А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Джойс Бренда

Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя


 

На этой странице выложена электронная книга Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя автора, которого зовут Джойс Бренда. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя или читать онлайн книгу Джойс Бренда - Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя равен 284.29 KB

Джойс Бренда - Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя => скачать бесплатно электронную книгу



Семья Брэг – 3

OCR and Spellcheck: Анна
«Фиолетовое пламя»: Библиополис; Москва; 1995
ISBN 5-7435-0010-X
Оригинал: Brenda Joyce, “Violet Fire”
Аннотация
Рейз Брэг привык с легкостью завоевывать сердца первых красавиц нью-йоркского высшего света, ибо перед его мужским обаянием не могла устоять ни одна женщина… до поры до времени. Но настал день, когда в жизнь многоопытного обольстителя вихрем ворвалась юная Грейс О'Рурк, непокорная и дерзкая. Именно эту девушку, ставшую для него счастьем и болью, Рейз полюбил страстно и нежно, полюбил всей душой…
Бренда Джойс
Фиолетовое пламя
Пролог
Нью-Йорк, 1 ноября 1873 года
— Рейз! Я так рад, что ты смог прийти!
Рейз Брэг, обворожительно улыбаясь, пожал руку Элберта ван Хорна. Он только что вошел в громадный, с мраморными колоннами холл особняка ван Хорна на Четырнадцатой улице. Потолки высотой в двадцать пять футов украшала замысловатая роспись — крылатые херувимы плыли среди розоватых облаков. Лестница с массивными, из красного дерева и меди перилами, изгибаясь, вела наверх, ступени ее были устланы восточным, алых тонов, прямо-таки королевским ковром. Античные бюсты надменно взирали на Рейза с мраморных пьедесталов, а люстра, величиной с два рояля, мерцала тысячами хрустальных подвесок. Рейз повидал немало роскошно обставленных особняков, но даже он был потрясен.
— Я и сам очень рад, Элберт, вы же знаете, — искренне сказал он.
Элберт ван Хорн финансировал железные дороги еще со времен Гражданской войныnote 1 и потому был баснословно богат. Он обнял молодого человека, за плечи и повел через просторный холл; пол здесь был выложен черными и белыми мраморными плитками.
— Ну как ты, Рейз?
— Прекрасно, сэр, а вы?
— Да так, тяну помаленьку, — ответил ван Хорн. — Я слышал, ты скоро опять уезжаешь.
— Да, сэр. Боюсь, что тик.
— Мне бы хотелось кое-что обсудить с тобой до твоего отъезда. — Ван Хорн покачал головой. — Рейз, скоро тебе будет тридцать. Ты только что вернулся из Европы и вот — опять уезжаешь. Пора бы тебе остепениться. Создать семью. Пустить корни.
— Вообще-то на этот раз я еду по делам, а не развлекаться. Я вложил деньги в горные разработки в Ванкувере. Мы угробили уйму времени, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки. Теперь еду туда сам: хочу разобраться, что или кто задерживает работы.
— Думаешь, кто-нибудь ошибся? Это случается, — сказал ван Хорн.
— Возможно, здесь не случайная, а преднамеренная ошибка, — ответил Рейз неожиданно холодно и жестко.
Он был красив: высокий, широкоплечий, гибкий в талии, бронзовый от солнца, с буйными золотыми кудрями и безупречно вылепленным лицом. Однако сейчас все безмятежное обаяние, которое производило столь неотразимое впечатление, исчезло. В его облике вдруг появилось что-то угрожающее.
Они вошли в громадную роскошную гостиную; пол ее был устлан толстыми персидскими коврами, а потолок, как и в холле, украшен фресками. Народу было не слишком много, так как обедали сегодня в узком кругу, — человек двадцать, все в подобающих случаю вечерних туалетах.
Рейз оглядел комнату, кивая знакомым и отыскивая взглядом миссис ван Хорн — добродушную, чрезмерно полную даму.
— Джоселин, как приятно снова увидеть вас! — ласково произнес он, подходя к хозяйке дома и целуя ее руку. — Я вижу, у вас тут некоторые перемены в обстановке. Дом выглядит великолепно.
— Да? Вам и правда так кажется? — с беспокойством спросила Джоселин, покусывая пухлую нижнюю губку и скрестив руки на своем обширном бюсте. — Я не совсем уверена в этом сочетании красных и пурпурных тонов. У вас такой хороший вкус, Рейз. Скажите, как, на ваш взгляд, они сочетаются?
— Такое сочетание существует исключительно для королей и их королев, миледи, — улыбнулся он, отвешивая ей шутливый поклон.
