А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— 0,3 юксика.
Приученный мною откликаться на «чурку», «чмо» и «чучело», робот побежал за едой с выпивкой, я же вернулся к теме собственного благосостояния. С другого, дальнего, так сказать, конца воротился к мысли, прерванной белобрысым понтярщиком:
— Вот гляжу я на вас, земляки, и, честное слово, вспоминаю себя образца середины девяностых. Вот точно так же дождался я первой увольнительной и рванул вместе с группой товарищей на далекую транзитку, где зарулил в кабак с родным названием. Думал ли я, надеялся ли, что вскоре смогу обозваться «ветераном»? Не-а, ни фига! Будучи реалистом по жизни, я настраивался на четверть века службы в погранчастях. Плюсов-то у этой службы до фига и больше, правильно? Регулярное омоложение на халяву, это раз, бесплатная синтезхавка, зачастую более вкусная и уж точно более полезная, чем натурпродукты, это два, дежурства у мониторов совершенно ненапряжные, это три, каюты люкс, зоны отдыха с прибамбасами, это четыре, пять и так далее…
Я замолчал, вынужденно взял паузу, ибо прибежало чучело с подносами. Робот скоренько, в шесть секунд, сервировал стол-тандем и слинял восвояси. Девушка и рыжий пригубили коктейль, белобрысый зубами вскрыл эксклюзивную бутылку пива, троица пограничников, молчавших с самого начала, опять же молча взялась за вилки, и я продолжил вещать:
— Вот точно так же, как я вас сейчас, нас, зеленых тружеников границы, в начале самой первой увольнительной, на первой же транзитной планете, угостил эрзацхавкой скороспелый ветеран вроде меня нынешнего, с погонялом «Крутой Татарин». А посему, можно смело сказать — нынче я возвращаю долг Ея Величеству Судьбе! Жрачку с выпивкой я уже вам заказал, следовательно, половину долга уже вернул Ея капризному Величеству. Осталась вторая половина, самая интересная. Расскажу вам то, чего рассказывал нам, мне и моим сослуживцам в тот судьбоносный день добряк Татарин. Крутой поведал зеленым лапушкам о Большой Игре, и я, один из всех, приобрел тогда игровую систему модели «Че» по цене фирмы-производительницы. Год спустя, участвуя в Большой Игре, я сорвал куш, равный обязательному пенсионному вкладу. Стоит ли говорить о том, что все свободное время, предшествующее ежегодной Гранд-Игре, я щелкал по клавишам «Че»? Нет, пожалуй, не стоит…
На самом деле Крутой Татарин впарил мне вовсе не игрушку «Че», а «Сканер артефактов». Само собой, бренд «Сканер артефактов» — почти бессмысленное, чисто коммерческое словосочетание, рассчитанное на ярко-зеленых лохов, новичков внеземелья. В документации изделия значилось совсем другое наименование, жутко длиннющее, понятное лишь узкому кругу высоколобых специалистов. Изделие следовало подключать к стандартным системам обнаружения блуждающих в космосе образований, и ежели на каком образовании обнаружатся пресловутые «артефакты», то они законно будут принадлежать владельцу «сканера» в кавычках. Лицензия на отлов дорогостоящих артефактов и плата за симбиоз с казенным оборудованием входили в цену изделия. Стоит ли говорить о том, что я… Стоит! В течение трех месяцев я, наивный, таскался на дежурства в обнимку со «сканером», я, идиот, всерьез рассчитывал одномоментно разбогатеть. А в промежутках между дежурствами я действительно играл с «Че», которую купил в последний день первой увольнительной за последние оперативные юксы. Чисто для забавы купил, без всякой задней мысли. И действительно, через год примерно я выиграл в Большой Игре до фигища юксов, на что — клянусь! — ну совершенно не рассчитывал. Я оказался исключительно одаренным геймером, чего — правда! — ну никак от себя не ожидал. Заключая со мной контракт, фирмачи, производящие «Че», заявили, дескать, таких, как я, талантов по статистике — один на миллион. Лучше бы, конечно, один на миллиард, но, как говорится, чем богаты, тем и рады.
