А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А тебе, Сигги, здесь не слишком нравится?
Сигурд отвел глаза, гадая, не умеет ли альв читать мысли. Если так, то Рольфу известно, что заветнейшее желание Сигурда — бежать из-под власти Хальвдана.
— Нет, — ответил он, — я привык к свободе. Никто никогда не приказывал мне, куда не ходить и чего не делать. Мне кажется, все вы марионетки Хальвдана. Он или Дагрун скажет: «Прыгай!»— и вы прыгаете.
На миг Рольф утратил свое всегдашнее добродушие.
— Послушай, Сигги, в этом мире тебе следовало бы усвоить один важный урок: никогда не кусай руку, которая тебя кормит, и наоборот. Я знаю, что даже у скиплингов есть свои вожди и правители; наверняка есть кто-то, кому ты давал присягу на верность.
— Никому и никогда, даже когда ходил с викингами, — гордо отвечал Сигурд. — Там, в Тонгулле, не нужны были правители. Мы все были равны.
— Мне нравится служить Хальвдану, — сказал Рольф, — хотя я частенько ворчу насчет кормежки и неудобств. В том отчаянном положении, в котором оказались сейчас льесальвы, лучше уж связать свою судьбу с кем-то сильным.
Я понимаю, тебе кажется, что ты теряешь свою свободу, но в конце концов, так лучше для всех.
Сигурд набросил плащ.
— Ну что, идем есть?
Они оставили Адиля и котенка сладко спать в прежних позах. Когда они выбрались из Рольфова обиталища, как раз выезжал ночной разъезд. Два десятка всадников проскакали мимо, добродушно переругиваясь и прощаясь с сотоварищами, которые оставались в форте. Сигурд поглядел, не командует ли разъездом Хальвдан, подумав, что, если бы того — или Дагруна — не было в форте, ему легче было бы ускользнуть.
— Это разъезд Альфгейра, — сказал ему Рольф.»— Он выезжает шесть дней подряд, а потом шесть дней отдыхает; потом разъезды Съяунди и Токи выезжают на разведку по очереди с разъездом Хальвдана, а солдаты Альфгейра охраняют форт. Как только меня освободят от работы в форте, ты, быть может, сумеешь выехать на разведку в отряде Хальвдана. Я уж позабочусь, чтобы тебе подобрали доброго коня.
Большой дом был полон народу — все веселились в компании своих друзей, поглощая огромные ломти медвежьего мяса, обугленного снаружи, розового и сочного внутри. Рольф расчистил для себя и Сигурда местечко на скамье у стола, памятуя, что ничто не может быть более неприятно чужаку, чем чересчур настойчивые и любопытные расспросы. Еда и питье были превосходны.
Едва Сигурд расправился с одним куском нежного жареного мяса, как кто-то с грубоватой щедростью шлепнул на его тарелку новую порцию. Добрый эль смягчил его настороженность, и он решил, что не видывал ребят добрее и веселее альвов. Он бросил взгляд на помост, где сидели Хальвдан, Дагрун и другие высокородные альвы, и надменно выдержал грозный взгляд ярла. Тогда же он приметил, что на помосте среди седых воинов сидит девушка и вид у нее не менее высокомерный, чем у самого Хальвдана. Она была одета в роскошное красное платье; тонкий платок, наброшенный на плечи, был заколот большой брошью, косы уложены венцом вокруг головы.
— Кто это? — шепотом спросил Сигурд у Рольфа. — Дочь Хальвдана?
— Да нет, чудак, просто родственница. Вся ее семья погибла, а Хальвдан — единственный ее родич, потому-то она и здесь. Зовут ее Ранхильд, и я влюблен в нее до безумия, хотя характер у нее — хуже не придумаешь. Будь она берсерком, весь Скарпсей трясся бы от страха. От ее нрава все молоко киснет, стоит ей в дурном настроении пройти мимо молочной. Я думаю, у нее в няньках была троллиха, оттого и она такая дикая. — Рольф усмехнулся и восхищенно вздохнул. — Она ненавидит меня до глубины души и никогда не упускает случая подстроить мне какую-нибудь мерзопакость. Недавно, Сигги, она обидела меня особенно тяжко, и я надеюсь, что ты поможешь мне ее проучить. На прошлой неделе мне случилось совершить один мелкий промах, и не успел я сообразить даже, что случилось, как она уже все выболтала Хальвдану. Она всегда рада мне насолить! Понимаешь, я ведь тоже родич Хальвдану, только очень дальний и вдобавок беден как мышь, вот она и считает, что я хуже слякоти под ее красивыми ножками.
