А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Стокер Брэм

Цыганское пророчество


 

На этой странице выложена электронная книга Цыганское пророчество автора, которого зовут Стокер Брэм. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Цыганское пророчество или читать онлайн книгу Стокер Брэм - Цыганское пророчество без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Цыганское пророчество равен 11.87 KB

Стокер Брэм - Цыганское пророчество => скачать бесплатно электронную книгу



Рассказы –

Брэм Стокер
Цыганское пророчество
– Я решительно предлагаю, – говорил доктор, – одному из нас проверить на себе: обман все это или же нет?
– Отлично! – ответил бодро Консидайн. – Сразу же пос­ле обеда приготовим сигары и наведаемся в табор.
Как и было условлено, едва отложив в сторону обеденные приборы и покончив с бутылкой французского La Tour, Джо­шуа Консидайн и его друг доктор Бэли, вышли к пустоши и направились на восток, в ту сторону, где располагался цы­ганский табор. Мэри Консидайн подошла к калитке, за кото­рой заканчивался сад и начиналась тропинка к пустоши, и напутствовала мужа:
– Не трать на них деньги, Джошуа, они нагадают тебе бог знает что. И не вздумай приударить за какой-нибудь смазли­вой цыганочкой, я все равно узнаю! Да не давай воли Джеральду – он тебе такое предложит, что до беды недолго! Сле­ди за ним!
Джошуа поднял руку, показывая, что он все слышал и обещает следовать советам жены, и громко запел старую весе­лую песенку «Цыганская принцесса». Джеральд сразу же под­хватил несложную мелодию, и, оборачиваясь время от вре­мени, чтобы отвесить Мэри шутливый поклон, они зашагали дальше. Она смотрела им вслед, облокотившись на калитку. Был уже вечер и небо потемнело. А в воздухе еще сохранилась дневная свежесть и пряность. Одним словом, идиллическая обстановка. Особенно для молодых супружеских пар.
Консидайн был молод, но прожил уже достаточно, чтобы порой с неудовольствием констатировать, что его жизнь не богата большими и интересными событиями. Единственное, из-за чего он волновался так, как об этом пишут в книгах, это терпеливое ухаживание за Мэри Уинстон и многочисленные отказы ее амбициозных родителей, которые были согласны выдать свою единственную дочь только за сказочного принца. Поэтому едва мистеру и миссис Уинстон стали известны наме­рения молодого адвоката, они постарались развести его с до­черью, отправив ее к родственникам в другой город и взяв с нее обещание не предпринимать попыток связаться с любимым. Но любовь молодых людей выдержала это испытание. Ни разлука, ни отношения с родителями Мэри не охладили страсти Джошуа, а чувство ревности ему, человеку на ред­кость жизнерадостному, вообще не было знакомо. Таким об­разом после долгого ожидания со стороны молодого человека и столь же долгих отказов со стороны родителей девушки, последние признали свое поражение, и Джошуа и Мэри поже­нились.
В этом доме они успели прожить пока только несколько месяцев, но уже почти привыкли к нему и считали своим. Супруги пригласили к себе погостить Джеральда Бэли, старо­го товарища Джошуа еще по колледжу и безответного возды­хателя по красоте его жены. Он приехал неделю тому назад и решил устроиться здесь довольно основательно, так как дела звали его обратно в Лондон еще не скоро.
Как только Джошуа и Джеральд окончательно скрылись из виду, Мэри вернулась в дом, села за пианино и решила следу­ющий час уделить музыке Мендельсона, которую она бого­творила.
Прогулка до табора оказалась приятной и весьма недолгой, так что не успели Джошуа и его друг выкурить по сигаре, как перед ними цыганские шатры раскинулись во всем своем экзотическом великолепии. У большого костра в центре табора стояли несколько человек. Они предлагали цыганам деньги на гадание. Гораздо больше людей стояло поодаль, но не настоль­ко далеко, чтобы не видеть сам процесс появления на свет удивительных предсказаний. Это были те люди, которые не могли позволить себе расходовать деньги на колдовство, – одни по бедности, другие из-за скупости. Но никто не мог запретить им стоять в сторонке и внимательно наблюдать за всем происходящим у костра…
Как только двое джентльменов приблизились к общей группе и их поприветствовали те, кто знал Джошуа как соседа, к ним тут же подбежала молоденькая большеглазая цыганка и предложила погадать им на счастье. Джошуа с улыбкой протянул ей руку, как это делали остальные, но она проигнорировала его движение и продолжала невинно смотреть на него. Джеральд нагнулся к другу и прошептал ему на ухо:
– Киньте ей несколько монет. Это едва ли не самая важная часть гадания. Во всяком случае для самих гадалок.
