимые брови и оглядела всю шумную компанию, которую она пригласила пить отцовское виски. Потом, прошуршав подолом, решительно подошла к Уильяму Джеймсону-младшему, который кусал ногти и не сводил глаз со светловолосой девочки, сидевшей на полу в окружении трех студентов.
- Эй, - сказала Люсиль Хендерсон, схватив Уильяма Джеймсона-младшего за локоть. - Пошли. Я хочу тебя кое с кем познакомить.
- С кем это?
- С одной очень интересной девушкой.
Джеймсон потащился вслед за ней через всю комнату, на ходу догрызая ноготь на большом пальце.
- Эдна, детка, - сказала Люсиль Хендерсон, - я бы хотела, чтобы ты поближе познакомилась с Биллом Джеймсоном. Билл - Эдна Филлипс. Или вы, голубчики, уже знакомы?
- Нет, - ответила Эдна, окинув взглядом большой нос, оттопыренные губы и узкие плечи Джеймсона. - Рада с вами познакомиться, - сказала она ему.
- Очень приятно, - буркнул Джеймсон, мысленно сопоставляя внешние данные Эдны и маленькой блондинки.
- Билл - приятель Джека Делроя, - сообщила Люсиль.
- Да я не так-то чтоб очень с ним знаком, - сказал Джеймсон.
- Ну, я пошла. Пока, дети!
- Все носишься, хозяйка? - крикнула ей вдогонку Эдна, а затем пригласила: - Присядьте, пожалуйста.
- Д-да, это самое, - протянул Джеймсон, присаживаясь. - Я и так уже, вроде весь вечер сижу.
- Я не знала, что вы приятель Джека Делроя, - сказала Эдна. - Он замечательная личность, верно ведь?
- Ага, ничего вроде. Вообще-то я не так чтоб очень с ним знаком. Я не из их компании.
- Вот как? А я думала, Лу сказала, что вы его приятель.
- Ну да. Только я не так-то с ним знаком. Мне вообще-то пора домой. Мне к понедельнику сочинение задали. Я даже думал, что совсем не приду на этой неделе.
- О, но вечеринка только расцветает, - сказала Эдна. - Бутон ночи.
- Че-чего?
- Бутон ночи. Я хочу сказать еще рано.
- Ага, сказал Джеймсон. - Только я даже думал, что совсем не приду на этой неделе.
- Но ведь правда еще рано!
- Ага, я знаю. Но только...
- А кстати, какая у вас тема?
Внезапно с того конца комнаты донесся звонкий заливистый смех маленькой блондинки, который с готовностью подхватили трое студентов.
- Какая у вас тема? - повторила Эдна.
- Д-да, это самое. В общем, про собор один. Ну, про описание одного собора в Европе.
- А вы-то что должны с ним делать?
- Д-да, это самое. Анализировать вроде. У меня записано.
Маленькая блондинка и ее кавалеры снова разразились громким хохотом.
- Анализировать? Значит, вы его видели?
- Кого? - спросил Джеймсон.
- Собор этот.
- Я-то? Не-а.
- Но как же вы можете анализировать, если никогда его не видели?
- Д-да, это самое, ведь не я же. Ну, один тип описал собор. А я должен анализировать, вроде по его описанию.
- А-а-а. Понятно. Ужасно трудно, должно быть.
- Чего?
- Я говорю, это должно быть ужасно трудно. Уж я-то знаю. Мне самой немало пришлось биться над такими материями.
- Угу.
- А какая же гадина это написала? - спросила Эдна.
Со стороны маленькой блондинки - новый взрыв веселья.
- Чего?
- Я говорю, кто автор этого вашего описания?
- Этот, как его, Джон Рескин.
- Ух ты! - сказала Эдна. - Ну, парень, и влопался ты!
- Чего?
- Влопался, говорю. По-моему, это очень трудная тема.
- А-а, ну да.
Эдна сказала:
- кого, это вы разглядываете? Я здесь почти всех ребят знаю.
- кто? Я? Никого. Я, может, пойду поищу чего-нибудь выпить?
- Надо же! Вы буквально выразили то, что я как раз хотела сказать.
Они поднялись одновременно. Эдна оказалась повыше, а Джеймсон пониже.
- По-моему, какая-то выпивка есть на террасе, - сказала Эдна. - Что-то там, во всяком случае, должно быть. Можно пойти взглянуть. Заодно глотнуть свежего воздуха.
- Ладно, - сказал Джеймсон.