Сигурд помотал головой:
— Рольф, ты, верно, спятил. Влюбиться в такое чудовище?
Он опять взглянул на Ранхильд и обнаружил, что она смотрит прямо на него, пристально и неприязненно, точно услыхала, что болтал про нее Рольф.
Сигурд не встречал такого жуткого и пронзительного взгляда с тех пор, как за ним гонялся злющий старый бык Трюгви.
— А что в этом такого, Сигги? Когда-нибудь ей наскучит потешаться надо мной, и она начнет обожать меня уже за одно мое постоянство. А между тем ты поможешь мне ее немножечко укротить. У меня есть одна замечательная идея.
Сигурд с трудом отвел взгляд от вызывающе сверкавших глаз Ранхильд.
— Не очень мне по вкусу впутываться в твои мелкие распри с этой Ранхильд. Это, по-моему, просто безумие.
— Вовсе нет. Она опытный противник, и тебе только на пользу посостязаться с ней в сообразительности.
После этих слов Рольф как-то незаметно перевел разговор на Миклу, ученика мага Йотулла. Сигурд не успел и оглянуться, как они уже взбирались по крутому склону холма позади скопления домов и хижин — к одинокому жилищу Йотулла.
— Вот от чего я хотел бы тебя предостеречь, — сказал Рольф, когда они остановились перевести дух после особенно крутого подъема. — У Йотулла характер тяжелый, другого такого не сыщешь. Он терпеть не может отпускать его от себя хоть на часок. Остается лишь надеяться, что сегодня его нет дома. Он частенько путешествует по своим делам, как и старина Адиль, и тогда нам с Миклой удается повеселиться. Однажды мы забрались в книгу заклинаний, которую Йотулл обыкновенно держит взаперти, и узнали, как поднять мертвеца из могилы. А потом всю ночь пришлось нам загонять бедолагу назад, чтобы он нас самих не прикончил!
— И это у вас зовется весельем? — воскликнул Сигурд. — Ни за что на свете я не стал бы иметь дело с драугами!
— Да это на нас просто дурь нашла. Чародейство и черную магию лучше, знаешь ли, не трогать. Мы просто дурачились, вот и все. А теперь примолкни — подкрадемся к дому и поглядим, дома ли Йотулл. Если да, лучше нам туда и не соваться. — Он сделал Сигурду знак следовать за собой и двинулся в обход низкого торфяного дома.
Они замерли у двери, которая была чуть приотворена, чтобы пропускать холодный воздух. В доме жарко горел огонь, освещая юношу, который сидел у очага и читал толстую книгу.
— Микла здесь, а Йотулла не видно, — прошептал Рольф. — Но на всякий случай удостоверимся… — Он едва слышно поскребся в дверь, и Микла тотчас поднял голову.
— Кто там? — окликнул он, на всякий случай взявшись за посох.
— Это я, — прошептал Рольф. — Что, дракона нет? Я привел скиплинга познакомиться с тобой.
Микла в два шага оказался у двери и распахнул ее:
— Входите, входите! Я уже слыхал, что Хальвдан привез с собой скиплинга. Как твои дела? Мое имя Микла, и я надеюсь, что тебе будет хорошо в Хравнборге, сколько бы ты здесь ни прожил.
Сигурду понравилось, как он держится — серьезно и скромно.
— Благодарю тебя. Мое имя Сигурд. Хравнборг для меня — место непривычное, но, в общем, здесь неплохо. Только вот не так свободно, как привык, да и различие между льесальвами и доккальвами мне еще не совсем понятно, но я скоро разберусь.
— Какое там различие — между ними целая пропасть! Входи и располагайся поудобнее, я тебе расскажу все, что ты хочешь знать, и еще многое другое.
Микла указал им на кресла и, когда все уселись, пустил по кругу глиняную бутыль — от ее содержимого у Сигурда голова налилась свинцом, а в мозгах запылал огонь. Казалось, ничего в жизни не воспринимал он так ясно, как разъяснения Миклы насчет льесальвов и доккальвов, но когда Микла принялся задавать вопросы, Сигурд и слова не мог припомнить.
