А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Джоансен Айрис

Такой чужой, такой желанный


 

На этой странице выложена электронная книга Такой чужой, такой желанный автора, которого зовут Джоансен Айрис. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Такой чужой, такой желанный или читать онлайн книгу Джоансен Айрис - Такой чужой, такой желанный без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Такой чужой, такой желанный равен 125.42 KB

Джоансен Айрис - Такой чужой, такой желанный => скачать бесплатно электронную книгу



OCR Anita
«Зимняя невеста. Такой чужой, такой желанный»: Эксмо-Пресс; Москва; 1998
ISBN 5-04-001385-2
Аннотация
Певица Лиза Лэндон возмушена ролью приманки для своего бывшего мужа, торговца оружием, которую ей уготовил Клэнси Донахью. Она сразу же возненавидела своего похитителя. Но вскоре ей многое приходится переосмыслить, а от ненависти до любви, как известно, путь хоть и близкий, но отнюдь не простой!
Айрис Джоансен
Такой чужой, такой желанный
Глава 1
Клэнси Донахью откинулся в дымчато-сером мягком кресле и с наслаждением вытянул ноги.
– Значит, она приехала в Пэрадайз Кэй четыре дня назад, – подвел он итог. Его глаза подозрительно сузились, когда сидящий напротив Лен Бертолд молча кивнул и нервно передвинул с места на место стопку бумаг на столе. – Что это с тобой происходит, Лен? Ты как будто сам не свой.
– Да, в некотором роде. – Бертолд поморщился. – Мне не нравятся твои игры, Клэнси, и я не хочу в них участвовать. Теперь я администратор в отеле и далек от всего этого. И мне бы хотелось, чтобы ты расставлял свои ловушки в другом месте!
– Тем хуже для тебя, – пожал плечами Клэнси. – Твое тихое пристанище оказалось самым удобным местом, чтобы подбросить наживку этому негодяю. – Его ленивая поза не изменилась, но в голосе вдруг зазвучала почти осязаемая сила. – Пэрадайз Кэй – одно из владений Седихана, как и этот отель-казино. Два года назад я сделал тебя управляющим казино, считая, что ты надежен, честен и исполнителен. – Его голос понизился почти до мурлыкающего шепота. – Надо ли объяснять, что будет с тобой, если ты утратил хоть одно из этих качеств?
Лен облизнул внезапно пересохшие губы.
– Нет, Донахью, я все понял.
Выражение этих ледяных голубых глаз говорило яснее слов. Лен знал Донахью: более шести лет тот занимал пост начальника службы безопасности Алекса Бен Рашида, правителя Седихана. Не было случая, чтобы Донахью не справился с заданием. Лен знал также о методах его работы, в том числе и о применении грубой силы. Как только Лен Бертолд узнал о появлении Донахью, решившего лично заняться делом Лэндон, он понял, что его спокойной жизни пришел конец. Стараясь казаться невозмутимым, Лен откашлялся и поднял глаза на собеседника.
– Я просто высказал свое мнение, Клэнси. Ты же знаешь, я в твоем распоряжении. Я всегда скрупулезно выполняю твои указания. Эта Лэндон поет в кафе уже два вечера. – Он вдруг нахмурился. – А знаешь, она довольно привлекательна. В ней есть что-то особенное… – Он замолчал, о чем-то задумавшись, но потом просто пожал плечами. – Определенно в ней что-то есть.
– Я приехал не для того, чтобы наслаждаться ее пением, – отозвался Клэнси с изрядной долей сарказма. – Ты поручил Гэлбрейту следить за ней?
– Конечно! За ней установлено наблюдение с того самого момента, как она здесь появилась. – Бертолд слегка улыбнулся. – Я еще не утратил профессиональные навыки. Мы фиксируем каждый ее вздох. Болдуин пока не вступал с ней в контакт, это я знаю наверняка. Мой человек каждый вечер обзванивает все отели на острове, но никого подходящего под описание пока не заметили.
– Ты уверен? – нахмурился Донахью.
– Абсолютно. Мы, разумеется, размножили фотографию, которую ты нам прислал. Он здесь не показывался. – На лице Бертолда отразилась робкая надежда. – Может, она его больше не интересует?
– Ничего подобного. Он приедет, – мрачно сказал Клэнси. – Где бы ни появлялась Лайза Лэндон, он тут же выскакивает, словно черт из табакерки. Она – его идефикс, а избавиться от этого не так просто.
– Но ты говорил, что они развелись больше трех лет назад, – сказал Бертолд. – Возможно, до него наконец дошло, что он ей не нужен?
