А-П

П-Я

 Бадин Андрей Алексеевич - Лабиринт смерти 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Герантиди Олег

Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами


 

На этой странице выложена электронная книга Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами автора, которого зовут Герантиди Олег. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами или читать онлайн книгу Герантиди Олег - Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами равен 298.27 KB

Герантиди Олег - Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами => скачать бесплатно электронную книгу



Превосходящими силами - 1

Олег ГЕРАНТИДИ
ПРЕВОСХОДЯЩИМИ СИЛАМИ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Лето. Жара. Асфальт плавится. Енисей зовет в свои прохладные воды. Писк разогретой резины на горячем пригородном шоссе. Александр Сибиряков, автор нашумевшей книги «Война, которой не было», а также еще десятка детективов, фантастических романов и сборника страшных историй из жизни Сибири, выжимает из своей «восьмерки» все ее лошадиные силы, чтобы не опоздать на конференцию в красноярском Академгородке. А все говорят о приближающемся энергетическом кризисе, а город до отказа забит машинами. Такое ощущение, что граждане хотят успеть накататься на своих авто, пока нефть не кончилась. То ли дело зимой, когда все «чайники» ставят машины до весны в гаражи. А сейчас – пробки, пробки…
Историческую конференцию собрали в Красноярске неспроста. Сибиряков написал, «в порядке бреда», книгу о том, что было бы, если бы Гитлер взял да и напал на Союз за пару недель до вступления СССР во Вторую мировую войну. По этим раскладкам выходило, что к осени 1941 года вермахт мог дойти до стен Москвы, а учитывая, что кадровая часть Красной армии была бы выбита при внезапном нападении, не кажется невероятным и бросок на южном направлении в 1942-м, вплоть до Сталинграда. Конечно, Сибиряков подхимичил возле Сталинграда, проведя за Сталина грандиозную операцию по окружению немецких войск, и после этого Красная армия неудержимо пошла на запад, но Берлин взяли только к концу 1944 года. А за то время, пока война шла на территории СССР, союзники высадили десант в северной Франции и заняли Западную Европу.
Это и не понравилось «мэтрам» от истории, и, используя как повод 60-ю годовщину вступления Советского Союза во Вторую мировую, они решили собрать международную научную конференцию в Красноярске. Цель – публично «обесчестить» Сибирякова, чтобы у других и мысли не возникло перекраивать историю в пользу фашистов.
Александр небрежно припарковался на институтской стоянке, чирикнув сигнализацией, закрыл машину и почти бегом пустился к главному корпусу. Он, конечно, опоздал минут на десять, но, как обычно, ничего еще не началось. В холле перед актовым залом толпились начинающие историки, всякие аспиранты и молодые преподаватели, у которых возникла потрясающая возможность пообщаться со светилами истории. Мимо фланировали какие-то важные дядьки, известные только самим себе, с открытыми ртами стояли поклонницы. Сибиряков подошел к Николаю Чухраю, профессору Красноярского универа, который и был инициатором акции, поздоровался с ним за руку. Перебросились парой фраз, и Чухрай представил его и Виктору Резуну, преподавателю Барселонского университета, и Овцегонову, и другим «зубрам».
Прошли в зал. Еще какое-то время народ все подходил и подходил, скрипели креслами, занимали места. Чухрай, Резун и Овцегонов заняли места в президиуме, поговорили важно о чем-то… и началось.
Сначала Чухрай нудным профессорским тоном напомнил о том, что 60 лет назад Гитлер достал всех своими провокациями на границах, и Советский Союз в ответ на эти провокации, объявил Германии войну. И что из этого вышло. Потом в течение двадцати минут убеждал собравшихся в бесплодности и даже преступности попыток перекроить историю родной страны, при этом ни словом не упоминая Сибирякова. Потом слово предоставили Резуну. Тот без всяких предисловий набросился на Сибирякова, и было в этом немало личного, ведь Резун с десяток лет назад сам пытался высказать нечто подобное, напирая на то, что Гитлер мог нанести превентивный удар, но дальше наброска на тему «удар Гитлера по Белоруссии» не пошел. А Сибиряков пошел…
Слово предоставили Александру. Пока он шел к трибуне, осуждающий щепоток несся со всех сторон. Воздух в зале зримо наэлектризовался, но гнилые фрукты пока не бросали.
– Если бы Гитлер не отложил реализацию плана «Барбаросса» еще на месяц, а напал 22 июня, то последствия для Советского Союза могли быть сокрушительными. Представьте, Гитлер наносит удар и окружает выдвинутые по плану «Гроза» части Красной армии в самый страшный период. Именно тогда, когда идет развертывание войск. Танки на железнодорожных платформах. Самолеты после перегона из глубины страны плотными рядами на аэродромах. Сотни тысяч тонн боеприпасов, горючего на границе. Последствия этого удара трудно просчитать. Конечно, Гитлер в войне бы не победил, но дойти до Минска, Киева, может быть, даже до Москвы он вполне бы смог. И тогда история могла бы повернуться черт знает в какую сторону! Может быть, Союзу пришлось бы делить Европу с Британией и…