Они двинулись на террасу. Эдна шла на полусогнутых ногах, будто бы стряхивая на ходу пепел, который должен был за три часа накопиться у нее в подоле. Джеймсон тащился следом, озираясь назад и грызя ноготь на указательном пальце левой руки.
Для того, чтобы читать, шить или решать кроссворды, на террасе Хендерсонов было, пожалуй, темновато. Бесшумно открыв двери, Эдна сразу же услышала, что с дальнего конца террасы, слева от нее, из темного угла раздаются приглушенные голоса. Но она прошла прямо к белому парапету, тяжело облокотилась, вздохнула полной грудью, а затем обернулась и посмотрела, где Джеймсон.
- Там, вроде, кто-то разговаривает, - сказал Джеймсон, становясь рядом.
- Тс-с-с! Ну, разве не божественная ночь? Вот вздохните полной грудью.
- Ага. А где же это самое, виски?
- Сейчас, - сказала Эдна. - Вы только вздохните. Один раз.
- Ага, я уже вздохнул. Может, вон там оно? - Он отступил в темноту, где стоял столик. Эдна повернулась и смотрела, как он берет и снова ставит бутылки. Ей был виден только его силуэт.
- Ничего не осталось! - Крикнул ей Джеймсон.
- Тс-с-с! Тише! Подите сюда на минутку.
Он возвратился к ней.
- Ну, чего? - спросил он.
- Поглядите на небо, - сказала Эдна.
- Ага. Там в углу вроде кто-то разговаривает, вам не слышно?
- Прекрасно слышно, ребенок вы эдакий.
- Как это - ребенок?
- Иногда, - сказала Эдна, - людям нужно, чтобы их предоставили самим себе.
- А-а. Ну да. Я понял.
- Да тише! Если бы это вам помешали, приятно бы вам было?
- А-а, ну да.
- Я бы, мне кажется, убила бы того человека. А вы?
- Д-да, это самое, н-не знаю. Наверно.
- А вы чем обычно занимаетесь, когда приезжаете по субботам домой?
- Я-то? Н-не знаю...
- Наверное, предаетесь излишествам юности?
- Чего? - спросил Джеймсон.
- Ну, носитесь, резвитесь - студенческая жизнь.
- Не-а. Ну, то есть, это самое, я не знаю. Не особенно.
- Между прочим, интересно, - сказала Эдна вдруг. - Вы очень напоминаете мне одного человека, с которым я была близка прошлым летом. То есть, с виду, конечно. И сложением Барри был почти совершенно как вы. Жилистый такой.
- Да-а?
- Умгу. Он был художник. О господи!
- Вы чего?
- Ничего. Просто я никогда не забуду, как он тогда непременно хотел написать мой портрет. Он всегда говорил мне - и совершенно серьезно, заметьте: "Эдди, ты некрасива, если судить по обычным меркам, но в твоем лице есть что-то, что мне хочется уловить". И он говорил это совершенно серьезно, уверяю вас. Увы. Я позировала ему только однажды.
- А-а, - сказал Джеймсон. - Знаете что? Я могу сходить принести пару стаканов из комнат.
- Нет, - сказала Эдна. - Давайте просто выкурим по сигарете. Здесь так великолепно. Влюбленный шепот и все такое. Верно ведь?
- У меня вроде нет при себе сигарет. Они там в комнатах остались.
- Не беспокойтесь, - сказала Эдна. - У меня есть с собой сигареты.
Она щелкнула замком своей нарядной сумочки, вынула оттуда черный изукрашенный блестками портсигар, открыла и предложила Джеймсону одну из трех оставшихся там сигарет. Сигарету Джеймсон взял и снова заметил, сто ему вообще-то уже пора, ведь он уже говорил ей об этом сочинении к понедельнику. Наконец он нашарил коробок и чиркнул спичкой.
- О, - произнесла Эдна, раскуривая сигарету. - Тут уже скоро все начнут расходиться. А вы, между прочим, заметили Дорис Легет?
- Это которая?
- Ну, такая коротышечка, довольно белокурая. Еще за ней ухаживал раньше Пит Айлзнер. Да вы, конечно, видели ее. Она там на полу, по своему обыкновению, уселась и смеется во всю глотку.
- А-а, эта? Знакомая ваша? - сказал Джеймсон.
- Ну, до некоторой степени, - ответила Эдна. - Особенно мы сней никогда не дружили. В основном я ее знаю со слов Пита Фйлзнера, он мне о ней
рассказывал.
- Кто?