Миссис ван Хорн рассмеялась.
Таддеус Паркер, земельный магнат и добрый приятель Рейза, крепко пожал ему руку:
— Рад видеть тебя, мой мальчик. Я уже наслышан о твоих отчаянных выходках. Облазил все скалы в Альпах? Рейз усмехнулся:
— Это действительно называется скалолазанием, Тед. Это просто спорт.
— А по мне — так это просто способ покончить жизнь самоубийством.
— Сходство только в остроте ощущений, — хмыкнул Рейз, — но я не собираюсь сводить счеты с жизнью, у меня еще слишком много неосуществленных планов.
— Слава Богу, ты родился под счастливой звездой, — заметил Паркер. — А то ведь хватило бы и одного падения. Знаешь, Рейз, большинство людей отдали бы все за твое везение.
Рейз слегка приподнял бровь:
— В делах, в картах или с женщинами? Паркер расхохотался:
— И в том, и в другом, и в третьем!
— А как там Элизабет? — спросил Рейз. — И девочки? В последний раз, когда видел их обеих, я чуть не потерял сердце дважды.
Паркер просиял:
— Элизабет чувствует себя прекрасно, спасибо, а девчонки, разумеется, прослышали, что ты в городе, и ждут не дождутся встречи с тобой.
Дочери Паркера, тринадцати и пятнадцати лет, были на самом деле довольно невзрачны, поклонники вовсе не падали у их ног.
— Завтра загляну, — пообещал Рейз. — Я привез им кое-что из Парижа.
— Ты их портишь, — мягко пожурил его Паркер. Рейз широко улыбнулся, при этом на щеках у него появились две глубокие ямочки.
— Ну разве можно не баловать таких девушек? Именно так он и думал. Рейз кивнул стальному магнату, текстильному королю, издателю нью-йоркской «Ивнинг пост» и известному адвокату Брэдли Мартину и его жене Корнелии. Он уже направился было к ней, когда что-то твердое ударило его по руке. По силе удара Рейз понял, что это палка старой миссис Андерсон. Обернулся, улыбаясь, и получил еще один удар. Маленькая седовласая старушка просто метала громы и молнии:
— Вы заявились сюда и болтаете с кем попало, со всеми, кроме меня, вы, негодник!
Рейз взял ее сухую лапку с громадным изумрудом на пальце и галантно поднес к губам.
— Я слишком неповоротлив для вас, Беатрис, вы же знаете.
Она нахмурилась:
— Вы уже неделю не заглядываете ко мне, молодой человек!
— Я заходил вчера, помните? — сказал Рейз мягко, по-прежнему держа ее за руку. Грозная старушка была когда-то супругой известного банкира и несравненной хозяйкой дома. А потому с ней до сих пор считались и приглашали на все светские рауты, хотя некоторые находили, что вдова уже впала в маразм. — Ну как, по вкусу ли вам пришелся швейцарский шоколад, который я вам привез?
Ее выцветшие голубые глаза неожиданно вспыхнули.
— И даже очень! В следующий раз привези мне две коробки, а не одну!
Он не мог сдержать улыбки:
— Беатрис, неужели вы успели съесть всю коробку? Быть того не может!
— Конечно, нет, — обиженно фыркнула миссис Андерсон.
Он провел пальцем по ее шали — еще один подарок от него. Шаль была из тончайшего шелка, ярко-зеленого, переливчатого, никак не подходившего к ее бледно-голубому платью.
— Я вижу, вам понравилась шаль? Старая дама смягчилась:
— Она восхитительна, Рейз. Я надеваю ее каждый день. Но в другой раз, когда поедешь за границу, ты должен взять меня с собой. Тогда я смогу сама покупать себе шали и сладости. Я так давно не была в Европе! Я ведь, знаешь, не молодею.
Миссис Андерсон было далеко за восемьдесят.
— Это долгое, трудное путешествие, — тихо, без улыбки проговорил Рейз. — Когда я приезжаю в Лондон, целую неделю не могу оправиться. Кошмарная поездка.
— Хм-м-м… — Она поджала губы. — Да, я помню, это очень длинное путешествие. Пожалуй, для меня, в моем возрасте, это уж слишком.
— Вы только скажите, что мне привезти вам в следующий раз, Беатрис, и я все сделаю.
— Ты славный мальчик. — Старушка потрепала его по щеке.
— Благодарю вас. — Он озорно блеснул своими синими глазами и подмигнул ей. — Я сам это знаю. Она снова ударила его по руке тростью:
— Гордыня до добра не доведет!
Рейз только усмехнулся.
