А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— В этом месте мне, вероятно, полагается умилиться, растаять и все вам выложить? — Мелис Немид хмыкнула. — Вот что, мисс Грэм, если у вас не пропало желание и дальше говорить со мной об этом, приезжайте на остров. По телефону я обсуждать эту проблему не буду.
Алекс заколебалась.
— Но вы же понимаете, что любые передвижения связаны для нас с риском, — сказал она. — Боюсь, мы просто не сможем…
— В таком случае — до свидания. И не звоните мне больше: у меня хватает своих трудностей. Единственное, что меня волнует — это Филипп. Но говорить о нем я буду, только когда увижу ваше лицо. Приезжайте на остров, или никакого разговора не будет. — И Мелис Немид дала отбой.
— Она хочет, чтобы мы приехали к ней. — Алекс растерянно взглянула на Моргана. — Как ты думаешь, сумеем мы добраться туда и не попасться?
— Это будет непросто.
— Я знаю, что непросто. Ты что, за идиотку меня считаешь? Но я уверена, что дело того стоит. Так сможем мы или нет?
Морган задумался.
— Если привлечь к этому Гэлена и Логана, они, скорее всего, сумеют незаметно доставить нас на остров. Но, повторяю, это очень опасно.
— Зачем мне безопасность, если я знаю, что уже завтра Бетуорт может взорвать еще одну плотину и убить сотни ни в чем не повинных людей?! Придумай что-нибудь, Морган! Если Мелис знает хоть что-то, что может нам помочь, значит, наш риск будет оправдан. — Алекс облизнула губы. — Помнишь, ты говорил, что чувствуешь Рунна, чувствуешь, когда он рядом? Так вот, у меня тоже появилось подобное чувство. Я знаю, чувствую: вот-вот должно случиться что-то очень страшное! Это будет скоро, Морган, и если мы не успеем…
— Не стоит тратить силы, уверяя меня в том, в чем я давно уверен. Я только хотел убедиться, что ты представляешь себе возможные последствия. — Он улыбнулся. — Знаешь, что мне пришло в голову? Я мог бы съездить на остров один, а тебя отправить к Гэлену и Элейн. Что скажешь?
— Нет. Морган вздохнул:
— Почему-то я так и думал. Ладно, я звоню Гэлену.
Белый дом
— Ты опять ничего не ешь, — сказал Андреас, улыбнувшись Челси. — Фредди снова расстроится и будет меня ругать. Он считает — это я виноват в том, что у тебя нет аппетита.
— А ты действительно уверен, что ты здесь ни при чем?
Андреас медленно отложил вилку и нахмурился.
— Не хочешь объяснить, что ты имеешь в виду?
— Не особенно. — Челси сделала глоток вина из бокала. — Ведь могут у меня быть свои секреты, правда? Мы женаты не так давно, чтобы делиться всем, что есть на душе. Всего каких-нибудь двенадцать лет.
Челси явно была в боевом настроении, и Андреас понял, что должен быть очень осторожен.
— Если хочешь, я могу сказать тебе, сколько времени мы женаты, с точностью до минуты. — Он посмотрел жене прямо в глаза. — Потому что каждой минутой я дорожу, словно бесценным сокровищем.
Челси некоторое время смотрела на него, потом не выдержала и отвернулась.
— Черт тебя побери, — сказала она устало. — Твоя искренность всегда меня обезоруживала. Это нечестно, Джордж!
— Ты сердишься. Могу я узнать — почему?
— Когда ты выставил свою кандидатуру на выборах, я знала, что будет трудно, и была готова терпеть. Но мне казалось — все будет по-другому. Чего я не знала, так это того, что большинство граждан Соединенных Штатов будут считать тебя чуть ли не богом. — Она экспансивно взмахнула рукой. — Можно подумать, достаточно тебе пальцем шевельнуть, и среди ночи взойдет солнце, с безоблачного неба низвергнется ливень и пять тысяч насытятся пятью хлебами!
— О чем ты, дорогая?..
— А ты как думаешь? — В глазах Челси неожиданно блеснули слезы. — Я боюсь, Джордж! После одиннадцатого сентября ты значишь для этой страны слишком много. Именно поэтому за тобой охотятся боевики «Матансы», «Аль-Каиды», «Хезбе ислами» и прочих… Они знают, что, убив тебя, нанесут страшный удар всей стране.
— Мне угрожали и раньше, — мягко сказал Андреас. — Но, как видишь, я до сих пор жив.