– Зачем? – удивленно перебил его Чухрай. – Зачем Гитлеру было нападать? И с какими силами? С его тремя с половиной тысячами танков? С еще меньшим количеством самолетов? У Советского Союза было двадцать пять тысяч танков, в семь с лишним раз больше, и качеством на голову выше. Да у Гитлера войск не хватало, чтобы оккупировать Францию! А он еще и в Югославию с Грецией полез, в Болгарию, в Румынию. Ему что, жизненного пространства не хватало?
– Вы, Николай Иванович, подтверждаете мою теорию, – бросился в бой Виктор Резун. – Гитлер хотел нанести превентивный удар.
– Это не ваша теория, это версия геббельсовской пропаганды. Витя, ты же отлично знаешь источники. Скажи, где хоть раз до начала «Грозы» Гитлер объявлял об угрозе со стороны СССР? Все его речи, все его дневниковые записи говорят о том, что о Советском Союзе он ничего не знал! И ты что, серьезно считаешь, что Гитлер мог, как Сибиряков пишет в своих «Виртуальностях», дойти до Ленинграда, до Москвы, до Сталинграда?!
– Да, в книге я слегка загнул, чтобы привлечь внимание к проблеме.
– Саша, ну нельзя же так! Если ты допускаешь, что возможно альтернативное развитие событий, то нельзя уходить в совсем уж дикие фантазии. В нарисованной тобой реальности все складывается как-то само собой, и все исключительно в пользу немцев. Хочешь, разберем подробнее.
– Давайте.
– Итак: Киевское направление. По плану «Барбаросса» удар проходит между 22, 9 и 19-м мехкорпусами с одной стороны и 4, 8 и 15-м мехкорпусами с другой. Шесть мехкорпусов! Ты воочию можешь представить себе, что это за силища? Да они бы просто пропустили мимо себя немецкие танки, а потом захлопнули за ними коммуникации у Ровно, и… и все! Конец «Барбароссе»! Ну еще бы отправили пару комендантских рот собрать голодных немецких танкистов в плен. Та же картина в Прибалтике. Как можно всерьез планировать войну, если не знаешь, как будет преодолено крупнейшее водное препятствие, в данном случае Двина.
– Но мосты-то не заминированы!
– Ну и что!? Поставь на мост грузовик со снарядами или, на крайняк, крестьянскую подводу с авиабомбой, и все, конец «блицкригу». А потом катайся по берегу на танке да стреляй из пулеметов по надувным лодкам…
– А внезапный удар по аэродромам?
– Ой, не преувеличивай, пожалуйста. Их удар не мог быть очень сильным. Что там у них самолетов-то было? Наши ударили примерно пятью тысячами, а на земле в результате первого удара сгорело и было повреждено всего 870 самолетов, а остальные либо передавили и захватили наземные войска, прорвавшиеся танки, либо были сбиты в результате воздушных боев. Делим на три, столько было немецкой авиации, ну триста, ну пусть пятьсот самолетов они повредили бы, и что? У нас их тысячи и тысячи!
– А Минское направление?
– Минское направление ты хорошо проработал, молодец, здесь придраться сложно, но… Но без успеха в Прибалтике и на Украине Минское направление – ловушка! Разобрались мы под Ровно с танковой группой, а далее – удар на север от Ковеля в направлении Брест – Гродно. Все! Немецкое государство без армии. Согласись, план «Барбаросса», при ближайшем рассмотрении, – бред, достойный Гитлера. Вообще, это что еще такое – «дальнейшее развитие событий подобно расширяющейся воронке»!? Да у нас за такое оперативное планирование из военных училищ выгоняют! Как ты думаешь, в немецком Генштабе того времени слышали о таком понятии, как «Канны»? А ведь там грамотные генералы сидели, война на Западе тому примером. Ведь и Паулюс не дурак, у него нашли чему поучиться и его победители – сталинские генералы. Но лично я убежден, что план «Барбаросса» – плохо состряпанная дезинформация.
– Ну, а что еще мог сделать Гитлер, осознав угрозу с нашей стороны? – попытался направить в выгодное для себя русло беседу Резун.
– У Гитлера была одна возможность хоть как-то оттянуть свою гибель. Ему нужно было срочно выводить войска из всех оккупированных стран и строить линию обороны по старой немецко-польской границе! – ответил Сибиряков.
– Не помогло бы, – парировал Резун. – Сталин проломил в течение двух недель позиции Энкеля в Финляндии. А линия Маннергейма – это вам не срочно вырытые траншеи вдоль Одера.
– Ну, пока КВ-2 ломали бы оборону, Гитлеру пришлось бы ломать гордыню и кидаться в ноги англичанам.
– Это после бомбежек Лондона? После концлагерей? После Дюнкерка?
Долго еще шумел спор. К устраивающим всех выводам оппоненты не пришли. И хотя дискуссия переместилась сначала в зал небольшого кафе в Березовой роще, а затем и на кухню к Сибирякову, никто никого не убедил, все остались при своём.
А историческая общественность осталась в недоумении. СССР раскинулся по всей Евразии. «Наши люди» в Америке добивают САСШ. Мир прочен. Война, вспыхнувшая более шестидесяти лет назад, уже почти позабыта. Нет, конечно, мы празднуем День Победы, но это скорее дань памяти, а не острое душевное переживание. Так чего же огород городить? Напал бы Гитлер, не напал, какая разница. Ведь известно, что «история не терпит сослагательного наклонения».