— … Вот, господа пограничники, полюбуйтесь: передо мной на столе находится игровая система фирмы Кью, модель «Че», последняя модификация на сегодняшний день. Внешне это похоже на земной ноутбук, правда? — Я дотронулся до оранжевой клавиши на боковине ноутбукообразной системы, и моя «Че» послушно «сдулась», будто резиновая игрушка. Дисплей лег на столешницу снулым блинчиком, клава расплылась тонкой, мнущейся субстанцией. Я сложил «Че» пополам и еще раз пополам, сложенное вчетверо скатал в миниатюрный комок, умело скатал так, чтобы выпирала лишь одна оранжевая клавиша формы. — А теперь совсем не похоже на земную оргтехнику, согласны? — Я подбросил серый комочек с оранжевым вкраплением, поймал, еще туже смял в кулаке, покатал по столу, вдавил в серую массу клавишу «форма», и «Че» послушно «надулась» и снова превратилась в подобие земного ноутбука. — Но это еще не все, господа! Обратите внимание на конфигурацию клавиш — это конфигурация для игры, а сейчас… — Я дотронулся до фиолетового сенсора в стороне от «рабочих» кнопок и подтвердил команду голосом: — Смена функций!.. Видите? Прежние кнопочки исчезли, возникли новые, и универсальный приемник для всех видов носителей информации. В системе предусмотрено до фига конфигураций и столько же функций. Игровая — приоритетная. Типа, как у земных мобильников: основная функция — голосовая связь, и далее навороты типа органайзера, будильника, видео-, фотокамер, Интернета, эс-эм-эса и тэ-дэ, и тэ-пэ. Я понятно объясняю?
— Слышь, чувачок, что-то я не въехал, — разинул пасть, полную недожеванной селедки, белобрысый хам. — Ты врал, что слинял с Планеты Предков в девяносто четвертом, а тогда мобил с наворотами еще не было. Откуда ты знаешь про современные мобилы? — бывший мент глянул на меня, как Жеглов на Фокса. — Не верю я, что, имея средства на покупку здешних приколов, ты до сих пор интересуешься земным барахлом.
Я уж было собрался проигнорировать его хамскую реплику, да передумал, ответил, скаля зубы в улыбке бультерьера:
— Слышь, мусорок, поживи с мое во внеземелье, и сам узнаешь, какова она на вкус, зараза, названная французами «ностальгией». Никаких юксов не жалко за возможность смотреть земное Ти-Ви и… Ха! Сдается мне, ты, мусор, уже распробовал вкус наркоты-ностальгии! Уже высосал земное пиво и дожевываешь эксклюзивного сельдя. А хлебушек-то, вижу, экономишь, ха!.. Учти, у тебя на оперативке еще достаточно бабла для покупки родных мыла и веревочки. Подсказать, где торгуют качественными товарами для суицида? А?
В унисон с моим «А?» закончилась последняя композиция с пиратского альбома группы «Ленинград». Я усмехнулся, а белобрысый набычился и процедил сквозь зубы:
— Не в дугу базаришь. Уходишь от прямого ответа. Быкуешь, ветеринар.
Я пожал плечами — мол, базары тру, как умею, — перестал видеть белобрысого и продолжил окучивать его сослуживцев:
— Общее внимание, господа и дама! — поворачиваю «Че» так, чтобы всем был виден дисплей. — Вуаля! — дотрагиваюсь до фиолетового кружка, возвращаю игровую конфигурацию клавиш и запускаю демку.
Демороликом игрушка снабжена знатным, сделанным и с фантазией, и с душой. Начинается демка мультяшкой а-ля Дисней. Веселенькие такие, разноцветные шарики-планетки бодренько так вращаются вокруг ласкового солнышка. Смешные автосторожа влегкую отстреливают на подлете к Солнечной злодеев-метеоритов, пинают почем зря астероиды, лихо рубят хвосты кометам.
Но вот землянам удается засечь чудо природы — блуждающую черную дыру, и мультипликацию сменяет изобразительный ряд с закосом под черно-белую кинохронику. И мрачные ученые выдают малоутешительный вердикт: кранты Земле-матушке.
Пока цивилизованное человечество спешно готовится к эвакуации с Планеты Предков, совершая в экстазе эпохальные открытия и судьбоносные технологические прорывы, в псевдокинохронике появляется цвет. Три века эвакуации ужаты талантливо до трех минут экранного времени. Грандиозные панорамы завораживают, одно жалко — создатели ролика не удосужились показать, хотя бы мельком, тех раздолбаев, которые умудрились опоздать на эвакопункт и были брошены, остались на обреченной Планете Предков.
Заселение пригодных для жизни homo sapiens планет, локальные, раз за разом победоносные, стычки с чужими, говоря короче — эпизоды завоевания Вселенной проносятся в течение пары сотен секунд уже в режиме суперстереовижен.