— Да, ты пока жив, но они подбираются все ближе! Особенно этот ужасный Кордоба со своей «Матансой»… И не спорь со мной: я знаю, что это так, иначе бы ты не натравил на меня Нэнси Шепард.
— Что-что?
— Пожалуйста, не прикидывайся, будто ничего не знаешь! Разве ты не попросил ее послать меня в Питсбург — собирать средства для Национальной ассоциации помощи детям, подвергшимся насилию? Неужели ты думал, что я не догадаюсь?
— Нет, конечно. Но я надеялся — ты притворишься, что не догадалась.
— Почему?
— Потому что так было бы проще.
— Я никуда не поеду. Нэнси я сказала, чтобы она подыскала кого-нибудь другого.
Андреас покачал головой:
— Нет, Челси, тебе придется поехать в Питсбург.
— Я тебя не оставлю!
— Ты поедешь. — Он улыбнулся. — Потому что, если ты этого не сделаешь, мне придется сказать Нэнси, что вместо тебя поеду я. И не только в Питсбург. Я объеду все крупные города на северо-востоке, чтобы собрать средства для подвергшихся насилию детишек, и да поможет мне бог!
— Нет!
— Выбирай: ты или я.
— Господи, почему я не могу остаться с тобой? В Белом доме нам ничто не грозит!
— К сожалению, на земле не осталось мест, которые были бы совершенно безопасны.
— О'кей, я знаю. — Челси вздохнула. — Почему, как ты думаешь, я не стала возражать, когда ты отослал детей?.. И все равно, здесь намного безопаснее, чем где бы то ни было. Покуда ты остаешься в Белом доме, Келлер может обеспечить твою охрану.
— Так кто поедет в Питсбург, ты или я?
— Черт бы тебя побрал! — Челси тяжело вздохнула. — Я поеду.
— Это будет просто замечательно, любимая. От этого выиграют не только подвергшиеся насилию дети, но и я.
— Хорошо, я поеду, — повторила Челси дрожащим голосом. — Только не позволяй им убить тебя, ладно? Иначе мне придется ходить в трауре, а ты знаешь — черное мне не идет.
12
Толстая стальная сеть протянулась от берега до берега, загораживая вход в бухту. Верхний край ее поднимался над водой фута на четыре. В середине возвышалось некое подобие ворот из сети с более мелкой ячейкой. Ворота были закрыты.
— Ну, что будем делать? — спросила Алекс. — Резать?
Морган покачал головой.
— Нет. Будем ждать. — Он выключил мотор катера. — Мы позвонили и предупредили, что едем. Теперь мисс Немид должна сделать свой ход.
— Что ж, подождем. — Алекс встала с сиденья, всматриваясь в аккуратный кирпичный коттеджик, стоявший на самом берегу бухты.
Остров был очень живописен. Зеленые холмы, сапфирово-синяя вода лагуны, пальмы и цветы, покачивающиеся под теплым бризом, — все это навевало чувство умиротворения и покоя. Алекс пожалела, что не взяла с собой фотоаппарат — открывшаяся картина так и просилась на пленку.
— Я что-то не вижу никакого движения, — сказала она. — Может быть, стоит покричать или… Ага, это, наверное, она — Мелис Немид.
Из-за домика на берегу действительно появилась женщина и направилась к причалу. Невысокая, она была одета в шорты и белую майку, хрупкая и издалека выглядела, как девочка. Впечатление усиливалось благодаря светлым, почти белым волосам, какие обычно бывают у детей. Однако в том, как она спрыгнула в лодку и рывком запустила подвесной мотор, ничего детского не было. Наоборот, каждое ее движение выдавало уверенность, опыт и сноровку, приобретенные за годы жизни на безлюдном островке посреди Атлантики.
Распустив по сторонам усы белой пены и высоко задрав нос, моторка быстро приближалась. Ярдов за пятнадцать до сети Мелис Немид заглушила мотор и развернулась, внимательно разглядывая пришельцев.
Она была очень хороша собой, но Алекс сразу увидела, что перед ней совсем не девочка. Мелис Немид было лет двадцать восемь — тридцать; большие темные глаза и правильные, словно точеные черты, выражавшие уверенность и упрямство, делали ее лицо очень необычным, запоминающимся.
Смерив их изучающим взглядом, Мелис Немид холодно спросила:
— Это вы Алекс Грэм? Алекс кивнула.