Болгария
Танки выстроились в колонну. Друг за другом. Растянулись на многие сотни метров. Пушки и пулеметы зачехлены. Башни опечатаны свинцовыми пломбами, только головы механиков-водителей торчат из люков. По одному, осторожно переезжая по двухосным платформам, заполняют состав. Танкисты в промасленных комбинезонах, скручивая мягкую толстую проволоку, закрепляют боевые машины на растяжках. Под гусеницы прибивают «башмаки», сделанные из расколотых надвое буковых поленьев. Мимо, шипя паром и обдавая дымом и запахом раскаленного металла и перегретого масла, прокатился маневровый паровоз. Из кабины машиниста на эту ладную, привычную работу лениво смотрели машинист и кочегар.
– Сваливают гансы. На Руссию пошли. Но руссов им не одолеть, – сказал Христо, пожилой уже человек, которого в поселке железнодорожных рабочих уважали за рассудительность и невозмутимость.
– А как же мы? Ведь мы же с турками на конфликт пошли из-за них! Они что, нашу армию развалили, с Грецией нас поссорили, а теперь один на один с турками оставляют?
– Своя рубашка ближе к телу. Мы вчера собирались. Знаешь, что товарищи из Софии говорят? Гитлер с турками договор заключил. Он сам Руссию захватывает. А нас туркам отдает. Отдает за то, чтобы они ему из Кавказа дорогу к Египту открыли.
– А что ему в Египте делать?
– А я почем знаю? Только царь Борис с ними заодно.
– Много ли еще интересного говорят товарищи из Софии?
– Много. Ты человек молодой, смышленый, приходи сегодня вечером к Михайлову, поговорим.
– А я еще и стрелять умею.
– Ну, надеюсь, до этого не дойдет.
Берлин. Рейхсканцелярия
– Начало операции «Барбаросса» откладывать больше нельзя! – подытожил ранее сказанное Браухич и незаметно выдохнул. Он пытался вложить в выступление все свое красноречие, всю энергию, пока Гитлер не запротестовал. Но Гитлер разволновался, начал сжимать кулаки, слегка покраснел.
– Сейчас решается судьба Германии, – начал Гитлер. – Где разведка? Почему не доложили о Болгарии, когда восстание только началось? Что, мой фюрер? – предупредил он открывшего было рот Шелленберга. – Кейтель, передай Гудериану: «ролики» вернуть в Болгарию. Полк «Бранденбург-600» бросить на Софию, Бургас и Варну. Мероприятия по плану «Барбаросса» отложить до 20 июля.
– Но мы не успеем до зимы… – попытался вставить реплику Браухич.
– Браухич, я вас уважаю как стратега, но вы должны понять одну простую вещь. Мы не сможем разбить орды большевиков, когда англичане развели костер в Болгарии, прямо под котлом с румынской нефтью. А большевики из Львовского и Белостокского выступов никуда не денутся. А где стенографистки из Рейхстага? Мне Гиммлер уже докладывал, о чем шепчутся прусские солдафоны. Фюрер им, видите ли, воевать мешает. И запомните раз и навсегда: дело военных – воевать, политика – дело Фюрера. Повторять не буду. Дело военных – воевать, политика – не дело военных, политика – дело Фюрера. Совещание закончено. Пикер, останьтесь.
– Ну как, Генри? – спросил Гитлер Пикера, когда генералы вышли. – Здорово я их выпорол? А ведь Черчилль, хоть и пьянчуга, а хитрец. Чтобы спасти свой остров, даже додумался поднять восстание в Болгарии. Но нашу разведку не проведешь. Вчера мне была представлена записка из абвера. Представляешь!? У Сталина жена – еврейка, Роза Коганович. Хотя сам он не еврей. Это я точно знаю. Но еврейки таковы, что могут управлять любым неевреем.
Поезд