Ван Хорн подошел к ним с очаровательной блондинкой.
— Вы знакомы с моей племянницей, Рейз? — спросил он. — Это Патриция Дарнинг. Быть может, вы встречались с ее мужем в Лондоне?
Рейз повернулся к белокурой красавице, взял ее руку и чуть коснулся губами.
— Нет, не думаю, что я имел удовольствие встречаться с мистером Дарнингом. Но я знаком с его прелестной женой, — добавил он, и на щеках вновь появились ямочки, — а потому смею утверждать, что этому господину невероятно повезло.
Патриция не сводила с него глаз.
— Благодарю вас. Я слышала, вы только что вернулись из Европы? — спросила она любезно.
— Да. Альпы, Париж, Лондон.
— Чудесно!
Рейз заговорил с ван Хорном:
— Кстати, когда я был в Англии у своего брата, я заехал на конный завод в Девоне и купил там жеребчика и двух племенных кобыл. Кобылы проверенные, но, Элберт, — глаза Рейза вспыхнули, — жеребец просто великолепен. Прирожденный победитель.
— Может, расскажешь мне обо вcем этом поподробнее завтра в клубе? Позавтракаем вместе?
Лицо Рейза просияло ослепительной улыбкой.
— Прекрасно! А заодно обсудим то дело, о котором вы говорили раньше.
Ван Хорн согласился и отошел, затерявшись среди гостей.
— Мне не удалось встретиться с тобой сегодня, — сказала Патриция, предусмотрительно понизив голос. — Я заходила к тебе в отель, прождала около часа, Рейз, но ты так и не появился.
— Мне очень жаль, Триш, но я был на важном заседании.
Он улыбнулся, оглядывая комнату. Убедившись, что никто не обращает на них внимания, Рейз взглянул на нее пылко, с надеждой и обещанием. Легкая улыбка тронула его изящно очерченный рот; рука коснулась талии Патриции, большой палец ласково поглаживал атлас платья. Он наклонился ближе:
— Мы еще можем восполнить упущенное, не правда ли?
Речь его выдавала выходца из западного Техаса — она была тягучей, одновременно мягкой, словно шелк, и жесткой, как наждачная бумага.
— Встретимся наверху, в голубой комнате для гостей, через полчаса, — шепнула Патриция, отходя от него.
Рейз еще секунду смотрел ей вслед. Он помнил, каким безумным было их последнее свидание. Однако теперь Патриция стала намекать, что не прочь развестись со своим мужем, Дарнингом. Она начала также расспрашивать Рейза о его брате Нике, который, хотя и был на четверть индейцем, как и Рейз, являлся лордом Шелтоном, герцогом Драгморским.
То, что его мать, Миранда Брэг, была дочерью покойного лорда Шелтона, не составляло тайны, однако Рейз никогда не упоминал об этом. Он не мог понять, как Патриция все проведала, но, очевидно, она предприняла некоторое расследование. А когда женщина начинает выведывать и вынюхивать, это означает, что у нее на вас серьезные виды.
Рейз решил, что нужно положить конец ее интригам, сказав правду. Он еще не готов к спокойной, оседлой жизни; и вряд ли это случится в ближайшие десять лет — по меньшей мере. Не то чтобы он был против брака, нет. Когда-нибудь он встретит достойную женщину и обзаведется семьей, так же как сделал отец, встретившись с его матерью. Но день этот еще очень далек, а пока что весь мир открыт для него. После Канады Рейз собирался отплыть в Китай на торговом клипере, акции которого недавно приобрел. В конце концов, он ведь никогда не был на Востоке.
Рейз не мог преодолеть чувство легкой жалости к Патриции, хотя ни разу не давал ей никаких обещаний. И к тому же она не свободна. И отчего это все женщины хотели женить его на себе? Даже замужние. А уж что говорить о незамужних! С давних пор, еще до того как он заработал свой первый миллион, они, похоже, начинали воображать себя рядом с ним у алтаря, стоило им только взглянуть на него.
Рейз учтиво побеседовал с гостями ван Хорна, успел с каждым перекинуться словечком, но ровно через тридцать минут он вошел в голубую комнату для гостей и закрыл за собой тяжелую, красного дерева, дверь. Патриция ждала его. Выражение ее лица не могло бы обмануть ни одного мужчину. Рейз крепко прижал ее к себе.
— Привет, Триш, — пробормотал он, и рот его нашел ее губы — сладостно, ласково, чувственно. С жадностью впившись в ее рот — страсть уже завладела им целиком, — он то тесно приникал к ней, жестко и горячо, то гибко и быстро раскачивался взад и вперед. Патриция застонала. Он взял в ладони ее маленькие груди, поглаживая их.