Клэнси покачал головой.
– Повторяю, она – его навязчивая идея. В нашем досье на него есть все: сцены ревности, попытки насилия, публичные угрозы. Он наверняка здесь появится. Болдуин очень внимательно следит за своей бывшей женой. Когда она сегодня выступает?
– Ночное шоу начинается в десять. – Бертолд взглянул на свои золотые часы. – Это уже через пятнадцать минут. Ты хочешь посмотреть?
Донахью кивнул и поднялся.
– Собираюсь поговорить с ней сегодня после выступления и убедить сотрудничать с нами.
– А если она откажется?
– В любом случае мы используем ее. – Он холодно улыбнулся. – Слишком долго я охотился за этим негодяем, чтобы теперь раздумывать над тем, что красиво, а что нет. А где сейчас Гэлбрейт?
– Должно быть, в кафе.
– Прекрасно. – На секунду в улыбке Клэнси мелькнула ирония. – Не хотелось бы позорить твое шикарное заведение, Лен, но я не успеваю переодеться. Ты лучше позвони своему метрдотелю и предупреди, чтобы он ко мне не привязывался.
– Очень сомневаюсь, чтобы ему пришло такое в голову. – Окинув взглядом мощную фигуру Клэнси, Бертолд решил, что тот скорее похож на боксера-тяжеловеса, чем на завсегдатая ночного клуба. Ведь Клэнси действительно когда-то был борцом. Он вообще много чего успел перепробовать, прежде чем возглавил службу безопасности в Седихане, и чем опаснее было занятие, тем больше Клэнси был увлечен. – Хорошо, я позвоню Монти, чтобы он был полюбезнее с тобой.
– Ну и ладно. Я устал как черт, и лишние стычки мне ни к чему. – Клэнси повернулся, чтобы выйти. Несмотря на усталость, он двигался с удивительной гибкостью и грацией.
– Ты уже устроился в отеле, – поинтересовался Лен, – или мне тебя зарегистрировать?
Клэнси задержался у двери.
– Я буду жить у себя на вилле, на побережье. Это недалеко отсюда, так что в случае чего я появлюсь здесь через пять минут. Я уже возненавидел отели. Последние полтора месяца я только и делал, что переезжал с места на место, преследуя Болдуина. – Он вытащил из кармана связку ключей и бросил Лену. Ключи упали как раз на стол перед ним. – Распорядись, чтобы горничная приготовила для меня виллу прямо сейчас, хорошо? – Не дожидаясь ответа, он закрыл за собой дверь и быстро зашагал прочь.
Пересекая фойе, устланное пушистым ковром, Клэнси попытался расслабить напряженные мускулы шеи и плеч. Он не лгал, когда говорил Бертолду, что здорово устал. Сегодня он спал всего несколько часов, пока летел из Лос-Анджелеса на этот маленький островок в Багамском архипелаге. К сожалению, поездка в Лос-Анджелес ничего не дала. Болдуин как сквозь землю провалился. Ну что ж, если не удалось обнаружить его нору сейчас, то придется подождать, пока эта крыса выползет из нее, чтобы добраться до своего любимого лакомства – Лайзы Лэндон.
Кафе было маленьким, и в нем царил интимный полумрак, традиционный для всех этих заведений, тысячи которых Клэнси перевидал за долгие годы. На столиках были белые камчатые скатерти, свечи в полупрозрачных высоких стаканах отбрасывали легкие тени на лица тихо беседующих посетителей. Трое музыкантов на крохотном подиуме в дальнем конце зала играли джаз. Клэнси на секунду остановился в дверях, вспомнив былые дни. Клэнси всегда любил джаз. Алекса это неизменно удивляло, и он понимал, почему. Джаз – это самая лениво-чувственная и мягкая в мире музыка, а лень, мягкость или чувственность совершенно отсутствовали в характере Клэнси. У него было крепкое здоровье, и женщины требовались ему довольно часто, но отношения с ними скорее походили на утоление голода, легкие и ненавязчивые, такие, о которых больше не вспоминают. Чувственность же предполагает проявление более тонких, сложных эмоций, но это вступало в противоречие с его работой. Тем не менее джаз он любил, и здесь ему было хорошо.
– Клэнси?
Он быстро повернул голову и увидел Гэлбрейта.
– Джон. – Он кивнул ему в знак приветствия. Гэлбрейт был одет безупречно. В вечернем костюме, он будто сливался с изысканным интерьером, и Клэнси пришло в голову сравнение с хамелеоном. Черты его лица были приятны, хотя и не слишком красивы, темные волосы модно подстрижены, а улыбка казалась радостной и непосредственной, как у студента. Не то чтобы студенты сейчас были такими уж непосредственными, устало подумал Клэнси. В мире, омраченном всевозможными кризисами, детство длится недолго. – У тебя заказан столик?