Джошуа достал из кошелька два шиллинга и протянул цыганке. Она едва скосила взгляд на монеты и сказала:
– Что ты мне даешь, красавец писаный? Я не нищая. Ты позолоти мне ручку, всю правду скажу.
Джеральд расхохотался.
– Ничего не поделаешь, дружище! Придется быть пощед­рей.
Джошуа был скромен, в некоторых ситуациях просто уди­вительно скромен и даже стеснителен. Во всяком случае он не мог с бесстрастным видом долго выдерживать лукавый взгляд красивой цыганки и поэтому сказал:
– Ну хорошо. Вот держи, милая девочка. Но прошу: за такие деньги я нуждаюсь в большом счастье! – И, улыбаясь, он подал ей монету в полсоверена. Она ловко подхватила ее и быстро заговорила:
– Я не могу сама давать людям счастье. Ни большое, ни маленькое. Я могу только читать его по звездам. – С этими словами она развернула правую руку Джошуа ладонью вверх. Но стоило ей бросить взгляд на характерные бороздки на ко­же, по которым гадают все цыганки, как глаза ее наполнились испугом, и она, выпустив руку испытуемого, убежала прочь. Юная ворожея остановилась у порога самой крупной палатки во всем таборе, подняла покрывало, закрывавшее вход, и юр­кнула внутрь.
– Надули! – с притворным гневом вскрикнул Джеральд и хлопнул в ладоши. А Джошуа стоял рядом с ним и все не мог прийти в себя от удивления, к которому примешивалась из­рядная доля раздражения. Оба они не спускали глаз с той большой палатки. И их ожидание было вознаграждено: пок­рывало вновь откинулось, но на этот раз они увидели не дев­чонку, что убежала от них, а статную, с величавой осанкой цыганку средних лет. Она начальственным взглядом оглядела весь табор. Всякий шум в ту минуту, как она только появилась из палатки, полностью прекратился. Разговоры, смех, даже гадания на какие-то секунды словно испарились в воздухе, и все, кто сидел или лежал на траве у костра, как по команде, встали, приветствуя свою королеву.
– Это их Величество, – прошептал Джеральд, улыбаясь. – Нам повезло сегодня.
Цыганская королева вновь окинула табор изучающим взгля­дом и потом, не колеблясь, сразу направилась в сторону двух последних прибывших джентльменов и остановилась напро­тив Джошуа, как бы показывая этим, что именно он ей и нужен.
– Протяни мне свою руку, – потребовала она в приказ­ном тоне.
Джеральд, скосившись на друга, пропел sotto voce:
- Последний раз лично со мной так разговаривали еще в школе. Боюсь, вам придется выложить еще полсоверена.
Джошуа протянул цыганке монету. Она развернула его ладонь и мельком посмотрела на них. Потом она сказала:
– Тебя любят, и в глазах того человека ты – верх совер­шенства. Ты тот, кому он безгранично и слепо доверяет.
– Надеюсь, что это именно так, – произнес Джошуа. – Но скромность не позволяет мне это утверждать с уверенно­стью.
– Слушай, всю правду тебе скажу. Я вижу в твоем лице все. Все, ты слышишь? Это горе, которое предначертано тебе судьбой, и этого уже не изменить. У тебя есть жена. Ты ее любишь.
– Да, – проговорил он спокойно, давая понять своим тоном, что об этом не так-то трудно было догадаться.
– Тогда тебе нужно уйти от нее немедля! Тебе больше нельзя видеться с ней! Уйди от нее сейчас, пока в тебе горит любовь к ней и еще не народились черные мысли! Покинь ее навсегда!
Джошуа, не дослушав цыганку до конца, выдернул свою руку и сказал:
– Спасибо за интересные советы. – Затем он, сдерживая свое негодование, круто развернулся и пошел прочь.
– Эй! – крикнул Джеральд. – Подождите! Не принимай­те близко к сердцу, дружище! Смешно обижаться на звезды, ну в самом деле! По крайней мере дослушайте до конца!
– Замолчи! – приказала доктору цыганка. – Пусть идет. Пусть он ничего не знает; не надо его предостерегать.
Джошуа тем не менее быстро вернулся.
– Так или иначе, но я дослушаю этот бред, – сказал он. – Кстати, мадам. Вы тут дали мне совет, а между тем я платил вам деньги за гадание на счастье. На счастье, улавливаете?