— Вы совсем не похожи на фотографию, которую показывали в новостях Си-эн-эн.
— И слава богу, что не похожа, — это один из самых неудачных моих снимков. А вы, вероятно, мисс Немид?
Женщина кивнула.
— Вы, кажется, сказали, что не смотрите телевизор. Как же вы узнали, как я выгляжу?
— Пришлось посмотреть. Должна же я была убедиться, что вы — это вы.
— Ну и как, теперь вы убедились?
— Что вы Алекс Грэм и что вы по уши в дерьме? Пожалуй, да. — Мелис Немид повернулась к Моргану: — А это что за тип? Мне он не нравится.
Алекс покачала головой:
— Это мистер Морган, Джадд Морган. Он мой друг. Если бы не он, я бы, наверное, сейчас с вами не разговаривала.
— Ага, наконец-то обо мне сказали правду! — вполголоса пробормотал Морган.
— Все равно я вам не доверяю. — Мелис Немид немного помолчала, потом пожала плечами. — Впрочем, особого выбора у меня нет.
Она запустила мотор и на малом ходу поплыла вдоль сети. У ворот она остановилась и, перегнувшись через борт, опустила руки в воду. В следующую минуту десятифутовый участок сети опустился вниз.
— Запускайте мотор. Как только войдете в бухту — заглушите, — приказала она.
Морган подчинился. Едва их катер перевалил через сеть, Мелис Немид потянула за веревку, и ворота снова закрылись. Затем она включила передачу, тихо урчавший на холостом ходу мотор взвыл, и лодка резво помчалась к берегу.
— Судя по всему, нам нужно следовать за ней. — Морган снова запустил двигатель и направил катер к причалу. — Любезна, ничего не скажешь! Можно подумать, мы явились сюда без приглашения.
Когда они пристали к причалу, Мелис уже привязала лодку и широким шагом шла к дому. Обернувшись через плечо, она раздраженно сказала:
— Пошевеливайтесь, я не собираюсь тратить на вас весь день. У меня еще полно дел.
— Извините. — Морган помог Алекс перебраться на причал. — Мы не обидимся, если вы начнете без нас.
— Не смешно. — Мелис Немид остановилась и холодно посмотрела на них. — И вообще, в этой ситуации нет ничего смешного.
— Нам это известно, — ответила Алекс. — Уверяю вас, наше положение еще хуже, чем ваше, поэтому ни грубостью, ни угрозами вы от нас не отделаетесь. Мы приехали сюда, рискуя собой, вовсе не для того, чтобы выслушивать оскорбления. Нам нужна информация, и вы нам ее сообщите — иначе зачем бы вы пригласили нас приехать? Так что давайте не будем тратить зря время, а перейдем к делу. Итак, что вы хотели нам рассказать, мисс Немид?
Мелис Немид несколько раз моргнула, потом ее губы дрогнули в улыбке.
— Что ж, по крайней мере, вы не пытаетесь навешать мне лапши на уши, — проговорила она. — Зовите меня просто Мелис. Идемте, я угощу вас чаем со льдом.
— Мы бы предпочли просто поговорить с вами, — ответил Морган. — Или с мистером Лонтаной.
— Если вы действительно рассчитывали застать его здесь, то вас ждет разочарование. — Мелис снова двинулась к дому. — Филиппа нет на острове, да я и не обещала, что вы его застанете. — Она поднялась на веранду дома и сразу двинулась к большому холодильнику в углу. — Так что вам придется довольствоваться чаем. До Тобаго, откуда вы, вероятно, приплыли, довольно далеко, а погода стоит жаркая.
— Спасибо, я с удовольствием выпью чаю, — сказала Алекс, усаживаясь в легкое плетеное кресло. — Раз уж мы заговорили о вашем отце… где он?
— Наверное, где-то в районе Азорских островов. — Мелис налила чай в высокие бокалы и поставила их на стол перед Алекс и Морганом. — А может быть — Канарских… Я не знаю. В любом случае связаться с ним вам не удастся, лучше и не старайтесь. Не тратьте зря время.
— Мы будем стараться, потому что мистер Лонтана, вероятно, владеет информацией, которая нам жизненно необходима, — вежливо, но твердо возразил Морган.
— Встретиться с ним вам не удастся, — повторила Мелис. — Поэтому задайте ваши вопросы мне. Это я посоветовала ему исчезнуть до тех пор, пока все не образуется. Обычно Филипп слушается меня не очень охотно, но на этот раз я настояла. Да и он, по-моему, был напуган…
— Напуган? Чем?