– Да, вон там, у края площадки. – Гэлбрейт указал рукой. – Обычно я сижу в глубине, когда наблюдаю за кем-нибудь, но сейчас подумал, что ты захочешь рассмотреть наш объект получше. Ты же сказал по телефону, что в любом случае хочешь с ней поговорить. – Он повернулся и пошел, легко лавируя среди столиков. Подойдя к своему месту, он опустился на стул и поднял недопитый стакан с коктейлем. Его глубоко посаженные глаза, блестящие, как у белки, зорко смотрели на собеседника. – Ты выглядишь таким измотанным, Клэнси! Что с тобой?
– Все как обычно. – Клэнси опустился на стул и отрицательно мотнул головой официанту, остановившемуся рядом. Сейчас лучше не рисковать с алкоголем, ему нужна свежая голова. – Ну что, Болдуина не видно?
– Нет. Она ни разу не звонила по телефону, с тех пор как приехала. Каждый день она долго гуляет по пляжу и ни разу ни с кем не заговорила. – Гэлбрейт пожал плечами. – Или, вернее, ни с кем, представляющим интерес. Сегодня, например, она помогала какому-то малышу построить замок из песка. Потом вернулась в отель, репетировала с музыкантами, обедала у себя в номере. У нее два выхода за вечер. После выступления она сразу уходит к себе. За все время пребывания на острове – никаких контактов с мужчинами.
– И не на острове тоже, – заметил Клэнси. – Странно. Это может означать, что она все еще любит Болдуина. – Он скривил губы. – Или же она фригидна, а его нарочно выводит из себя.
– Нет, – уверенно возразил Гэлбрейт. Когда Клэнси удивленно взглянул на него, он смущенно пробормотал: – Я хотел сказать, трудно представить, чтобы она была холодна с кем-то, кого действительно любит.
– Ты, похоже, поддался чарам этой роковой красавицы, – Клэнси удивленно поднял брови.
Гэлбрейт заерзал на сиденье.
– Вовсе нет! Ты же знаешь, мне вообще никогда не нравились такие женщины.
– Ну конечно, ей уже тридцать семь! – сухо заметил Клэнси. – Старуха! Но, должно быть, очень красивая, раз заставила тебя закрыть глаза на свою дряхлость.
– Да нет же! – Гэлбрейт хмурился, подбирая слова, и Клэнси даже не был уверен, что тот уловил его сарказм. – Во всяком случае, мне она не кажется такой уж красивой. Это трудно объяснить. – Он сделал нетерпеливый жест рукой. – Просто в ней есть что-то особенное…
– То же самое говорил и Бертолд, – насмешливо улыбнулся Клэнси. – Мне уже самому интересно, что же нашли в этой певичке два таких циника, которые теперь и объяснить толком ничего не могут. А как насчет ее голоса? Не стоит ли мне вставить вату в уши?
– Поет она прекрасно, – сказал Гэлбрейт. – Даже слишком хорошо для такого места. Она немного напоминает мне Барбру Стрейзанд.
Клэнси поднял бровь.
– Да уж, это комплимент! Я жду не дождусь, чтобы услышать эту звезду и постараться самому выяснить, что же в ней особенного.
– Долго ждать не придется, – сказал Гэлбрейт, кивая в сторону пианиста, который пододвинул высокий табурет к краю сцены и теперь, сидя на нем, настраивал микрофон. – Она вот-вот выйдет.
После музыкального вступления, краткого и сдержанного, на сцене появилась женщина. Легкой походкой она подошла к микрофону и села на табурет. На ней была изысканного покроя белая шелковая блузка и длинная черная юбка, которая выглядела бы пуритански строго, если бы не высокий разрез спереди. Клэнси с удивлением отметил, что Лайза Лэндон довольно высокого роста и очень тоненькая, в то время как он ожидал увидеть соблазнительную красотку с пышными формами. Ее светлые с медовым оттенком длинные волосы были зачесаны назад и закреплены заколкой. Черты лица в полумраке он рассмотреть не мог, но она не показалась Клэнси особенно красивой. И тут включился прожектор.
Его сразу же поразило мягкое тепло широко расставленных карих глаз. Чуть грустное лицо певицы вдруг осветила улыбка, такая добрая, дружеская, что у Клэнси перехватило дыхание.