Квадроизображение возникает, когда черная дыра вдруг — ни с того ни с сего! — схлопывается в относительном далеке от звездочки с маркировкой «Солнце». Шикарно выглядят побочные эффекты схлопывания поганой дырки, сиречь мегатонны космического хлама, которые бомбардируют в том числе и Землю. Эффектно гибнут Лемурия, Атлантида, My и Арктида. Всемирный потоп смывает на фиг все следы протоцивилизаций. Но вот Земля-мама снова вполне пригодна для эксплуатации, и некоторые из народов-эмигрантов, ясное дело, выказывают желание вернуться под земные голубые небеса. Однако лемурийцам, атлантам, муийцам и уроженцам Арктиды, увы, негде селиться, кроме как на уцелевших материках, ушельцы с которых тоже, ясен пень, тосковали по родным осинам, секвойям да баобабам. И начинается ПВА — Первая Война Абсурда, она же — Глобальная Смута, она же — Дурная Война. Имея в своем распоряжении всю Вселенную, люди бьются за клочки суши на одной-единственной захолустной планетке. С начала Дурной Войны начинается собственно игра.
— На старте игрок имеет стандартно укомплектованный боевой космокатер тех времен и полную свободу действий. Воюй за кого захочешь, с кем пожелаешь, один, в составе эскадры, как угодно. Можно пиратствовать, можно откочевать в тихую галактику, высаживаться на неизвестные планеты и искать чего-нибудь полезное или мочить чужих на фиг. Можно даже приземлиться на Планету Предков и стать божком для одичавших потомков тех раздолбаев, которые опоздали эвакуироваться и сумели пережить Потоп. Виртуальный мир «Че», честное слово, если и меньше Вселенной, то самую малость. Главная задача в этом мире — зарабатывать бонусы и апгрейдить свое боевое корыто. Считаешь, что нарастил мощи достаточно, — имеешь право заявить о платной игре с фирмой «Кью». Однако лично я не советую злоупотреблять текущими платными побоищами. Лучше копить бонусы и накручиваться-накручиваться-накручиваться, чтоб сорвать по-настоящему фантастический куш в ежегодной Большой Игре. Чего такое «Поток», знаете?
— Что-то вроде земного Интернета, — блеснула эрудицией девушка.
— Ха!.. Вот именно: «что-то вроде». Большая Игра проистекает в Потоке, куда вливаются только живые участники. Игрок, хотя бы однажды победивший в «Большой Мочиловке», считается профессионалом и обязан выставить на кон все свои оперативные деньги за вычетом одного, чисто символического юксика. Любители имеют право не рисковать и заявить любую сумму, хоть тот же, ха, символический юкс, ради бога! Победитель в Большой Игре бывает только один, и, как говорится, победителю достается все. В смысле — все заявленные юксы всех участников. Последнее энное количество лет ваш покорный слуга регулярно побеждал, то есть регулярно богател. В этом году я опять заявил себя претендентом на победу, и завтра я снова собираюсь победить. Обязательно!
— Завтра у вас Большая Игра? — Девушка посмотрела на меня так, будто я вовсе не в виртуалке собрался рубить бабло, а, в натуре, улетаю воевать.
— В ноль часов ноль минут все мои оперативные деньги перетекут в банк фирмы Кью. Я уже отдал соответствующие распоряжения. К вечеру завтрашнего дня я верну свое, заберу чужое, но, кто знает, быть может, на будущий год кто-то из вас, господа и дама, приберет к рукам нажитое мною состояние, оставив мне, бедолаге, тот самый чисто символический юксик на память. — Я щелкнул по фиолетовому кружочку дважды, и на панели управления возникла шершавая пумпочка «кассы» в окружении множества маленьких кнопочек. Мои гибкие пальцы быстренько пробежались по кнопкам. Я старался выглядеть спокойным, но пальчики все же дрогнули. Зато голос — ничуть. И голос, и интонации остались прежними. — Предлагаю всем желающим приобрести игровую систему модели «Че» по специальной цене. Оплатив покупку сейчас, вы ее получите в космопорте перед отлетом сданной транзитной планеты. Модель «Че» с наворотами в виде датчиков усталости, шлема присутствия, выносных рычагов управления катером и еще множества полезных мелочей обойдется вам всего в сорок девять целых девяносто девять сотых ю.
