А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

И, к своему ужасу, Сэнди поняла, что снова жаждет его. Да, она страшно хотела близости с ним – надо честно признаться в этом хотя бы самой себе. Но ведь это желание – еще не есть любовь. В течение первых бурных месяцев она пыталась уверить себя, что они любят друг друга. Но как можно любить человека, которого, в сущности, не знаешь? Нет, с Джорданом ее связывало только желание, только секс в чистом виде. Наверное, у каждой женщины бывает в жизни такое. Вот и ее не миновала чаша сия. Но теперь, слава Богу, время, когда она находилась в невменяемом состоянии, прошло. И возвратиться к прежнему она бы не согласилась ни за какие сокровища мира. Слова Марча вывели ее из душевного равновесия, обретенного с таким трудом. Надо запретить себе даже вспоминать о Джордане. Надо постараться успокоиться, сосредоточить все силы, все свое внимание на работе.
Полтора года… Почему же он ни разу даже не попытался поговорить с ней? Почему не предупредил, что не может согласиться на развод? И с чего вдруг теперь отправил к ней брата с миссией примирения? Сэнди показалось несколько странным то, что он не искал ее на Майорке. Она считала, что Джордан решил сразу оборвать все концы и выкинуть ее из своей жизни. Сэнди случалось видеть, как холодно и жестко он обращался со своими деловыми партнерами, и подумала, что и с ней он поступает так же.
Мышцы тела оставались все еще настолько напряженными, что Сэнди с трудом заставила себя расслабиться, глубоко вздохнула и попыталась представить, как теплая волна растекается по телу. Надо будет постоять под горячим душем и сразу лечь в постель. А за интервью с Донованом она возьмется завтра утром. Главное – не позволить Джордану проникнуть за ту стену, которую ей удалось возвести вокруг себя. Эта стена всегда будет крепкой и непробиваемой. А ей сейчас необходимо только как следует выспаться.
В первые недели своего отъезда с Майорки она довольно успешно использовала выверенную надежную тактику: просто жить час за часом, минута за минутой. Иначе ей было не выдержать, не вынести страшную муку.
С трудом, словно у нее на ногах были гири, она двинулась к бамбуковому занавесу, который отделял спальную комнату от ванной.
Да, за это время я научилась нелегкому искусству выживания, – подумала про себя Сэнди. Джордан пытался подавить ее как личность. Но она смогла по крохам снова восстановить индивидуальность. Стать такой же, какой была до этого замужества.
И теперь она никому не позволит встать у себя на пути, заставить плясать под чужую дудку.
Апартаменты Мака Девлина, расположенные на верхнем этаже небоскреба, были просторными и оформлены модным декоратором. В первый миг замершей у входа Сэнди показалось, что ей не удастся протиснуться дальше порога, – так много было гостей. Мужчины и женщины стояли плотной толпой, болтали, смеялись и выпивали. Драгоценности на женщинах сверкали не меньше, чем хрустальные люстры, украшавшие квартиры. Некоторых из присутствовавших Сэнди знала, но большинство были незнакомы. Наконец она заметила чету О'Брайан, Келли и Ника, которые разговаривали с Маком в противоположном конце зала, и стала пробираться к ним. И в этот момент рядом с ней возникла Пенни:
– Держи, – усмехнулась подруга, подхватывая два бокала с подноса в руках у лавировавшего в толпе официанта в черно-белом фраке, и вручила один из них Сэнди. – Учти, что до обеда скорее всего больше ничего не перепадет. Было бы неплохо, если бы Мак пометил своих официантов флюоресцентными значками – иначе здесь их просто невозможно отыскать.
– Что же ты не посоветуешь ему этого?
– Да разве к нему протолкаешься? Можно только докричаться. – Пенни быстрым взглядом окинула бархатное, цвета красного вина, платье Сэнди. – Красивое. – И слегка поморщилась. – Но если бы у меня была твоя фигура, я бы не стала надевать такие балахоны. Мой принцип известен: если у тебя что-то есть, так уж, сделай милость, подчеркни это всеми доступными средствами.
– Вполне разделяю твои взгляды. – Сэнди подмигнула Пенни и повернулась к ней спиной. – Только с одной разницей. Я считаю, что это надо делать незаметно. – Глубокий вырез на спине заканчивался ниже талии.