– Здравствуйте, я Лайза. Я спою вам несколько моих любимых песен. – Она говорила так задушевно, как будто в зале находились ее старые друзья. – А потом постараюсь выполнить все ваши заявки. – Лайза состроила смешную гримаску. – Только, пожалуйста, не просите оперных арий! Я не мадам Баттерфляй. – Она довольно улыбнулась, услышав прошелестевший по залу смех, и Клэнси опять ощутил почти болезненное чувственное влечение. И что, черт возьми, с ним происходит? – Готов? – Лайза кивнула пианисту, который играл вступление. – Ну, начали.
В течение следующих сорока пяти минут Клэнси полностью убедился, что Гэлбрейт и Бертолд были правы: Лайза Лэндон действительно обладала чистым, сильным голосом. А эмоциональность ее пения могла покорить любого слушателя. Впрочем, исполнительское мастерство певицы и ее музыкальные данные Клэнси интересовали меньше всего, потому что перед ним была очаровательная женщина. Нервные, изящные руки, иногда подчеркивающие музыкальную фразу выразительным жестом. До чего красивая шея! Нежная, молочно-белая на фоне белоснежной блузки. Как камелия, но при этом пульсирующая, полная жизни. Чувственные, прекрасной формы губы. А улыбка… Его рот иронически скривился, когда он поймал себя на столь романтических мыслях. Обычно его интересовало, какая у женщины грудь и бедра, ноги, но уж никак не улыбка. Несомненно, его влекло к ней, причем очень сильно. Клэнси ощутил собственное почти болезненное возбуждение и рассердился. С чего тут возбуждаться? Женщина совсем не так уж красива. Худенькая, а рот слишком большой. Ноги, правда, у нее красивые, неохотно признал он. Благо, что высокий разрез юбки давал прекрасную возможность в этом убедиться.
Жажда полного обладания – Клэнси ощутил ее неожиданно для себя самого. Поразительно! Он не испытывал такого чувства ни к одной женщине. А эту вообще видел впервые.
Тем временем Лайза закончила петь. Она соскользнула с табурета и опять улыбнулась публике. Затем удалилась со сцены так же быстро, как и вышла.
Гэлбрейт наклонился вперед и усмехнулся Клэнси.
– Ну что, разгадал ты секрет, которым владеет эта женщина?
«Мной! Она владеет мной», – в смятении подумал Клэнси. С некоторым трудом он взял себя в руки.
– У нее есть индивидуальность, – сдержанно заметил он. – И зрелость. Ничего удивительного, что такой мальчишка, как ты, попал под ее обаяние. Те хорошенькие куколки, с которыми я тебя вижу, лишь со временем могут приобрести эти качества.
– Ну, хорошенькие куколки тоже имеют свою прелесть, – лениво протянул Гэлбрейт. – Но и твоя маска безразличного ко всему игрока в покер временами сползала, так что, я знаю, ты тоже попал под чары этой Лайзы Лэндон.
– Ты становишься дерзким, Джон. – Клэнси отодвинул стул и встал. – Напомни, чтобы я тебя отшлепал, когда ты меня еще раз рассердишь.
Гэлбрейт состроил гримасу.
– Зачем? Ты сам все помнишь – к сожалению! Ты, должно быть, пойдешь сейчас к ней в гримерную? Хочешь, чтобы я продолжил наблюдения?
Клэнси молчал.
– Нет, – наконец ответил он. – Я сам буду следить.
Гэлбрейт изумленно поднял брови.
– Что? Сам? Да ты же много лет не занимался этим. Ты уверен, что не забыл, как это делается?
– Дерзкий мальчишка! – четко произнес Клэнси. – Слишком дерзкий. Не бойся, как-нибудь справлюсь.
Гэлбрейт выругался про себя и сразу перестал улыбаться. Было совсем не безопасно дразнить Клэнси, который, если его вывести из себя, не задумался бы наказать обидчика. Гэлбрейт покорно поднял вверх обе руки.
– Шучу, шучу! – Он улыбнулся. – Я же не дурак, Клэнси, чтобы сомневаться в твоем умении.
– Прекрасно, что ты так во мне уверен, – произнес Клэнси с несколько загадочной улыбкой. – Иногда я сам начинаю сомневаться в своих способностях. – Он повернулся и быстро направился к двери, за которой скрылась Лайза Лэндон.
В дверь гримерной властно постучали.
Лайза сжалась, но усилием воли заставила себя успокоиться. Нет, это не может быть он. Она не видела Мартина с тех пор, как появилась здесь. И нечего давать волю своему воображению только из-за того, что стук в дверь был не вежливо-просительным, а требовательным. Она взяла бумажную салфетку и начала снимать с лица крем.