- Да Пит Айлзнер. Неужели вы не знаете Питера? Отличный парень. Он раньше немного ухаживал за Дорис Легет. И на мой взгляд, она поступила с ним не слишком порядочно. Просто по-свински, я так считаю.
- А что? - спросил Джеймсон.
- Ах, оставим это. Я знаете как: никогда не стану подписывать свое имя, если у меня нет полной уверенности. Нет уж, хватит с меня. Только я не думаю, чтобы Питер врал мне. Уж кому-кому, но не мне.
- Она ничего, - сказал Джеймсон. - Дорис Лигет?
- Легет. Д-да, Дорис, вероятно, привлекательна на мужской взгляд. Но мне лично она нравилась больше - то есть, с виду, понятно, - когда у нее волосы
были естественного цвета. Крашенные волосы - во всяком случае, на мой вкус, - выглядят искусственно, если, скажем, взглянуть при свете. Не знаю, конечно. Может быть, я ошибаюсь. Все красятся. Господи! Как подумаю, отец просто убил бы меня, если бы я явилась домой с подкрашенными, ну хоть бы даже самую малость подсветленными волосами. Он ужасно старомодный. По совести, не думаю, чтобы я стала краситься, если уж говорить всерьез. Но знаете, как бывает. Иной раз сделаешь такую глупость, что Господи! И не только отец. Я думаю, Барри тоже убил бы меня за это.
- Это кто? - спросил Джеймсон.
- Барри. Молодой человек, о котором я вам рассказывала.
- Он здесь сегодня?
- Барри? Господи, конечно нет! Могу себе представить Барри на такой вечеринке!
- Учится в колледже?
- Барри? Учился. В Принстоне. Если не ошибаюсь, он окончил в тридцать четвертом. Точно не знаю. В сущности, мы не встречались с прошлого лета. Не разговаривали, по крайней мере. Конечно, вечеринки всякие, никуда не денешься. Но я всегда успевала поглядеть в другую сторону, когда он смотрел на меня. Или просто убегала, например, в уборную.
- А я думал, он вам нравится, этот парень, - сказал Джеймсон.
- Умгу. До известного предела.
- Чего?
- Не важно. Я предпочитаю не говорить об этом. Просто он слишком многого от меня требовал, вот и все.
- А-а, - сказал Джеймсон.
- Я не чистоплюйка. Впрочем, не знаю. Может быть, я как раз чистоплюйка. Во всяком случае, у меня есть какие-то правила. И я на свой, пусть скромный, лад и придерживаюсь. Как могу, конечно.
- Знаете что? - сказал Джеймсон. - Эти перила, они какие-то шатучие...
- Конечно, я понимаю, когда молодой человек встречается с вами целое лето, тратит деньги, которые вовсе не должен тратить, на билеты в театры, на ночные кафе и всякое такое, конечно, я понимаю его чувства. Он считает, что вы ему обязаны. Но я просто не так устроена. Для меня все может быть только по-настоящему. А уж потом... Настоящая любовь...
- Ага. Знаете, мне, это самое, пора. Сочинение к понедельнику... Ей-богу, давно бы уже надо было смотаться. Я, пожалуй, пойду выпью чего-нибудь, и домой.
- Да, - сказала Эдна. - Идите.
- А вы не пойдете?
- Чуть погодя. Идите вперед.
- Ага, ладно. Пока, - сказал Джеймсон.
Эдна облокотилась о перила другой рукой и закурила последнюю сигарету из своего портсигара. В комнатах кто-то вдруг включил радио или просто повернул на полную громкость. Сипловатый женский голос опять выводил популярный припевчик из этого нового обозрения - его даже мальчишки-рассыльные теперь насвистывают.
Никакие двери так не грохочут, как решетчатые.
- Эдна! - на террасе появилась Люсиль Хендерсон.
- А, это ты, - сказала Эдна. - Привет, Гарри.
- Взаимно.
- Билл в гостиной, - сказала Люсиль Хендерсон. - Будь добр, Гарри, принеси мне что-нибудь выпить.
- Есть.
- Что произошло? - поинтересовалась Люсиль. - У тебя с Биллом не пошло дело на лад? Кто это там, Фрэнсис и Эдди?
- Не знаю. Ему надо было уходить. У него большое задание на понедельник.
- Ну, сейчас он сидит там на полу с Дотти Легет. Делрой сует ей за шиворот орехи. Так и есть: это Фрэнсис и Эдди.
- Твой малютка Билл хорош гусь.
- Да? То есть как это?
Эдна растянула рот и стряхнула пепел с сигареты.