Из Киева до Новограда-Волынского поездом напрямую доехать нельзя. Можно добраться только с пересадкой. Нет прямого сообщения Киев – Новоград-Волынский. Потому-то и приходится гражданам Советского Союза биться в Житомире у касс за заветный билетик до Шепетовки. А оттуда – кто как сможет. Полукруглое окошечко кассира, забранное решеткой, расположено на уровне груди среднестатистического гражданина, и, как в стародавние времена, приходится бить поклоны…
Новоиспеченный лейтенант Игорь Стариков, в новых хромовых сапогах, в скрипучей портупее, с цивильным чемоданом в руках прохаживался по Житомирскому вокзалу. А вокзал невесть какой: окошко кассы, справочная, небольшой зал ожидания, забитый узлами и чемоданами. Осыпавшаяся лепнина на потолке. На стене – бодрая девчонка-пионерка, запускающая модель планера. Пионерка, видимо, по неумелости художника, чему-то злорадно улыбается. Наверное, знает, что моделька при приземлении развалится на куски.
Игорь незаметно рассматривал лица гостей вокзала. Вот очередной счастливчик перешел из категории граждан в категорию пассажиров: тридцатидвухсекундная радость на лице, короткий пересчет мелочи, порыв снова вернуться к кассе, что-то уточнить, прерываемый стоглазым взглядом очереди, и снова напряжение лица: тащить узлы на платформу, биться за места в общем вагоне – ведь все знают: надпись в билете не есть отражение объективной реальности.
Хорошо тебе так думать, Игорь Стариков, лейтенант Красной Армии. У самого, благодаря воинским проездным документам, место в мягком купейном вагоне. И хоть одну ночь ты поспишь спокойно.
Игорь обратил внимание на крестьянина, сидевшего на казенном деревянном вокзальном диване. Тот сидел прямо, как за хозяйским столом и, так же как и Стариков, спокойно смотрел на вокзальную суету выгоревшими синими глазами. В потертом, с аккуратными заплатами на локтях и в районе пуговиц, пиджаке. В стоптанных, но начищенных сапогах. На голове – кепка. Но не такая, какие носят городские модники, а больше похожая на фуражку, тоже поношенная, но чистая. Натруженные руки, огромные, как лопаты, мозолистые ладони лежат на коленях.
Куда его поперла нелегкая? Скоро сенокос. Или частник, лишившийся надела и бредущий искать лучшей доли на виноградниках и в садах Украины? Стариков почувствовал острую жалость к этому спокойному, сильному и самолюбивому человеку. И стыд за знание его дальнейшей судьбы, за знание судьбы всей страны и за невозможность предупредить их всех.
Война!!! Ведь скоро война! Взметет всех, как листья, упавшие осенью, внезапный порыв ветра. Тебя, дядя, скорее всего, загребут в пехоту, в мотострелки. И будет казаться игрушечным в твоих руках пистолет-пулемет. А если дадут винтовку, то по-крестьянски, без надсада и истерик, без горячки, спокойно и беспристрастно ты будешь валить немцев.
А вон тот гражданин в шляпе и с наглым взглядом, скорее всего, будет обеспечивать твое материально-техническое снабжение, приворовывать и по ночам пить водку со своей накрашенной, с масленым взглядом, подругой. И когда в самый важный момент не хватит солярки, его выведут за лесок, да и шлепнут из нагана. Подруга его перейдет по наследству к заму, да так и останется в войсках в качестве полковой бляди.
Занятый своими мыслями, Стариков проворонил объявление о прибытии поезда, и когда в окнах вокзала, закрыв солнце, прокатился паровоз и замелькали вагоны, когда все пассажиры и торговцы снедью ломанулись на перрон, Игорь тоже, забыв свою недавнюю чопорность, втиснулся в толпу.