Пенни засмеялась и покачала головой, когда Сэнди снова повернулась к ней:
– Как твой редактор должна заметить, что ты выбрала не совсем точное выражение. Назвать такой вырез «незаметным» – большая натяжка. – Ее улыбка вдруг исчезла. – Да, кстати, совсем забыла про Гонолулу. Мне уже удалось закинуть удочку и договориться о встрече. Пообещай мне, что…
– Тебе понравилось мое интервью с Донованом?
– Та часть, где о его семье, сделана совсем неплохо. – Пенни нахмурилась. – Но ты напрасно стараешься обойти острые углы. Я вовсе не собираюсь… Что случилось? У тебя такое выражение лица, будто ты… – Пенни повернулась и посмотрела в ту же сторону, куда глядела Сэнди: в тот угол, где стоял Мак в окружении гостей, и слегка присвистнула. – Вот это мужчина! Что за таинственный красавец? Лицом почти что Мэл Гибсон, а сложен, как Кевин Костнер. Действительно, глаз не оторвать.
– Да уж, – каким-то странным тоном проговорила Сэнди.
Сделав глоток шампанского, Пенни, слегка нахмурившись, снова посмотрела на незнакомца, разговаривавшего с Маком:
– Наверное, какая-нибудь кинозвезда? Кому бы еще пришла в голову идея надеть черную повязку на глаз? Как пират из старых фильмов о капитане Флинте.
Сэнди продолжала молчать.
– Еще секунда, и я не смогу удержаться и начну продираться сквозь толпу в ту сторону, – пробормотала Пенни. – При виде такого мужчины… – она тотчас замолчала, когда увидела изменившееся лицо Сэнди. – Так ты его знаешь?
Сэнди наконец смогла преодолеть охватившее ее оцепение, и кивнула, неотрывно смотря на мужчину с повязкой на глазу:
– Это Джордан.
– Ах вот оно что, – протянула Пенни и более внимательно посмотрела на бывшего мужа подруги.
Еще вчера она удивлялась, как болезненно Сэнди реагирует на все, что связано с разрывом. Что эта рана, несмотря на время, оставалась свежей. Сегодня все стало понятно. Джордан Брандон излучал такой магнетизм, какого Пенни не ощущала ни в одном другом мужчине. От него веяло силой, властностью и… Пенни невольно перевела взгляд на его лицо. Четко очерченная линия бровей и скул сразу бросалась в глаза, но более привлекательными все же были его губы. И эта повязка на глазу! Она придавала ему столько шарма, столько обаяния! Ничего странного, что Сэнди сразу попалась на крючок. Вряд ли нашлась бы женщина, способная устоять против чар Джордана. Пенни придвинулась на шаг к Сэнди, показывая подруге, что она рядом и готова помочь ей в любую секунду.
– Если ты захочешь уйти, я передам Маку твои извинения.
– Нет. – Сэнди только на секунду прикрыла глаза, а потом повернулась к Пенни и улыбнулась. – Со мной все в порядке. Просто я этого не ожидала, меня застали врасплох.
– Какого черта он здесь делает? Откуда он взялся? – возмущенно проговорила Пенни. – Почему бы ему не заниматься своими делами?
– Джордан постоянно колесит по миру. Кто знает, каким ветром его занесло сюда? – Сэнди отпила глоток шампанского. – Думаю, что вскоре мы это поймем. Тактика Маккиавели ему не по душе. Джордан всегда идет напрямик, напролом, не обращая внимания на препятствия.
Глядя на мужчину в противоположном конце комнаты, Пенни понимала, что Сэнди ничуть не преувеличивает. Пока Джордан стоял неподвижно, создавалось впечатление, что он абсолютно спокоен, но когда он поворачивался и наклонял темноволосую голову, прислушиваясь к словам собеседника, – было видно, что каждое его движение полно мощи, внутренней силы. И Пенни вдруг ощутила себя совсем беззащитной.
– Может, нам найти укромный уголок и выпить чего-нибудь покрепче?
Сэнди ласково улыбнулась в ответ на заботливое предложение подруги:
– Мак хотел, чтобы ты была среди гостей и общалась со всеми этими «шишками». Не беспокойся из-за меня, Пенни. Ты ведь сама говорила вчера: мне надо приготовиться к тому, чтобы встретиться с ним лицом к лицу.
Да, но это было до того, как Пенни лично увидела Джордана и поняла, о чем идет речь.