— Тем, что происходило в Фэрфаксе. — Мелис невесело усмехнулась. — Филипп думал, что спасает мир, но все оказалось несколько сложнее. Уж не знаю, как он сумел догадаться, что ему лгали… Просто чудо, что он смог выбраться оттуда живым.
— Он услышал о катастрофе в Арапахо-Джанкшн? — спросила Алекс.
— Нет! — резко сказала Мелис. — Фил уехал гораздо раньше. Ни он, ни я не подозревали, что там был применен его термоакустический импульсный аппарат. Только когда я прочитала ваше сообщение, я поняла, в чем дело. Что касается Филиппа, то он, по-моему, до сих пор не верит, что его устройство может использоваться в качестве разрушительного оружия.
— Эксперты и ученые, которые работали в долине Арапахо, говорили мне, что сейсмографы зарегистрировали в районе плотины подземные толчки, — сказала Алекс. — Мог ли аппарат вашего отца спровоцировать землетрясение?
— Теоретически… — Мелис немного подумала, потом решительно тряхнула головой: — Нет, к черту! Это слово Филипп всегда использует, когда не хочет или боится смотреть правде в глаза. Его аппарат мог вызвать достаточно сильное землетрясение, способное разрушить плотину. Господи, сколько раз Филипп говорил мне, как аккуратно нужно калибровать установку, чтобы не нарушить существующее в земной коре динамическое равновесие!
— Что же произошло в Фэрфаксе? Может быть, он был недостаточно… аккуратен?
— Филипп был так поглощен исследованиями, что не замечал ничего вокруг. Это продолжалось довольно долго, и только в Фэрфаксе он начал разочаровываться в Бетуорте, Пауэрсе и других людях, которые его окружали. В конце концов он собрал свои записи, уничтожил опытные образцы своего устройства и покинул Фэрфакс. Это было примерно три месяца назад.
— Удивительно, что они отпустили его так легко!
— Большинство людей считает Фила безвредным чудаком. Для боссов из Фэрфакса он был классическим карикатурным профессором — рассеянным, немного чокнутым гением, который витает где-то в заоблачных сферах. И в какой-то степени они были правы: Филипп обычно живет в своем собственном мире — в мире чистой науки. Вот почему они не ожидали, что он может выкинуть что-то подобное.
— Но почему вы, Мелис, позволили своему отцу обратиться к Бетуорту? Ведь у вас, насколько я успела заметить, все в порядке и с чувством реальности, и со здравым смыслом.
— Он мой приемный отец. Я не хочу сказать, будто он мне безразличен, но у него своя жизнь, в которую я стараюсь не вмешиваться без особой необходимости. — Мелис пожала плечами. — Впрочем, в этот раз Филипп ничего не сказал мне о своих планах — очевидно, был уверен, что я их не одобрю. В Фэрфакс он уехал, не предупредив меня, а я не усмотрела в этом ничего необычного. Филипп часто уезжал в экспедиции один — просто исчезал на месяц, на полгода, на год. Потом он снова появлялся, подавленный или, наоборот, торжествующий, и все успокаивалось до следующего раза, до следующего приключения. Я даже не знала, где он и что с ним, пока Филипп не позвонил мне и не велел подготовить «Последний приют» к длительному путешествию. Я должна была встретить его в Нассау.
— Тогда почему вы здесь?
— Я не бросила его в беде, если вы это имеете в виду! — огрызнулась Мелис. — Я бы никогда не предала Филиппа. Я подготовила шхуну и даже вышла с ним из порта, но он не собирался брать меня с собой. Филипп знал, что здесь у меня осталось несколько больных дельфинов, и поэтому мне пришлось вернуться.
— И все-таки мы должны увидеть вашего отца, Мелис, — сказала Алекс.
— Нет, я не хочу, чтобы он снова оказался замешан в эти дела. Я велела Филиппу затеряться в океане, исчезнуть и не возвращаться, пока я не дам ему знать, что он вне опасности. Если придется, отец может плавать в океане буквально годами… — Ее губы сжались в тонкую, почти бескровную линию. — И боюсь, что этим дело и кончится, — добавила она. — И все из-за этих ублюдков! Они или сделают его крайним, или убьют, разве не так?
— Вероятно, — согласился Морган. — Я лично поставил бы на последний вариант.