– Войдите.
– Бог мой, неужели вам никто никогда не говорил, что нельзя оставлять дверь незапертой? – Мужчина, стоящий в дверях, мрачно хмурился, а его голос звучал резко. – Откуда вы знаете, а вдруг я Джек-Потрошитель?
Лайза изумленно глядела на него.
– Но вы же не Джек-Потрошитель, – растерянно пробормотала она. Впрочем, в мужчине действительно было что-то грозное. Он был более шести футов ростом, с широкими плечами и развитой грудной клеткой портового грузчика. Лицо с широкими скулами и носом, явно когда-то сломанным, казалось резким. Его темный загар выдавал человека, живущего под жарким солнцем тропиков, а волосы, когда-то черные, как вороново крыло, посеребрила седина. Он производил впечатление человека, немало повидавшего, вполне владеющего собой и привыкшего всегда добиваться своего. Лайза почувствовала, что в ее душе нарастает протест. Она уже по горло сыта властными мужчинами! Она гордо подняла подбородок: – Хотя вы вполне могли бы им быть! Так что вам лучше уйти.
Выражение его лица не изменилось, но Лайза почувствовала, что он удивлен. Неожиданно он улыбнулся с покоряющей теплотой. Это преображение сурового лица поразило ее.
– Я был груб, не так ли? Вам придется меня простить. – В его низком голосе она уловила едва заметный акцент. – Я никогда не отличался деликатностью. Меня зовут Клэнси Донахью, мисс Лэндон. Я бы хотел поговорить с вами, если можно. – В его глазах вспыхнули веселые искорки. – Чтобы чувствовать себя спокойнее, вы можете обыскать меня. Я не вооружен и беззащитен.
Поверить в это было трудно. Клэнси Донахью абсолютно не производил впечатления беззащитного человека. Но его лукавая очаровательная улыбка заставила ее невольно улыбнуться в ответ.
– Ну ладно, поверю вам на слово. Заходите, мистер Донахью. Что вас привело? – Она продолжала снимать с лица крем.
Он закрыл за собой дверь, и небольшая гримерная вдруг показалась совсем тесной.
– Мне нужна ваша помощь. – Он подошел к ней поближе. – Вы пропустили вот тут… Дайте-ка мне. – Он взял салфетку и бережно стер капельку крема с ее виска. Движения таких мощных рук были неожиданно мягкими. Если сам жест и носил характер интимности, то Клэнси проделал все непринужденно и естественно. – Ну вот, все в порядке. – Он бросил салфетку на столик. – А без грима вы мне нравитесь еще больше. У вас такая чудесная кожа! – Его голос звучал совершенно спокойно. – Матово-белая и нежная, как лепестки камелии. Это сравнение пришло мне в голову, когда вы пели. Я наблюдал за вами.
– Вы там были? – удивилась Лайза, глядя на его джинсы. Она познакомилась с метрдотелем всего пару дней назад и уже знала, что он настоящий тиран во всем, что касается этикета.
Поняв ее удивление, Клэнси с усмешкой пояснил:
– У меня здесь свои люди.
– Понятно. – Хотя он больше не прикасался к ней, Лайза почувствовала раздражение, ощутив исходящее от него тепло, а также запах мыла или лосьона после бритья, имеющего слегка мятный оттенок. Почему-то ей было трудно отвлечься от этих ощущений с той минуты, как он вошел. А ей не хотелось, чтобы что-то нарушало ее покой, который слишком дорого ей достался. Кивнув, Лайза указала ему на кресло. – Садитесь, пожалуйста. – Клэнси сразу же отошел, и она с облегчением вздохнула. Глупо волноваться только из-за того, что в гримерную вошел очень обаятельный мужчина. – Так что вы говорили насчет помощи?
Клэнси сел.
– Я разыскиваю Мартина Болдуина, – прямо сказал он. – И думаю, что вы могли бы мне помочь.
Лайза окаменела.
– Вы – полицейский?
Он покачал головой.
– Я сотрудник службы безопасности Седихана. Ваш бывший муж и его так называемая компания поставляют оружие террористам, базирующимся в Саид-Абаба, на границе с Седиханом. – Его лицо стало жестким. – Я не делаю разницы между террористами и их поставщиками. Мне нужен Болдуин.
Лайза потерла виски. Неужели это никогда не кончится?
– Отлично, но при чем здесь я? – тихо спросила она.
– Вы должны мне помочь. Болдуин знает, что я его разыскиваю, он скрывается. Единственный, кто может его выманить, это вы.

Джоансен Айрис - Такой чужой, такой желанный => читать онлайн книгу далее