– Говорить никому не запрещено. А я, кажется, умею делать смелые заявления. Но коли так получилось, остается одно: давай подойдем к нему и ты покажешь, как уверенно себя чувствуешь и прекрасно обходишься без него.
Сэнди с сомнением покачала головой:
– Спасибо за поддержку, но я не девочка, чтобы меня водили за ручку. Мне уже двадцать семь лет! Справлюсь сама. Не волнуйся и занимайся своими делами.
Пенни заколебалась:
– Ты уверена?
– Разумеется, – Сэнди поднесла бокал к губам. – Просто я слегка удивлена. Джордан не из тех людей, которые зря… – она забыла, чем хотела закончить, потому что в эту минуту Джордан посмотрел прямо на нее… Его лицо оставалось спокойным, но Сэнди почувствовала, как эмоциональная волна прокатилась через весь зал и захлестнула ее с головой. Сэнди сжала тонкую ножку бокала. Она уже забыла холодную синеву этого взгляда.
– Сэнди?
Встревоженный голос Пенни привел ее в чувство. Отведя глаза в сторону, она выдавила из себя улыбку:
– Я же сказала: не волнуйся! У тебя и без меня дел хватает.
Подруга скептически поморщилась, но пожала плечами:
– Я скоро подойду, посмотрю, как ты, – и, повернувшись, скрылась в толпе.
Сэнди неотрывно смотрела на то, как пузырьки шампанского устремляются со дна бокала вверх. С минуту на минуту он будет здесь, рядом с ней. Пройдет сквозь толпу, как ледокол, и все инстинктивно будут расступаться перед ним, не понимая, почему это делают. Его ничто не остановит. Еще немного, и он…
– Привет, Сэнди.
Она подняла глаза и посмотрела ему прямо в лицо. О Господи! Как она боялась этой минуты. И не зря. Дыхание у нее сразу перехватило, в горле будто застрял ком.
– Каким ветром тебя сюда занесло?
– Я ждал, что ты сюда придешь, – Джордан сжал губы. – Я искал встречи с тобой все эти полтора года. – Взгляд его пробежал по ее тонкому лицу, задержавшись чуть дольше на мягких губах и на прядке серебристо-пепельных волос, которая непослушно завилась у самой щеки. Брови Джордана слегка нахмурились. – Ты подстриглась. Мне больше нравились длинные волосы.
– А мне – короткие, – Сэнди отпила глоток шампанского. – Марч не знал, что ты в Сан-Франциско?
– Сейчас уже знает. Я позвонил ему. Кстати, он поселился вместе со мной. – Джордан взял у нее из рук бокал с шампанским и поставил на сервировочный столик. – Уйдем отсюда. Мне надо с тобой поговорить.
Сэнди почувствовала, как ее охватывает страх и растерянность.
– А у меня нет ни малейшего желания ни с того ни с сего уходить. Во-первых, я только что пришла. Во-вторых, я даже не успела поздороваться с Маком…
– Ради Бога, Сэнди, перестань упрямиться… – Джордан внезапно оборвал себя, и Сэнди увидела, каких усилий ему стоило заставить себя замолчать. – Ну хорошо, останемся, если тебе так больше хочется. Где тут можно уединиться?
– Зачем? Нам и сказать-то друг другу нечего.
– Нет, есть. – Он окинул взглядом комнату, остановился на дверях, ведущих на террасу, затем взял ее за руку и стремительно повел за собой сквозь толпу. – Нам давно нужно было откровенно поговорить. – Распахнув двери, он пропустил ее вперед. – Должен же я наконец узнать, почему ты от меня убежала.
– Почему убежала? Я оставила записку, в которой объяснила причину своего отъезда. – Услышав, как его дыхание участилось, Сэнди обернулась и поняла, что он смотрел на глубокий вырез ее платья, который заканчивался сзади ниже талии.
– Неужели нельзя было надеть что-нибудь более пристойное? Это даже хуже, чем прийти вообще раздетой.
Сэнди резко выпрямилась, словно почувствовала опасность:
– Дело вкуса. Кому что нравится. Раньше по твоей милости мне приходилось закутываться с ног до головы, как наложнице из гарема какого-нибудь шейха. Ты не позволял мне даже в шортах выйти за пределы дома.