Мелис Немид покачала головой:
— Как вы понимаете, я сделаю все, чтобы этого не допустить. Почему, как вы думаете, я пригласила вас приехать? Потому что я не доверяю правительству. Бетуорт пользуется слишком большим влиянием в конгрессе. Вам я тоже не очень доверяю, но у вас, по крайней мере, есть основания как можно скорее разделаться с Бетуортом, пока он не разделался с вами. Я права?
— Совершенно правы, мэм. — Морган галантно наклонил голову.
— Филиппа я вам не отдам, но постараюсь его заменить, — добавила Мелис. — Я просила его рассказать мне все, что произошло в Фэрфаксе, на случай, если с ним что-то случится. И он действительно кое-что мне сообщил. Итак, задавайте ваши вопросы.
— Где находятся так называемые объекты Z-II и Z-III?
Мелис недоуменно уставилась на него.
— Боюсь, я не…
— Хорошо, попробуем зайти с другого бока. Какую географическую привязку имели эксперименты, которые ваш отец проводил в Фэрфаксе?
Алекс удивленно взглянула на Моргана, но Мелис, похоже, поняла его с первого слова.
— Филипп делал расчеты для Скалистых гор, для угледобывающих районов Западной Виргинии и для балтиморского шельфа — там, на дне океана, тоже есть тектонические разломы.
— На дне океана? Мелис кивнула.
— Этот район интересовал Филиппа больше других. Ведь он же океанограф, специализировался на геологии морского дна.
— Скалистые горы — это, вероятно, Арапахо-Джанкшн, — вставила Алекс.
— Но Филипп не мог этого знать, — поспешно возразила Мелис. — Говорю же вам: для него это был просто научный эксперимент. Он ни за что бы не причинил людям вред!..
— О'кей, о'кей! — Морган остановил ее движением руки. — Что это за угольные шахты в Западной Виргинии?
— Филипп этого не знал. Он сказал только, что это где-то на юге и что его очень торопили с расчетами. — Губы Мелис дрогнули. — Филипп еще удивлялся, что Бетуорта так заинтересовал район, где почти нет подземных источников тепла.
— Как видно, у Бетуорта был свой расчет. Что сказал ваш отец по поводу балтиморского шельфа?
Мелис покачала головой:
— После предварительных расчетов от этой разработки решено было отказаться.
— Почему? Может быть, там тоже не было удобных источников тепла?
— Напротив, Филипп считал этот район наиболее перспективным из трех, но Бетуорт сказал — ничего не выйдет. Дескать, там они не смогут добиться необходимого им эффекта. А еще он в присутствии Филиппа сказал Пауэрсу, что им придется привлечь некоего Моралеса. Потому что тот, кто хочет загнать оленя, должен шуметь как можно громче.
— И что это означало?
— Этого Фил не понял. К тому времени он уже разочаровался и в Бетуорте, и в его проекте — правда, не настолько, чтобы сбежать, но достаточно сильно, чтобы перестать отстаивать свою точку зрения и просто делать то, что ему говорили.
— А что ему говорили?
— Я же сказала: Бетуорту нужны были расчеты по Западной Виргинии.
— Что ваш отец говорил о Моралесе?
— Немного. Их, конечно, представили друг другу, но работать вместе им не пришлось. Моралес общался почти исключительно с Бетуортом или с Пауэрсом. Филипп сказал, что он не был похож на ученого, но его это не касалось.
— Моралес часто приезжал на фабрику?
— Да, часто, но никогда не задерживался надолго. Судя по всему, они использовали его только как консультанта.
— Можно сказать и так… — пробормотал Морган себе под нос.
— Со временем, — продолжала Мелис, — у Филиппа сложилось впечатление, что разработка балтиморского направления продолжается за его спиной и что возглавил эту работу именно Моралес. Разумеется, ему это не понравилось — Филипп не хотел отдавать свой аппарат в чужие руки. Между тем Бетуорт, похоже, окончательно решил передать его детище Моралесу.
— И тогда ваш отец послал его к черту и уехал?
— Нет, не тогда. Он по-прежнему был увлечен работой, к тому же некоторое время спустя Бетуорт, похоже, разочаровался в Моралесе. Во всяком случае, появляться на фабрике Моралес перестал.
— А ваш отец снова стал звездой шоу?
— Поверьте, дело было не только в профессиональной ревности. Филипп забеспокоился. Все чаще он слышал разговоры о вулканическом и сейсмическом эффектах, тогда как проблемы геотермальной энергетики отступали на второй план.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31