- Ну, как бы сказать? Довольно темпераментный.
- Это Билл Джеймсон темпераментный?
- Ну во всяком случае, я осталась жива, - сказала Эдна. - Только, пожалуйста, в другой раз держи его от меня подальше.
- Хм. Вот век живи, - сказала Люсиль Хендерсон. - Куда запропастился этот придурок Гарри? Ну, пока, Эд.
Эдна, докурив сигарету, тоже пошла в дом. Она быстро и решительно прошла через гостиную и поднялась по лестнице в ту половину квартиры, которую мать Люсиль Хендерсон считала нужным оградить от молодых гостей с горящими сигаретами и мокрыми стаканами в руках. Она пробыла там минут двадцать. Спустившись, она снова прошла в гостиную. Уильям Джеймсон-младший, держа в правой руке стакан, а пальцы левой - у рта, сидел на полу, отделенный несколькими спинами от маленькой блондинки. Эдна опустилась в большое кресло - оно так и стояло незанятое. Она щелкнула замком своей вечерней сумочки и, открыв черный, в блестках портсигарчик, выбрала одну из десятка лежавших в нем сигарет.
- Эй! - крикнула она, постукивая мундштуком сигареты о подлокотник большоко красного кресла. - Эй, Лу! Бобби! Нельзя ли сменить пластинку? Под эту невозможно танцевать!
П р и м е ч а н и е:
Из упоминания Джона Рескина (1819 -- 1900), английского писателя и теоретика искусства, ясно, что речь идет об одном из венецианских соборов, подробно им описываемых в книге "Камни Венеции" (1851 -- 1853), вошедшей в золотой фонд английской эстетики.
ПОВИДАЙСЯ С ЭДДИ (Go See Eddie)
Пока Элен принимала ванну, у нее прибирали в спальне, поэтому, когда она выходила из ванной комнаты, на туалетном столике уже не было ни ночного крема, ни испачканных бумажных салфеток. В зеркале отражались покрывало без единой морщинки и цветастые диванные подушки. Если день был солнечный, как
сегодня, в горячих желтых лучах особенно красиво смотрелись блеклые обои, выбранные в буклете дизайнера.
Она расчесывала свои густые рыжие волосы, когда вошла горничная Элси.
- Мистер Бобби, мэм, - сказала Элси.
-Бобби? - переспросила Элен. - Я думала, он в Чикаго. Подай мне халат, Элси, и приведи его.
Прикрыв полой ярко-синего халата длинные голые ноги, Элен вновь занялась волосами. Высокий светловолосый мужчина в строгом двубортном пальто влетел в комнату, коснулся указательным пальцем ее затылка, не раздумывая, бросился к шезлонгу, стоявшему у противоположной стены, и вытянулся в нем, не снимая пальто. Элен наблюдала за ним в зеркале.
- Привет, - сказала она. - Его только что почистили. Я думала, ты в Чикаго.
- Приехал вечером, - зевнул Бобби. - Господи, как же я устал.
- Удачно съездил? - спросила Элен. - Там какая-то девица поет, кажется?
- Угу, - подтвердил Бобби.
- Ну и как?
- Зажата. Голоса нет.
Элен отложила расческу, встала и пересела в персикового цвета кресло у ног Бобби. Из кармана халата она достала пилку и принялась за свои длинные розовые ногти.
- Еще что? - продолжала она допытываться.
- Да почти ничего, - ответил Бобби.
Он, кряхтя, приподнялся, вытащил из кармана пальто сигареты, потом сунул их обратно, встал, снял пальто и бросил его на кровать, распугав солнечные лучи. Элен не отрывалась от своих ногтей. Бобби снова сел на краешек шезлонга, закурил сигарету и подался вперед. Солнце освещало их обоих, упиваясь ее молочно-белой кожей и равнодушно выставляя напоказ его перхоть и мешки под глазами.
- Не хочешь поработать? - спросил Бобби.
- Поработать? - Она не подняла головы. - Где поработать?
- Эдди Джексон начинает репетиции нового шоу. Я его встретил вчера. Видела
бы ты, как он поседел. Я спросил, не найдется ли у него местечка для моей сестры. Он сказал, может быть. И я сказал, может быть, разыщу тебя.
- Хорошо, что ты сказал "может быть", - посмотрев на него, проговорила Элен.
- Что за местечко? Третье слева или еще хуже?
- Не знаю. Все же это лучше, чем ничего, а?
Элен продолжая заниматься ногтями, не отвечала.