Джордан сердито нахмурился:
– Это потому, что ты выглядишь слишком сексуальной. – Пройдя следом за ней на балкон, он закрыл за собой дверь. – И мне казалось, что тебя это не слишком задевает. Кажется, мы с тобой уже обсуждали это…
– Обсуждали… – Сэнди резко повернулась лицом к нему. – Мы с тобой никогда и ничего не обсуждали. Ты сам приходил к какому-то выводу, принимал решение и деловито ставил меня в известность. Так что мне оставалось только послушно выполнять то, что тебе пришло на ум.
– Да и тебе это, кажется, доставляло удовольствие…
Она вспыхнула:
– Ты опытный любовник, Джордан. И тебе не составляло труда заставить меня полыхать огнем. Ты знал, на какие клавиши надо нажимать. И те дни, что мы были вместе, прошли, как в эротической дреме. Я ничего толком не соображала и не понимала. Все было как в тумане. – Она встретила его взгляд. – Но рано или поздно наступает момент, когда надо проснуться и посмотреть правде в глаза. И когда я наконец очнулась и поняла, что происходит…
– Это не было ни сном, ни дремой. Это была действительная жизнь… – в его голосе проскользнули приглушенные жесткие нотки. – Была ты. И был я. И тебе нравилось то, чем мы с тобой занимались. – Он шагнул к ней. – И ты откликалась на каждое мое движение так, как ни одна из встреченных мною прежде женщин. Вспомни, сколько раз на день мы занимались любовью? Какие ты издавала стоны и как впивалась ногтями мне в плечи? Ты помнишь это, Сэнди?
Невольно отступив на шаг назад, она попыталась мысленно отгородиться от него, поставить барьер, преграду, которая помогла бы ей устоять. Ни в коем случае не следовало вспоминать то, что происходило между ними. Оказавшись с ним наедине, она буквально становилась сумасшедшей.
– Я помню, как ты убедил меня бросить работу, отказаться от любимого дела. Помню, как ты разрушал все дружеские связи, которые у меня устанавливались с кем-либо. И я прекрасно помню, что к тому времени, когда решилась от тебя уйти, – я превратилась, можно сказать, в рабыню, которая…
Лицо его потемнело и слегка исказилось, как от боли.
– Из твоего наброска получается портрет эдакого маркиза де Сада. Разве я так обращался с тобой? Хоть раз я был жесток или груб? Единственное, чего мне хотелось, – это исполнять все твои желания.
– А ты хоть раз спросил меня: что именно я хочу? – печально улыбнулась Сэнди. – Конечно, физического насилия ты себе не позволял.
Его губы изогнулись:
– Это намек на то, что я подавлял твою психику?
– Ты сам подыскал определение. Так или иначе, но ты управлял, манипулировал мною. Ты умеешь заставить людей делать то, что считаешь нужным. И скорее всего даже не замечаешь, как это делаешь. Все у тебя получается само собой. Так вот! Я решила, что больше никому не позволю собой вертеть. – И она двинулась к дверям, ведущим в холл. – Вчера я сказала Марчу все, что думаю по этому поводу. Я не вернусь, Джордан. Найди себе другую женщину, которую будут интересовать только постельные забавы и более ничего.
– Это не забавы. Господи Боже мой, мне казалось, что ты сама понимаешь, что это не игры.
Сэнди не позволила себе оглянуться, пока шла к двери. Она кожей ощущала его взгляд, и от этого ее бросало в жар. Тело по-прежнему готово было откликнуться на каждое его прикосновение, на каждый жест, как отликается струна на движение руки опытного музыканта. Острое желание и сейчас охватило ее. Господи, еще секунда, и ей удастся нырнуть в толпу и раствориться в ней. Еще секунда… и она будет свободна.
– Я не позволю тебе уйти просто так…
– А я не буду спрашивать у тебя позволения, Джордан, – Сэнди открыла дверь. – До свидания.
Джордан стиснул кулаки. Какую-то долю секунды он еще видел ее серебристо-пепельные волосы сквозь прозрачные гардины, а потом Сэнди заслонили проходившие мимо люди. И все, что произошло, – исключительно по его вине, – подумал Джордан, горько сожалея о случившемся. Только сейчас он осознал, как по-идиотски повел себя. Ему хотелось быть мягким, терпеливым, внимательным, понимающим. А вместо этого он начал нападать на нее, обвинять во всем, выгораживая себя и перекладывая всю вину на Сэнди. Счастье, если после такого разговора Сэнди не обратится в полицию и не потребует, чтобы его обязали держаться от нее подальше.