— А я все-таки ни в чем не уверен, — слышал он собственный упрямый голос: Сигурд давно уже убедился, что упрямство — лучшая маскировка невежества. — Я даже не знаю, что за штука лежит в этой шкатулке, как же я могу решить, кому она должна достаться? — Он знал, что болтает лишнее, но тепло огня и кровь, разогретая элем — или что там еще было в глиняной бутыли, — развязали ему язык. — Там, наверно, что-то ценное, но не золото — очень уж она легкая. Чего я вовсе не понимаю — как к моей бабке попала вещь из мира альвов. Умирая, она пыталась мне что-то сказать об этом, но я узнал лишь имя ее дочери, которая умерла двадцать лет назад и, верно, была моей матерью. Будь она жива, уж, верно, могла бы сказать, откуда взялась шкатулка. Странно думать, что она была моих лет, когда умерла. Звали ее…
Он вдруг зевнул во весь рот, а Микла между тем опасливо оглянулся на дверь и поспешно спрятал бутыль под плащом.
— А-асхильд, — договорил Сигурд. Он так клевал носом, что не в силах был продолжать, но вдруг вся его дремота испарилась в один миг — дверь со скрипом распахнулась настежь, и в дом шагнул маг Йотулл.
Рольф испуганно вскочил.
— Извини, что побеспокоили тебя, Микла, мы уже уходим. Рад тебя видеть, Йотулл. Надеюсь, ты хорошо попутешествовал. Мы не станем надоедать тебе своим присутствием, разреши только…
Йотулл не двигался, надежно перекрыв собой дверной проем. Он оборвал речь Рольфа на полуслове, оттолкнув его посохом, чтобы лучше присмотреться к Сигурду.
Сигурд глядел на него во все глаза, завороженный мыслью, что перед ним самый настоящий маг. Йотулл был высок и статен, с надменным чернобородым лицом, весь в черном с головы до ног. Глаза его впились в Сигурда с выражением радостного узнавания. Маг закрыл за собой дверь, бросил в угол суму и сорвал с себя плащ.
— Ну нет, зачем же вам так спешить, — с усмешкой проговорил он. — Присядем и познакомимся поближе. Я всегда с уважением относился к миру скиплингов и его обитателям. Микла, принеси-ка нам чего-нибудь, чтобы сделать нашу встречу более приятной, а наш дом — более гостеприимным.
Рольф рухнул в кресло, даже не пытаясь скрыть свое изумление, а Йотулл уже дружески болтал с Сигурдом. Скоро Сигурд совсем перестал опасаться этого замечательного человека, и, когда час спустя они покидали дом Йотулла, он был твердо убежден, что нашел себе в Хравнборге друга и союзника.
Глава 4
Йотулл окружил Сигурда поистине отеческой заботой. В последующие после знакомства дни он проследил за тем, чтобы Сигурда обучали воинским искусствам наилучшие в форте учителя, а сам вызвался быть его наставником в магических секретах. Рольф едва не лопался от изумления и радости и тотчас взял с Сигурда клятву, что тот будет учить его всему, что сам узнает. Он теперь безотлучно следовал за Сигурдом и при каждом удобном случае купался в отраженных лучах славы любимчика Йотулла.
— Я как-то не уверен, что мне стоит изучать магию, — неловко сознался Сигурд, явившись — в сопровождении Рольфа — на первый урок к Йотуллу. — У скиплингов ведь не бывает врожденной магии, как у вас, альвов. Боюсь, что я окажусь медлительным и глупым учеником и ты будешь разочарован. — Он обвел взглядом мастерскую Йотулла, загроможденную самой разной утварью, склянками и снадобьями. Микла приветливо кивнул ему и продолжал растирать что-то в ступке.
Йотулл сложил руки на груди и укоризненно покачал головой.
— Нельзя с таким настроением приступать к учебе, не то потерпишь поражение прежде, чем возьмешься за дело. В магии нет ничего сверхъестественного, хотя вы, скиплинги, думаете иначе. Магия есть попросту физическое доказательство того, как сильно ты веришь в собственные возможности. Когда сам попробуешь, что к чему, еще крепко удивишься, до чего это просто. Ты научишься передвигать неодушевленные предметы, отыскивать потерянное, отражать заклятия и снимать чары, уничтожать оружие врага и переносить себя, куда пожелаешь. Или изменять свой облик. Но все это искусства, доступные лишь магам, в крайнем случае — их ученикам. Рядовые льесальвы обыкновенно не поднимаются выше простейших заклинаний, а от лихих чар и проклятий защищаются связками амулетов и наиболее известных талисманов — вроде сушеной лапки сокола и тому подобной чепухи.