«То бишь при благоприятном исходе кидалова на мой счет капнет приятная разница между истинной ценой изделия и заявленной», — проговорил я про себя то, чего, естественно, не сказал вслух.
Я кидал их на смехотворную сумму по сравнению с тем баблом, которое рассчитывал честно срубить в завтрашней Игре. Я решал свои чисто психологические проблемы. Дело, видите ли, в том, что я по сию пору комплексую, когда вспоминается ненароком Крутой Татарин, который кинул меня много лет тому, впарив по «спеццене» тот чертов сканер мне — зеленому лоху. Клин клином вышибают — вот повторю сейчас трюк Татарина и избавлюсь от комплексов, понятно?
Ясен перец, никто из погранцов не догадался — как и я когда-то! — спросить, как следует трактовать мои слова о «специальной цене» и возникшую на дисплее надпись «спеццена». Приобрести же «Че» с наворотами по заявленной, ха, цене изъявили желания все, кроме белобрысого амбала, который умудрился серьезно потратиться, ублажая желудочную ностальгию. Первым шлепнул по выпуклости «кассы» рыжий, и на дисплее возникло: «Подтвердите перечисление». Игровая система — это вам не робот, каковой анализирует добровольность автоматически, изучая аж 108 параметров. «Че» требует подтверждения голосом, и ежели встроенный в игрушку декодер интонаций сочтет, что покупатель в здравом уме и пожелал расстаться с баблом по доброй воле, то — сделка состоялась. Увы, иногда декодеры глючат.
— Подтверждаю. — произнес рыжий твердо.
Ура! Подтверждение принято с первого раза, о чем свидетельствует возникшее на дисплее уведомление: «Вы совершили сделку с Железной Жабой».
Рыжий посмотрел на меня с некоторым удивлением и спросил, немного смущаясь:
— Вас зовут «Железной Жабой»?
— Ага, — я кивнул. — Слыхал, наверное, что у нас, у ветеранов, принято брать псевдонимы? Ну так мой ник — Железная Жаба.
— Гы-гы-гы!.. — гнусаво заржал белобрысый. — Жа-гы-гы… ба-гы-гы… Ты — гомик? Жаба — баба… гы-гы-гы! Ты — пассив?.. Гы-гы-гы…
И тут я на него обиделся не по-детски. Сотрясающийся от смеха обидчик сидел чуть правее напротив, очень удобно для удара моей правой ногой по его левой коленке. Хоть и не видно наших ног, хоть они скрыты под столешницей, а все равно, говоря образно: его коленная чашечка как на блюдечке, ха!
Бью!!! И, ясен пень, попадаю точнехонько в хрупкую чашечку.
— Бля!.. — Белобрысый округлил глаза, разинул пасть, инстинктивно потянулся к пострадавшей чашечке, нагнулся ближе к столешнице, а я подпрыгнул на стуле и — бац!!! — кулаком, как молотом, врезал ему по темени.
Хрясь!… — он дрыбалызнулся подбородком об стол, а я — ХУ!.. — хуком с левой ему в скулу и — бах!!! трах!.. Бздыньк!.. — Белобрысый вместе со стулом, смахнув со стола бутылку из-под пива и тарелку с остатками «Бородинского», звонко полетел на пол. Ну а я спокойненько так опустил задницу на насиженное место и миленько так улыбнулся товарищам поверженного обидчика, весь из себя такой мягкий и пушистый, сама невинность.
— Ка-а-ак вы его-о-о… — Девушка аж задохнулась. Я, идиот, подумал, что от восторга.
— Ха! — Я ей подмигнул. — У меня было суровое детство, дорогая. Обстоятельства, ха, сделали из меня отменного драчуна.
— … О-о-о… — вздохнула-таки девушка, — вы его отважились ударить?! Ой, мама! Что сейчас будет, ой! — Она поглядела на соседей. Четверо молодых мужчин воспринимали действительность с философской обреченностью страдающих водобоязнью буддийских монахов, ненароком попавших под дождь. Ее взгляд, проскользнув по товарищам-«монахам» и не найдя за что зацепиться, уперся мне в переносицу. — Он же боксер! Мастер спорта!
«Шутит, — подумал я с надеждой. — Мастер не позволил бы ударить себя в скулу…»
— Я не шучу! — Она как будто читала мои мысли. — Он если хотя бы рюмку, хоть глоток, хотя бы пива выпьет, то тормозится. Пока не рассвирепеет. Особенность организма у него такая. Я не понимаю, как он вообще попал во внеземелье с такой психикой!