— О Рейз, Рейз… — выдохнула Патриция, не помня себя, пальцами зарываясь в его густые, выгоревшие на солнце волосы.
— Да, да, любовь моя, сейчас, — хрипло пробормотал он.
Платье ее было до полу, по последней парижской моде, с роскошным турнюром, на кринолине, бесконечно досаждавшем Рейзу в подобных случаях. Он ловко, не раздумывая, вскинул подол до талии. Рука его тотчас же устремилась к бедрам, искусно лаская гладкую кожу ног, скользя все выше, к чудесной округлой выпуклости между ними. Патриция бессильно откинулась на дверь. Он быстро нашел разрез в ее коротеньких шелковых панталонах и дальше, за ним, — влажное, теплое лоно, осторожно поглаживая, плавно, настойчиво проникая повсюду. Женщина вздрогнула и застонала.
Он поцеловал ее нежно, едва касаясь, чуть щекоча и возбуждая. Язык его дразнил и мучил.
— Давай, любовь моя, давай, взлетай к звездам, — шептал он глухо, страстно.
Патриция вся выгнулась и вскрикнула — еще и еще.
— Любовь моя, — шепнул Рейз, мгновенно расстегивая брюки. Набухшая, упругая плоть вырвалась наружу; он подогнул колени и вошел в нее. Она задохнулась. У него тоже перехватило дыхание.
Обхватив его ногами, опираясь спиной о дверь, она взлетала в такт его движениям, сильным, ритмичным, чувствуя на своей шее жар его щеки.
— Рейз! — вскрикнула Патриция. — Мне кажется… о!.. — Она всхлипнула.
Рейз тоже вскрикнул — хрипло, гортанно, — судорожными толчками изливая в нее поток горячего семени.
Когда дыхание вернулось к ним и они привели себя в порядок, Рейз нежно сжал ее талию.
— Радость моя, — прошептал он. — Теперь давай спустимся, пока нас не хватились.
Патриция взглянула на него с бесконечным обожанием.
Двадцать минут спустя они сидели за сверкающим хрусталем обеденным столом, застеленным белоснежной льняной скатертью, среди роскоши, достойной Ротшильда. Разговор вскоре перешел на излюбленную всеми скандальную тему — дело Вудхел.
Виктория Вудхел и ее сестра издавали еженедельник экстремистского женского движения, которое защищало, кроме всего прочего, право женщин любить кого и когда им заблагорассудится. Недавно Виктория Вудхел обвинила Генри Уорда Бичера, лидера «Национальной ассоциации борьбы женщин за избирательное право», в любовной связи с Элизабет Тилтон, женой реформистского издателя. Вудхел ни много ни мало обозвала Бичера лицемером и трусом за то, что тот не поддерживает свободную любовь публично. В ответ «Национальная ассоциация» порвала отношения с сестрами Вудхел. Они были арестованы за выпуск непристойной литературы. Теперь газеты наперебой кричали об этом скандале, стремясь удовлетворить жажду публики посмаковать крохотные обрывки сплетен, которые смогли надергать репортеры.
— Я лично считаю, что Вудхел виновна, — заявила Корнелия Мартин. — Подумайте! Печатать в своей жалкой газетенке статейки о свободной любви — это же возмутительно!
— Вся эта газетка возмутительна, — поддержал ван Хорн. — Ратовать за свободную любовь! Бог мой, это же подрыв всех устоев!
Рейз при этих словах не мог сдержать улыбки.
— Мне кажется, свободная любовь — довольно-таки интересная идея, — пробормотал он небрежно.
Патриция, вспыхнув, взглянула на него. Кое-кто из мужчин хмыкнул.
— Держите ваши отвратительные взгляды при себе, молодой человек, — прошипела Беатрис Андерсон.
Рейз в ответ на ее сердитый взгляд шутливо подмигнул.
— По сути, — продолжал ван Хорн, — эти женщины-борцы — не что иное, как безнравственные, неразборчивые в своих связях развратницы и при этом мужененавистницы. Это совершенно очевидно.
— Совершенно, — согласился Таддеус Паркер.
— Я в общем-то целиком поддерживаю желание женщин иметь право голоса, — вступил в разговор издатель Брэдфорд Эймс. — Но так как они подстрекают людей к бесчинствам, пытаясь уничтожить наши американские порядки, то, боюсь, они никогда не получат этого права.
— Думаете, ее признают виновной? — спросила Патриция, имея в виду Викторию Вудхел.
Последовал оживленный спор, продолжавшийся в течение всего обеда.