Сигурд заметил, что Рольф лихорадочно роется в карманах и кошелях, с отвращением избавляясь от амулетов и какой-то сушеной дряни.
— Ладно, — сказал он, — я уж постараюсь как смогу. Мне до смерти охота овладеть магией — в это мире я был бы посвободнее, если б знал хотя бы азы волшебства.
— О да, — с довольным видом согласился Йотулл, — ты обретешь совершенную свободу, если только хорошенько усвоишь уроки.
Уж не имеет ли он в виду ту самую шкатулку, подумал Сигурд. Надо бы поговорить о ней с Йотуллом и спросить у него совета — только не тогда, когда Рольф бродит вокруг, ему ведь ничего не стоит разболтать обо всем Хальвдану.
Первые уроки магии оказались на редкость скучными. Йотулл учил Сигурда писать рунами и читать написанное.
— Ты быстро учишься, — заметил он, когда Сигурд овладел искусством написания довольно неприглядных рун. — Не могу вспомнить, чтобы мне попадался прежде такой же способный ученик. Продолжай в том же духе, и успех тебе обеспечен.
Микла и Рольф переглянулись в безмолвном изумлении. Они даже и не мечтали услыхать от Йотулла такую похвалу — он и заметить бы их соизволил, только если б они сотворили что-то из ряда вон выходящее, — скажем, на неделю подняли в воздух весь Хравнборг.
— Ну, довольно мы возились с рунами, — продолжал Йотулл, взяв покрытый резьбой посох и стряхнув невидимые пылинки с его серебряного навершия — точь-в-точь кошка, которая двумя-тремя касаниями языка доводит до совершенства свою роскошную шкурку. — Пойдем прогуляемся и поговорим о более прямых магических действах. Быть может, ты даже сам кое-что попробуешь. Микла, я хочу, чтобы ты прошелся с нами и размял ноги. Тебе надо бы проветрить затуманенные в Гильдии мозги и оживить иссушенное чтением личико — может быть, тогда ты будешь больше похож на мужчину, чем на увядающий картофельный росток! — Он засмеялся над собственной шуткой, но Микла тотчас обиделся и помрачнел.
— Очень уж он высокого о себе мнения, — шепнул Йотулл Сигурду, когда они выходили из дома. — В Гильдии магов хорошие наставники, но ее воспитанники, как правило, мнят о себе куда больше, чем заслуживают.
Рольф виновато прокашлялся.
— Может, это не мое дело, Йотулл, но Хальвдан не велел Сигурду покидать пределы форта. Может быть, нам надо сначала спросить раз…
— Спросить? — странным тоном прервал его Йотулл, впиваясь в Рольфа цепким взглядом, от которого тот мгновенно прикусил язык. — Если Сигурд с кем и будет в безопасности, так это со мной. Я преподаю ему уроки магии и не желаю, чтобы этому мешали мелкие прихоти обыкновенного ярла. Надеюсь, у тебя достанет здравого смысла не гневить и не разочаровывать меня, повторяя мои слова Хальвдану. — Йотулл говорил добродушно и даже весело, но Рольф молчал, словно язык проглотил, все то время, пока они спускались по склону к земляным укреплениям.
Йотулл миновал стражей, не удостоив их ни единым взглядом, и первым прошел в разрыв земляного вала, за которым тянулись луга и горы. Сигурд рад был увидеть хоть что-то, кроме изрядно поднадоевших домов и амбаров.
Последние лучи заходящего солнца падали на зеленые склоны высоких холмов, смягчая их отвесную крутизну синими тенями, а подымавшийся туман придавал им почти совершенную прозрачность.
Когда они отошли на добрую сотню ярдов от земляного вала, Йотулл остановился и оперся на посох, вогнав его наконечник в мягкий зеленый мох.
— Начнем с проявлений Силы, — сказал он. — Микла, надеюсь, ты будешь так добр, что покажешь нам простенький образчик своего искусства. Нет нужды потрясать нас необыкновенными знаниями, которые ты получил в Гильдии; довольно обычной демонстрации.
— Я счастлив исполнять твои желания, — ответил Микла с торжественным и почтительным наклоном головы, — но все же тебе следовало бы помнить, что Хальвдан приказал Сигурду не выходить за пределы укреплений форта.
Йотулл только фыркнул и пожал плечами:
— Какая же опасность может грозить скиплингу, когда я здесь? Если у меня возникнет такая нужда, я сам объясню Хальвдану, что провожу уроки и не желаю, чтобы мне мешали. А теперь, господин мой, когда вас избавили от ваших беспочвенных опасений, может быть, займетесь делом?