– Я предостерегу тебя, – сказала та, проигнорировав сло­ва Джошуа. – Звезды долго молчали. Не проси меня снимать завесу, покрывающую их тайну. Пусть все останется, как бы­ло.
– Мадам, – ответил Джошуа. – Образ моей жизни таков, что я мало имею дела с тайнами и весьма об этом сожалею. Я к вам и пришел, чтобы, наконец, приобщиться к тайнам. Я заплатил деньги и хочу уйти отсюда обогащенным знанием, которым через вас соизволят снабдить меня звезды. Или вы хотите, чтобы я ушел отсюда с тем, с чем и пришел, только без денег? Нет уж, увольте.
Джеральд похвалил его.
– А вот и я не уйду, пока мой друг не узнает правды! – весело сказал он.
Цыганская королева сурово оглядела обоих и сказала:
– Как хочешь. Ты сам выбрал. Только отбрось свои на­смешки и легкомыслие. Грядет печальная судьба, и злой рок витает у тебя над головой.
– Аминь, – сказал Джеральд, весело поглядывая на вни­мательно слушавшего цыганку Джошуа.
Она вновь взяла руку Джошуа в свои и повернула ладонью к своему лицу.
– Я вижу хлынувшую кровь, – начала она. – Она течет уже давно. Я вижу ее, катящуюся быстрыми ручейками. Она льется через сломанный ободок кольца!
– Дальше, – сказал, улыбаясь, Джошуа. Джеральд мол­чал.
– Тебе не достаточно? Ты хочешь, чтоб я говорила откро­венней?
– Конечно. Мы, простые смертные, хотим, чтобы нам по­яснили туманные речи. Звезды от нас очень далеко, и я вижу, что на пути ко мне их пророчество теряет ясность.
Цыганка вздрогнула от этих слов и затем продолжала с чувством:
– Твоя рука – рука убийцы. Убийцы своей жены! – Сказав это, она отпустила руку Джошуа и уже повернулась, чтобы уйти.
Джошуа засмеялся.
– Знаете, – со смехом говорил он. – Будь я цыганкой-га­далкой, я все-таки привнес бы в свою систему немного юрис­пруденции. Вот вы сказали: «Твоя рука – рука убийцы». Ну что ж… Мы сейчас не будем говорить о будущем. Но пока я свою жену не убил. А ведь вы так употребляете слова, будто убийство уже имеет место. Вам следовало бы сказать… ну хотя бы так: «Твоя рука будет рукой убийцы» или: «Рука того, кто будет убийцей своей жены». Как видно, звезды не очень-то заботятся о точности изложения.
Цыганка на это только покачала головой. Выражение ее лица было печально. Она направилась к своему шатру и скры­лась в нем.
Делать в таборе Джошуа и доктору больше было нечего, поэтому они молча развернулись и стали возвращаться через пустошь домой. Некоторое время они хранили молчание, но потом Джеральд подал голос:
– Послушайте, дружище. Все это, конечно, было шуткой. Мрачной, согласен, но тем не менее шуткой. Я… Знаете, не лучше ли было бы все-таки сделать так, чтобы это осталось между нами?
– Что вы имеете в виду?
– Ничего не рассказывать вашей жене. Это может ее встре­вожить.
– Встревожить ее? Мой дорогой Джеральд, о чем вы, пра­во? Да она не встревожится и не испугается, даже если сюда из Богемии заявятся все без исключения гадалки и прорица­тельницы бродячего племени и объявят ей, что я убью ее! Она прекрасно знает, что я даже подумать о таком не в состоянии!
Джеральд возразил:
– И вы никогда не слыхали о том, насколько глубоко распространено среди женщин суеверие? Суеверность муж­чин вошла в пословицы, а у женщин ее еще больше! Они все поголовно подвержены нервным расстройствам на этой почве, а нам это незнакомо. Я слишком часто встречался с этим в своей врачебной практике, чтобы закрывать на это глаза. Пос­ледуйте моему совету и не проговоритесь ей о гадании, иначе вы просто напугаете ее.
Лицо Джошуа напряглось и губы чуть побелели. Он сказал:
– Дорогой мой друг, я не имею секретов от жены и не желаю их иметь. К чему вводить новшества в наши отно­шения? Если бы у нас было заведено скрывать друг от друга некоторые вещи, то вы первый сказали бы, что для супругов это по меньшей мере странно.