Следовало бы заранее догадаться о том, что он непременно сорвется. Стоило им оказаться вместе, как в нем сразу проснулось чувство собственника. Напрасно он считал, что после долгой разлуки его реакция не будет такой острой, тем более что все это время он старался побороть себя, старался подавить свои привычки.
Но желание было таким мощным, что он сразу потерял контроль над собой. Конечно, ему очень бы хотелось дождаться такого времени, когда он сможет, разговаривая с ней, держать себя в руках, обуздывая свой темперамент. Если бы не обстоятельства, которые вынудили его действовать так настойчиво и быстро! Холодок пробежал у него по спине, когда Марч описал полупустое здание, в котором поселилась Сэнди. Ему не оставалось ничего другого. Как иначе он мог обезопасить ее жизнь? Тот выродок из Нью-Йорка все еще жив, и угроза для Сэнди оставалась вполне реальной.
Разговор не получился. Сэнди ушла расстроенной. Но Джордан слишком хорошо знал жену, чтобы не заметить, как ее тело по-прежнему чутко отзывалось на его присутствие. Стена, которой она пыталась отгородиться, защищала не лучше папиросной бумаги. А что, если она, выведенная из себя встречей с ним, уедет с вечеринки одна, в пустой дом, что стоял возле порта? Черт! Она могла уже уйти, пока он тут неизвестно чем занимается.
Выругавшись сквозь зубы, Джордан рванулся к двери, распахнул створки и быстрым взглядом окинул толпу гостей, выискивая серебристо-пепельную головку Сэнди.
Глава 2
Темно-синий «Мерседес», взвизгнув тормозами, остановился на пустынной стоянке почти впритык за «Хондой» Сэнди.
Сердце ее невольно сжалось от страха. А когда она увидела Джордана, вышедшего из автомобиля, ее охватил страх совсем иного рода. Ей казалось, что на том разговоре все закончится. Хотелось, чтобы так и было, черт побери!
Выйдя из машины, она изо всех сил хлопнула дверцей.
– Джордан, учти, что это моя квартира, это частная собственность. Значит, посторонним – тем, кого я не приглашала, – вход сюда воспрещен!
– Марч мне описал твое жилище. Сначала я поверить не мог, что оно действительно находится в таком месте. Ты что, совсем не понимаешь, что делаешь? Лучшего места для того, чтобы на тебя могли напасть, – и придумать нельзя. А ты еще толкуешь о приглашении.
– Соседние дома хорошо охраняются, – заметила она в свое оправдание. – А кроме того, тебя это не касается. Уходи, Джордан. Оставь меня в покое.
– Только после того, как ты войдешь в дом.
– Нет. Я сама в состоянии…
Но он, не слушая ее, уже подошел к лифту, и Сэнди не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
– Мне не нужна охрана. Я вполне обходилась без нее все это время. Дойти до дверей своей квартиры – сущий пустяк.
– Да, обходилась, – Джордан повернулся к ней лицом. При электрическом свете лицо его выглядело угрюмым. – Но давай посмотрим, что мы имеем на данный момент? Ты стоишь под номером один в списке возможных жертв маньяка-убийцы. И несмотря на это, покупаешь жилье в почти пустом, еще не заселенном доме. Может быть, проще вернуться в Нью-Йорк и вручить ему нож, чтобы он перерезал тебе горло?
Сэнди посмотрела на него с нескрываемым изумлением:
– Откуда ты узнал про Кемпа?
Джордан хранил угрюмое молчание.
– Так откуда же?
– Из газет, – уклончиво ответил он.
– Сомневаюсь, что эта история дошла до австралийских газет. Признайся, откуда это стало тебе известно? – Она напряженно вглядывалась в него. – Ты вчера был в Сосалито?
Легкая тень пробежала по его лицу.
– Ты следишь за мной, – выдохнула она. – И как долго?
– Я здесь около месяца.
– Около месяца?! И Марч понятия не имел, что ты здесь? – Но тут она припомнила выражение лица его младшего брата, когда она выспрашивала у него, известно ли ему, где Джордан. – Или же знал и солгал мне?
Джордан еще какое-то время молчал, а потом медленно покачал головой:
– Как ты можешь так говорить? Ты его знаешь, он не способен лгать. – И улыбнулся. В его улыбке проскользнул легкий оттенок горечи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14