Затем дамы перешли в гостиную пить кофе с пирожными, а мужчины устроились в библиотеке, где их ждали коньяк, сигары и карты.
— Я возьму две, — сказал Рейз, крепко зажав в зубах сигару.
В библиотеке стояла почти полная тишина, если не считать приглушенного гула мужских голосов да изредка звона бокалов. Рейз нечаянно подцепил две карты, которые сдающий бросил на лакированную поверхность дубового стола.
Он скинул черный фрак и шелковый галстук. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, обнажая большие сильные руки. Серебристый с голубой вышивкой жилет распахнулся на мощной груди. Он попыхивал сигарой, пристально наблюдая, как ван Хорн берет две карты, Паркер — одну, Эймс — две, а Мартин Брэдли — три.
Библиотека, как и весь особняк ван Хорна, блистала роскошью. Восточный ковер с узорными переплетениями — карминными, бирюзовыми, золотыми. Стены затянуты золотой парчой, шторы — из золотистого бархата. Деревянные панели — красного дерева, мебель — розового, работы знаменитого нью-йоркского мастера Генри Белтера.
— Я объявляю, — медленно проговорил Рейз. Внезапно снаружи в тишину библиотеки ворвался крик. Нечто похожее на «Освободить!».
— Что за чертовщина? — удивился Эймс, подергивая свой длинный ус.
Рейз пожал плечами. Затем послышался звон бьющегося стекла и донесся новый пронзительный крик, в котором уже вполне отчетливо можно было разобрать слова «Свободу женщинам!».
На мгновение все мужчины застыли. Потом Рейз вскочил на ноги и решительно шагнул к двери. Когда он открыл ее, снова послышался грохот и где-то неподалеку высокий, надрывный крик:
— Долой тиранию мужчин!
За ним — другой, на этот раз истерический и явно принадлежавший миссис ван Хорн:
— Уберите ее с моего рояля!
Рейз выбежал из библиотеки раньше остальных и помчался по коридору к гостиной. На пороге резко остановился при виде открывшегося перед ним зрелища и рассмеялся.
Высокая тоненькая девушка, в бесформенном шерстяном платье, в шали и в берете, который наполовину скрывал ее бледное продолговатое лицо, стояла на рояле посреди блиставшей роскошью гостиной, а дамы сгрудились вокруг и испуганно глазели на нее.
— Женщины! — кричала она. — Мы не просто Божьи создания, мы гражданки, находящиеся под защитой закона — под защитой Четырнадцатой поправки. Мы имеем такое же право голосовать, как и получившие свободу негры!
— Снимите ее оттуда! — взывала Джоселин ван Хорн. — Она сломает мой рояль!
— Как она попала сюда? — в бешенстве вопрошал ван Хорн. — Вышвырните ее из моего дома!
В ответ девушка спокойно вытащила из-под шали револьвер. Толпа охнула.
— Не раньше чем я договорю то, что хочу сказать! — крикнула она, яростным взором обводя собравшихся, и продолжала с возрастающим одушевлением:
— Вашим слугам не удастся остановить меня, потому что правда на моей стороне и меня будут слушать.
Девушка потрясла револьвером. Корнелия Мартин взвизгнула. Тед Паркер бросился на непрошеную гостью, но та ловко увернулась. Рейз разглядывал ее оружие. Это был старый пятизарядный «кольт» образца 1840 года или около этого; он сомневался, что из него вообще можно выстрелить, и это немало его забавляло.
— Дамы, — кричала девушка, — лишь вопиющая несправедливость могла привести меня сюда сегодня вечером! Я прорвалась к вам, невзирая на мужчин — этих тиранов, стерегущих у ваших дверей, невзирая на эти стены, ставшие для вас тюрьмой, чтобы донести до вас слово свободы! Завтра — день выборов. Я обращаюсь к вам, я заклинаю: идите на избирательные участки! Требуйте свои права! Берите пример с нашего бесстрашного вождя — Сьюзан Энтони…
— Ну, это уж чересчур! — попытался остановить ее ван Хорн. — Предупреждаю: если вы сию же минуту не слезете с рояля — я вызываю полицию!
Рейз все так же с улыбкой наблюдал за происходящим.
Продолговатое лицо девушки не было уже больше нежно-молочным, как слоновая кость, оно пылало.
— Женщины, — продолжала она, не обращая ни малейшего внимания на ван Хорна, — отчего это, стоит нам только выйти замуж, мы перестаем существовать в глазах закона?

Джойс Бренда - Семья Брэг - 3. Фиолетовое пламя => читать онлайн книгу далее