– И все же, – не унимался Джеральд. – Во избежание нежелательных осложнений, я повторюсь: не рассказывайте ей об этом. Я просто остерегаю вас…
– Вы заговорили прямо как та цыганская королева, – прервал его Джошуа. – Вообще такое впечатление, что вы договорились с ней напугать меня. Может это розыгрыш? При­знайтесь! Ведь вы же меня пригласили в табор? А до того перебросились парой слов с Ее Величеством? – Слова эти были произнесены тоном доброй шутки.
Джеральд стал уверять друга, что о самом существовании табора он услышал только сегодня утром, но Джошуа не пере­ставал подшучивать над ним, и, развлекаясь таким образом, они проделали весь путь и подошли к дому, где их ждала жена адвоката.
Мэри сидела за пианино, но не играла. Хороший тихий вечер и мягкие сумерки навеяли ей лирическое настроение. В глазах ее стояли слезы. Как только она увидела входящих мужчин, она поднялась со своего места, подошла к мужу и поцеловала его. Джошуа изобразил трагизм на лице и глу­боким низким голосом сказал:
– Мэри, прежде чем показывать свою ко мне нежность, выслушай приговор Судьбы! Звезды сказали свое слово и скре­пили его мрачной печатью.
– Что такое, милый? Говори, что у тебя на уме, только не пугай меня.
– Не буду, дорогая. Но то, что я тебе собираюсь сказать эту ужасную правду, ты должна знать. Только приготовься сначала: тебе тяжело будет это выслушивать.
– Говори, милый, я готова.
– Вам не позавидуешь, Мэри Консидайн, – заговорил он торжественным голосом. – Малоискушенные в тонкостях упот­ребления языка, звезды сообщили свою жестокую новость. Посмотрите на мою руку. На ней кровь. Ваша кровь!.. Мэри! Мэри, что с тобой, боже! – Он бросился к ней, но не успел ее подхватить, и она упала на пол без сознания.
– Ведь я предупреждал вас, – укоризненно сказал Дже­ральд. – Вы не знаете женщин так, как их знаю я.
Через несколько минут Мэри пришла в чувство, но, как оказалось, только для того, чтобы сразу же впасть в истерику. Она то рыдала, то смеялась, то бредила…
– Уберите его от меня! Уберите! Джошуа! Убери его, Джо­шуа, муж мой! – кричала она, то складывая в мольбе руки на груди, то отшатываясь в безотчетном страхе.
Джошуа Консидайн был в отчаянии и не знал, что делать. Когда наконец его жена успокоилась, он упал перед ней на колени, стал целовать ее ноги, руки, волосы, произносил са­мые нежные слова, которые только мог изобрести в те минуты. Всю ночь он просидел возле нее, не выпуская ее рук из своих. Ближе к утру она проснулась и долго кричала и плакала в страхе, пока не убедилась, что с ней ее муж, который не даст ее никому в обиду.
Завтрак состоялся непривычно поздно. Джошуа принесли телеграмму, в которой его просили приехать в Уайтэринг, что лежал в двадцати милях от его дома. Он не хотел ехать, но Мэри чувствовала себя уже хорошо и просила его не беспо­коиться за нее. Таким образом, еще до полудня он запряг лошадь в свой двухколесный легкий экипаж и отбыл в указан­ном телеграммой направлении.
Когда он уехал, Мэри, проводившая его до калитки, верну­лась в свою комнату. К ланчу она не вышла, но когда пришло время пить дневной чай – чаепитие происходило всегда на живописной лужайке у ручья, под плакучей ивой, – она при­соединилась к доктору, чтобы ему не было скучно. Выглядела она отлично, от вчерашней болезни не осталось и следа. После нескольких обычных фраз, она сказала Джеральду:
– Конечно, со стороны это все, наверное, выглядело глупо. Я имею в виду вчерашнее. Но, знаете, я действительно чуть с ума не сошла от страха! Я даже сейчас не могу об этом думать равнодушно! Мне… Я не хочу это так оставлять, поймите. Я должна убедиться, что предсказание – не более чем фаль­шивка. Я сама проверю все. Это ведь все неправда?.. – спро­сила она с мольбой в голосе у Джеральда. Тот еще раз имел случай подивиться легковерности женщин и их суевериям.
– Каков ваш план? – спросил он.
– Я сама пойду в табор и попрошу ту цыганку погадать мне.
– Великолепно! Решено. Я, конечно, пойду с вами?
– О, нет! Это испортит все дело. Она узнает вас и расска­жет мне ту же чепуху, что и мужу. Я пойду одна. Сейчас.