- Почему ты не хочешь?
- Я не сказала, что не хочу.
- Тогда почему бы тебе не повидаться с Джексоном?
- Не хочу больше кордебалета. К тому же терпеть не могу Эдди Джексона.
- А-а-а, протянул Бобби. Он встал и подошел к двери. - Элси, позвал он. - Принесите мне кофе!
И опять сел.
- Я хочу, чтобы ты повидалась с ним. Черт, оставь ногти в покое хотя бы на минуту.
Она продолжала работать пилкой.
- Я хочу, чтобы ты повидалась с ним сегодня, слышишь?
- Я не собираюсь видаться с ним ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра, - заявила Элен, скрестив ноги. - Что это ты вдруг решил приказывать?
Бобби кулаком выбил пилку у нее из рук. Элен не взглянула на него и не подняла пилочку с ковра. Она встала, подошла к туалетному столику и вновь принялась расчесывать густые рыжие волосы. Бобби немедленно оказался у нее за спиной и в зеркале нашел ее взгляд.
- Я хочу, чтобы ты сегодня повидалась с Эдди. Слышишь, Элен?
Элен продолжала расчесывать волосы.
- И что ты мне сделаешь, если я не повидаюсь, грубиян?
Он поймал ее на слове.
- Ты, правда, хочешь, чтобы я сказал? Ты, правда, хочешь, чтобы я сказал, что я сделаю, если ты с ним не повидаешься?
- Да, я хочу, чтобы ты сказал, что ты сделаешь, если я с ним не повидаюсь, - передразнила его Элен.
- Не смей паясничать, а то я попорчу твою шикарную мордашку. Лучше помоги мне, - пригрозил Бобби. - Я хочу, чтобы ты повидалась с ним. Я хочу, чтобы ты повидалась с Эдди, и я хочу, чтобы ты согласилась на его проклятую работу.
- А я хочу знать, что ты сделаешь, если я не повидаюсь с ним? спокойно спросила Элен.
- Я тебе скажу, что я сделаю. - Бобби следил в зеркале за выражением ее глаз. - Я позвоню жене твоего грязного дружка и все ей расскажу.
Элен расхохоталась.
- Давай! - крикнула она. - Давай прямо сейчас, дурак! Она и без тебя все знает.
- Знает? Неужели?
- Знает, знает! И не называй Фила грязным! Ты ему завидуешь!
- Грязнуля. Грязный обманщик, - заявил Бобби. - Дешевка. Вот кто твой дружок.
- Приятно тебя слушать.
- Ты когда-нибудь видела его жену? - спросил Бобби.
- Я-видела-его-жену. А что?
- Ты видела ее лицо?
- А что такого замечательного в ее лице?
- Ничего такого замечательного! У нее нет твоего шикарного личика. У нее просто милое лицо. Почему бы тебе, черт подери, не оставить ее увальня в покое?
- Не твое дело! - отрезала Элен.
Правой рукой он схватил ее за плечо, и, взвизгнув от боли, она из своего неудобного положения, сколько было силы, ударила по ней расческой. У него перехватило дыхание, и он торопливо повернулся спиной к Элен и к вошедшей с кофе Элси. Горничная поставила поднос рядом с креслом, в котором Элен недавно приводила в порядок ногти, и выскользнула из комнаты.
Бобби сел, взял чашку левой рукой и сделал глоток черного кофе. Элен за туалетным столиком начала укладывать волосы в прическу. Обычно она носила тяжелый старомодный пучок.
Он выпил свой кофе задолго до того, как она воткнула последнюю шпильку. Стянув халат на груди, она подошла к нему и хотела сесть рядом, но покачнулась и шлепнулась на пол возле его ног, положила руку ему на лодыжку, погладила и сказала изменившимся голосом:
- Прости меня, Бобби, но, милый, ты вывел меня из себя. Рука очень болит?
- Плевать я хотел на руку, - проговорил он, не вынимая руки из кармана.
- Бобби, я люблю Фила. Честное слово. Я не хочу, чтобы ты думал, будто у меня с ним интрижка. Не думай так, ладно? Я хочу сказать, не думай, будто я с ним флиртую, чтобы кому-то нагадить.
Бобби не отвечал.
- Боб, честное слово. Ты не знаешь Фила. Он замечательный.
- Бобби повернулся к ней.
- У тебя все чертовски замечательные. Ведь ты знаешь и других замечательных парней, правда?

Сэлинджер Джером Дейвид - Дебютные рассказы => читать онлайн книгу далее