Микла терпеливо поднял в воздух несколько булыжников, собрал охапку хвороста и зажег без трута и огнива, нашел золотую монету, которую спрятал Сигурд, и показал прочие ученические фокусы, как непочтительно назвал их Йотулл. Тогда Микла сверх всего устроил огненное представление — сноп разноцветного пламени вдруг брызнул из стоячего камня, точно его черная гладь взорвалась охапкой огненных цветов.
— Вот здорово! — восхищенно воскликнул Сигурд, глядя на Миклу по-новому, с уважением. — Это ведь настоящий огонь, не мираж?
Микла соскреб сухой мох с нескольких булыжников, и миг спустя небольшой кустарник запылал ярким пламенем. Йотулл поспешно загасил его.
— Выученик Гильдии никогда не теряет случая покрасоваться, — заметил он. — Довольно, Микла. Теперь пускай Сигурд попробует сотворить заклятие.
— А можно мне научиться сотворять такой огонь? — спросил Сигурд. — Я не одну ночь провел, трясясь от холода и мечтая разжечь огонь из ничего.
— Это просто… — начал было Микла, но Йотулл одним взглядом оборвал его и резко бросил:
— Огонь лучше оставить опытным магам. Сейчас, Сигурд, я научу тебя простому заклинанию — как подзывать к себе предметы. Начертай заклинание рунами на песке и призови свою Силу, сосредоточься, как я учил тебя.
Сигурд пробовал раз за разом, хотя и чувствовал себя совсем по-дурацки, царапая в песке какие-то закорючки и безнадежно пялясь на камешек, который он пытался поднять. Камешек и не дернулся, что Сигурда совсем не удивило.
Ему показалось, что в глазах Миклы блеснул насмешливый огонек, и ярость вскипела в нем.
— Не могу я это сделать, когда все на меня глазеют! — взорвался он и было развернулся, чтобы уйти, но тут огромный булыжник взвился в воздух и пролетел рядом с головой Рольфа. Тот с воплем отпрянул, и даже Йотулл удивился не на шутку и принялся оглядываться — вдруг какой-нибудь шутник притаился за скалой и бросил камень. Микла позволил себе непочтительно хихикнуть. Сигурд совершенно растерялся и поспешил с извинениями.
— Когда я не в духе, еще и не такое случается, — мрачно проговорил он.
— Порой мне кажется, что меня преследует злобный мелкий морок с извращенным чувством юмора. Впрочем, когда я был мальчишкой, это помогало мне побеждать в драках. — Он вздохнул и покачал головой. — Морок это или просто злосчастье, но я-то надеялся, что в иной мир оно за мной не последует.
— Это же твоя Сила пытается помочь тебе! — взволнованно проговорил Микла. — Остается только овладеть ею и заставить действовать так, как нужно тебе. Ты говоришь, с тобой такое с детства?
— Помолчи, сударь мой! — строго оборвал его Йотулл. — Маг здесь я, изволь не забывать об этом. Если Сигурд нуждается в совете, то советовать ему буду я. Мне доводилось прежде встречаться с такой разновидностью Силы, и ничего хорошего в ней нет. Придется изловить ее и поместить в такое место, где она не сможет беспокоить тебя. Учти, Сигурд, она может быть опасна. — Он подозрительно огляделся, точно в поисках еще каких-то опасных проявлений злосчастной Силы Сигурда. — Ну, пойдемте — пора возвращаться.
Он шагал первым, а Микла и Рольф плелись позади, что-то горячо обсуждая шепотом. Сигурд не обращал на них ни малейшего внимания — он слушал, как Йотулл собирается изловить его не правильную Силу и обуздать ее. Маг уверял, что это совсем не больно и лучше избавиться от этой Силы, иначе она может стать помехой его дальнейшим занятиям.
Микла помедлил у старого донжона, оставив Йотуллу в одиночку шагать дальше к его дому на холме.
— Я давно уже не видел старого Адиля, — сказал он Рольфу. — Все еще никаких изменений?
— Никаких, — вздохнул Рольф. — Да ты зайди, сам увидишь. Его дух отсутствует так долго, что сам Адиль уже запылился.
Он первым спустился в темноту комнаты-погреба и зажег свечу. Микла тщательно затворил дверь и пробормотал над ней заклинание.
— Ты бы научил меня когда-нибудь, как налагать чары от подслушивания, — завистливо вздохнул Рольф.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30