И действительно, вскоре она собралась и ушла по пустоши к табору. Джеральд проводил ее немного, затем вернулся в дом и стал ждать.
Не прошло и двух часов, как Мэри вернулась. Она нашла Джеральда в гостиной, где тот читал, лежа на софе. Молодая женщина была смертельно бледна и находилась в состоянии крайнего возбуждения. Едва переступив порог комнаты, она в изнеможении опустилась прямо на ковер, и, закрыв лицо ру­ками, только тихонько постанывала. Джеральд сразу же вско­чил и пришел к ней на помощь. Ему потребовалось приложить огромные усилия для того, чтобы хоть как-то успокоить ее. Но она была еще не в состоянии говорить, и поэтому он вернулся к софе и стал терпеливо ждать. Прошло несколько минут, и стало видно, что Мэри наконец-то более или менее оправилась от своих переживаний. Она присела рядом с ним и стала рассказывать, что с ней произошло.
– Когда я пришла в табор, – начала она тихим голосом, – мне показалось, что там нет ни души – так было тихо. Я вышла к самому центру лагеря и вдруг увидела высокую жен­щину, не слышно подошедшую ко мне сбоку. «Звезды подска­зали мне, что я вам потребуюсь», – сказала она. Я протянула ей свою руку и не забыла вложить в нее серебряную монетку. Она сняла с шеи какую-то позолоченную безделушку и по­ложила ее рядом с монетой. Потом взяла ту и другую и вы­бросила их в ручей, вы видели его? Опять взяла мою руку и сказала: «Не вижу ничего, кроме крови, пролитой в результа­те злодейского преступления». Она захотела сразу же уйти, но я догнала ее и умолила сказать мне больше. Она несколько времени думала и потом продолжила: «Увы! Увы! Я вижу, как ты лежишь в ногах своего мужа и его руки обагрены кровью!»
Джеральду после этих слов стало сильно не по себе, но все же он попытался рассмеяться.
– Да уж, – сказал он, неестественно улыбаясь. – Эта женщина помешалась на убийствах.
– Не смейтесь, – печально сказала Мэри. – Я не могу вот так просто сидеть сложа руки. – С этими словами она вдруг решительно поднялась с софы и вышла из комнаты.
Вскоре после этого разговора вернулся из своей поездки Джошуа. Он сделал свои дела и поэтому был весел и бодр. Ко всему прочему он проголодался, словно охотник после долгой засады на звериной тропе. Его настроение передалось жене, и она ни словом не упомянула о своем визите в табор. Джеральд также решил ничего не говорить. Словно по какому-то мол­чаливому договору они вообще не поднимали эту тему вплоть до вечера. Мэри, как уже было сказано, заметно приободрилась после возвращения мужа, но от Джеральда все-таки не ускользнуло временами появлявшееся на ее лице печальное выражение.
Наутро Джошуа проснулся необычно поздно и спустился к завтраку, когда у стола уже находились Мэри и Джеральд. Мэри встала рано и все утро работала по дому. Ее что-то волновало, и она то и дело бросала по сторонам тревожные взгляды.
Джеральд не мог не отметить, что за завтраком все немного нервничали. И дело вовсе не в том, что мясо было жесткое, а в том, что все ножи почему-то оказались совсем тупыми. Доктор был гостем в доме и потому считал нескромным говорить об этом вслух, но заметил, как и сам Джошуа с недоумением провел кончиком пальца по лезвию своего ножа. При этом его движении Мэри так побледнела, что, казалось, готова была упасть в обморок.
После завтрака все вышли на лужайку. Мэри задумала сделать красивый букет и попросила мужа:
– Нарви мне несколько чайных роз, милый.
Джошуа подошел к ближайшему кусту, который рос прямо у дома. Он попробовал сорвать цветок, но стебель был слиш­ком упруг, и ему это не удалось. Он опустил руку в карман, где всегда лежал перочинный нож, но к своему удивлению его там не обнаружил.
– Дайте мне ваш нож, Джеральд, – попросил он. Но у его друга не было при себе ножа, и поэтому Джошуа вошел в дом и взял тот нож, что лежал неубранным после завтрака на столе в столовой. Джеральд наблюдал за Мэри, а та со страхом ожидала возвращения мужа из дома. Наконец тот появился на крыльце, раздраженно проводя лезвием столового ножа по ладони.
– Да что в самом деле приключилось со всеми нашими ножами?

Стокер Брэм - Цыганское пророчество => читать онлайн книгу далее