У вагона № 7 очереди не было. Все чинно. Проводник в черной форме, рядом комбриг в тапочках на босу ногу крутит в руках папиросину «Герцеговина Флор». В уставе не прописано, как приветствовать незнакомого комбрига, если тот без головного убора и в тапках. Игорь на всякий случай переложил чемодан из правой руки в левую, а плацкарту сунул в карман гимнастерки и, не очень четко, не как на плацу, а скорее для проформы, сделал три строевых шага, правой рукой легко отмахнув воинское приветствие.
Комбриг ухмыльнулся, блеснул бритой лысиной:
– Казак! Попутчиком будешь? Куда едешь?
– Следую к месту прохождения воинской службы по случаю окончания Н-ского военного училища.
– Ишь ты какой! Н-ского! Правильно! Военная тайна, она и есть военная тайна!
Стариков подал плацкарту проводнику, на что комбриг распорядился:
– Ты там размести его где-нибудь. Я с ним еще поговорю в коридоре.
– Пятое купе, – вернул билет проводник, и Игорь, чтобы быстрее оборвать общение с неприятным комбригом, взлетел в тамбур. Стариков вошел в купе. С нижней полки навстречу ему поднялся лейтенант в форме ВВС.
– Лейтенант Осадчий.
– Лейтенант Стариков.
– Очень рад.
– Взаимно.
Игорь сунул чемодан под полку, сел за столик, уставился в окно, стараясь не обращать внимания на попутчика. Тот же начал неловко суетиться, что-то двигать по столу, поправлять постель, на которой сидел.
Аза вагонным стеклом, на противоположной платформе, на заборчике палисадника сидела девчушка лет двенадцати. В ситцевом, в горошек, сарафане.
Игорь усмехнулся про себя. Как ее звать? Русая коса, круглое личико, озорные веснушки, коленки в ссадинах… и чего ей здесь торчать, нюхать паровозную гарь да испарения шпальной пропитки…
Настёнка же сидела и смотрела на поезда. Это было ее любимое занятие в первые дни каникул, пока вода в Серете еще не прогрелась да пока не отросли сорняки на грядках. Сидеть на побеленном известью заборчике и смотреть, как красиво одетые люди садятся в поезда, и мечтать, что когда-нибудь и она вот так же сядет и уедет. Уедет в дальний-дальний город, в порт. Туда, где синее море качает на своих волнах белый-пребелый пароход. А на белой трубе его – золотая каемочка. И назван он в честь ее папки. Хоть одним глазком глянуть на золотую каемочку, и можно назад ехать. Рассказать всем. Это ж сколько золота ухлопали! Как на церковных куполах в старое время. Из одной каемочки сколько ж можно колец сделать! И хоть одно подарить маме. А то мама с бабушкой, когда думают, что Настёна спит, ругаются. Мама Насте говорит, что папка уехал, но скоро вернется. Но Насте уже давно соседи сказали, что его убили белобандиты и что его именем, наверное, назовут пароход.
Так вот, бабушка маму ругает, говорит, что нечего ждать у моря погоды, что Настёне нужен новый папка, что он обязательно подарит маме золотое кольцо и будет хозяином, и жить станет сытно, особенно, если он будет с железной дороги.
Бабушка глупенькая. Она не знает, что мы и так живем сытно. А вот семья Березовских действительно голодно живет. А у них и папка есть, да вот пьет он, и детей многовато. Потому-то и бродят они по вокзальной помойке. А что про кольцо-то? Подарить бы маме колечко, и можно будет сидеть здесь, у вокзала, и ждать папку. Ведь врут, конечно, соседи. Не убили его белобандиты. И пароход его именем не назвали. Ведь, если в честь всех, кого убили белобандиты, называть пароходы, никаких пароходов не хватит. А папка на сверхсекретном разведочном задании. Об этом только мама и дядя Сталин знают, и он просил нас никому-никому не говорить про задание. А соседи не знают, потому и городят чушь про пароход.

Герантиди Олег - Превосходящими силами - 1. Превосходящими силами => читать онлайн книгу далее