— Засохни, соска! — выкрикнул с пола нокаутированный мною псих и заворочался, засопел.
Я, кстати, понимаю, почему психа взяли в космос, — потому что, когда его вербовали, он был в порядке. Крыша у белобрысого потекла уже на границах Солнечной. Само собой, его досье пестрит от взысканий, однако регулярное психотестирование он пока проходит, ибо, будучи мастером, умеет собраться, когда надо, взять себя в руки. Пока умеет. Или пока умел…
— На транзитках, как и на погранстанциях, все и везде фиксируют скрытые видеокамеры, — сказал я громко. Так громко, чтоб было слышно и на полу. Я говорил не только громко, но и быстро. Чтобы успеть высказаться до того, как псих встанет на ноги. — Если кто-то кое-где у нас порой получит по мордасам, так господин кто-то имеет законное право пожаловаться, и соответствующая видеозапись будет считаться уликой на суде.
Я озвучил всем известное правило, надеясь прозрачно намекнуть боксеру, мол, уделаешь меня сейчас в ноль, и я тебя засужу на фиг! Сделаю из тебя, мастер, носорога! Как это ни странно, белобрысый мой тонкий намек понял.
— Я на тебя, жабий потрох, доносить не собираюсь, — поднявшись на ноги, прихрамывая, белобрысый отошел подальше от столиков, поближе к двери с колокольчиками. — Ходи сюда, сука! Биться будем! Опосля, хрен с тобой, доноси на меня, разрешаю! А ща ходь сюда! Ходь, ходь! Все одно мимо меня не проскочишь, сучонок!
Он ошибался — есть ход и мимо, через кухню на улицу. Мне б ноги в руки. «Че» под мышку и бежать известным запасным ходом, ан нет! Взыграло ретивое! В лом, видите ли, мне стало «терять лицо» перед земляками и особенно перед златовласой землячкой. Ну скажите, ну не дурак ли я, а?.. Конечно — дурак!..
На что — вам интересно? — я, среднетяж-самоучка, рассчитывал, выбираясь из-за столика-тандема и собираясь бодаться с мастером-тяжеловесом?.. Я рассчитывал на железную вилку, которую незаметно слямзил со стола и сунул в карман. Еще я рассчитывал на свой подростковый богатый опыт уличных разборок. Бывали, знаете ли, прецеденты, когда я, трудный подросток, метелил в том числе и мальчиков из боксерской секции. У обученных спортивному боксу, выражаясь образно, есть одна… вру! Даже не одна ахиллесова пята у них есть, а целых две «ахиллесовых ноги» и «ахиллесова промежность» в придачу. Даже Майк Тайсон, когда дерется, забывает обо всем, чего у него ниже пояса. Так что у любого уличного драчуна с определенными навыками есть — будем оптимистами! — теоретический шанс завалить и самого Тайсона. Белобрысый, кстати, хоть и мастер спорта, но отнюдь не Тайсон. И, помимо прочих «ахиллесовых пяток», у него серьезно травмировано… Черт! Вдруг выясняется, что колено у него травмировано не так уж и серьезно — только что он попрыгал на левой ноге, размял коленку и лишь слегка при этом поморщился. Слегка!.. Жаль…
Я остановился шагах в двух от психованного боксера с удароустойчивой левой коленкой. Я замер, выставив вперед одну ногу, внутренне готовый заехать другой ногой в пах тяжеловесу. А также готовый, ежели — тьфу! тьфу! тьфу, чтоб не сглазить, — вдруг промажу, выхватить из кармана трезубец вилки.
— Все — свидетели! — оскалился довольный боксер, поднимая кулаки. — Все видят, и люди, и видеокамеры, как жабий потрох сам вышел биться?
Все-таки он побаивался, что я на него, фигурально выражаясь, стукну. И совершенно не опасался, что у меня снова получится стукнуть ему больно, в натуре. Я прикинул расстояние от своего носка до его гениталий и уж было собрался бить, как вдруг — ох уж это противное слово: «вдруг»! — он ударил меня НОГОЙ!..
Златовласая девушка, сказав «боксер», увы и ах, забыла добавить: «тайский». Да! Да, он был мастером «мулай тай», то бишь специалистом так называемого тайского бокса, где принято лупить оппонентов ногами почем зря!
И все же похвастаюсь — я среагировал чисто рефлекторно, но среагировал на атаку его нижней правой, тяжеленной и умелой, конечности. Я успел — правда! — прикрыться локтем.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17