А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Нет! - Иветта топнула ножкой, уперла руки в бедра. - Он не боится. А я хочу такого, чтобы боялся.
Я-то про себя подумала, что он будет бояться. Очень бояться. Заметьте, что я не вскочила, предлагая себя вместо Джейсона. Я это представление видела и быть в нем звездой не хотела.
- А у меня свои планы на Ульфрика, - сказал Падма.
Странник цыкнул на них, как на капризных ребятишек.
- Предложение щедрое, Иветта. Сам Ульфрик вместо одного из своих волков.
- Мне не сила крови нужна, а сила ужаса!
- Слишком жирное предложение для не члена совета, - вставил Падма.
- Они всегда так склочничают? - спросила я.
- Oui, - ответил Жан-Клод.
Почти вечная жизнь, потрясающие силы - и такая мелочность. Как это прискорбно. Как банально.
Я взяла Джейсона за лицо и повернула к себе. Он дышал коротко и быстро. Я взяла его за руку, она была холодной.
- Джейсон, если Иветта не станет гнить, ты можешь дать ей пить свою кровь?
Он дважды сглотнул слюну и лишь тогда смог ответить:
- Не знаю.
Честный ответ. Он был в ужасе.
- Я пойду с тобой.
Тут он посмотрел на меня. На меня, а не на кошмары, что носились у него перед глазами.
- Ей это не понравится.
- Ну и хрен с ней. Пусть соглашается или проваливает.
Джейсон ответил на мои слова призрачной улыбкой. Он сжал мои руки и слегка кивнул.
Я поглядела на сидящего рядом Жан-Клода.
- Что-то от тебя немного помощи.
- Я тоже видел этот спектакль, mа petite.
Он так точно повторил мои мысли, что я даже подумала, чьи же они на самом деле. Но фактически он сказал, что боится. Он не предложил бы себя Иветте, чтобы только спасти Джейсона.
Я встала и подняла Джейсона на ноги. Он вцепился в мою руку, как ребенок в первый день в детском саду, когда мамочка вот-вот уйдет и бросит его среди этих плохих злых мальчишек.
- Если дашь слово чести, что не будешь гнить, можешь пить его кровь.
- Нет! - ответила Иветта. - Нет. Это мне все удовольствие испортит.
- Тебе выбирать, - сказала я. - Можешь получить Ричарда, если Падма тебе позволит, но он не будет бояться. На нем ты можешь гнить, но при этом ты не получишь перепуганного Джейсона. - Я отодвинулась, чтобы она его видела.
Джейсон вздрогнул, но остался стоять, хотя и не хотел - или не мог - глядеть ей в глаза. Он смотрел на меня. Кажется, на самом деле он даже смотрел вниз, на мое платье, но в этот единственный раз я не велела ему перестать. Ему сейчас надо было отвлечься, а зная Джейсона, я не удивилась, чем именно он отвлекся.
Иветта неуверенно облизала губы, потом все же кивнула. Я повела Джейсона к ней. Он тоже был одет в достаточно эротический костюм. Кожаные штаны под цвет синих глаз, только темнее. Они казались нарисованными и уходили без стыка в сапоги того же цвета. Рубашки на нем не было, только жилет такой же темно-синий, завязанный тремя кожаными ремешками.
Когда мы вышли на середину, он споткнулся. Иветта подплыла к нему, и он попятился. Только моя рука не давала ему удрать.
- Спокойно, Джейсон, спокойно.
Он все продолжал трясти головой, вытягивая у меня руку, но он всерьез не вырывался.
- Это уже слишком, - сказал Ричард. - Он - мой волк, и я не буду смотреть, как его мучают.
Я взглянула на Ричарда гордо и надменно:
- Он и мой волк тоже. - Медленно выпустив руку Джейсона, я взяла его ладонями за щеки. - Если это слишком много, скажи, и мы что-нибудь другое придумаем.
Он вцепился мне в запястья, и я видела, как он собирается с духом. Восстановленное с трудом самообладание засветилось в глазах, в лице.
- Только не оставляй меня.
- Я здесь.
- Нет! - потребовала Иветта. - Ты не будешь держать его за руку, пока я пью.
Я повернулась к ней, стоя так близко к Джейсону, что наши с ним тела соприкасались.
- Тогда дела не будет. Ты его не получишь.
- Сначала ты укротила Ашера, теперь хочешь укротить меня. Не выйдет. У тебя ничего нет, чего я хочу, Анита.
- У меня есть Джейсон.
Она зашипела, вся ее безупречная красота рассыпалась, обнажив таящуюся в ней тварь. Иветта протянула руку мне за спину, схватила Джейсона, и он дернулся назад. Она вцепилась в него кошачьими лапами, а я встала между ними, двигая всю группу в середину круга. Я услышала, как Джейсон ударился спиной о стену, и схватила за руку Иветту.
- Ощути его ужас, Иветта. Я слышу, как его сердце колотится мне в спину. Я держу его за руку, но это не уменьшает страха. Ничто не свете не может заставить его тебя не бояться.
Джейсон уткнулся лицом мне в спину, охватил руками за талию. Я похлопала его по руке. Тело его превратилось в один пульсирующий ритм, сердце колотилось так, что я ощущала приливы крови под кожей. Ужас его плыл в воздухе горячим незримым туманом.
- Согласна, - сказала Иветта. Она попятилась к середине комнаты и протянула ко мне бледную руку. - Иди, Анита, веди мой трофей.
Я скользнула ладонью по руке Джейсона вниз и снова взяла его за ручку, как маленького. Ладонь у него вспотела. Я его повела спиной к Иветте, и он вцепился в мою руку двумя своими. Они дрожали. Джейсон смотрел мне в лицо, будто ничего в мире больше не существовало.
Иветта погладила его по спине.
Джейсон заскулил. Я потянула его к себе. Наши руки соприкасались локтями, лица были в дюймах друг от друга. Слов утешения у меня не нашлось. Я была только рукой, за которую можно держаться, и чем-то, о чем можно думать.
Иветта погладила его по плечам, рука ее спустилась к завязкам жилета. При этом пальцы ее зацепили и меня. Я сделала движение назад, и руки Джейсона запели от напряжения. Тогда я осталась на месте, но у меня у самой в горле забился пульс. Я ее боялась. Боялась того, чем она на самом деле была.
Ей пришлось запустить руку ему вокруг пояса, чтобы развязать последнюю завязку, прижавшись телом к спине Джейсона. Она лизнула его в ухо - быстрое движение розового язычка.
Он закрыл глаза, наклонил голову так, что коснулся меня лбом.
- Ты выдержишь, - сказала я.
Он кивнул, все еще не открывая глаз, не поднимая головы, не отрываясь от меня.
Иветта запустила руки ему под жилет, огладила спину и перешла на грудь, быстро проведя ногтями.
Джейсон втянул в себя воздух, и тут я поняла, что это не только страх. Он спал с ней, когда еще не знал, кто она. Она знала его тело, умела вызывать в нем страсть, как умеет только любовница. И теперь использует это против него.
Джейсон отодвинулся, посмотрел на меня, и вид у него был потерянный.
Иветта задрала жилет ему на плечи и лизнула вдоль позвоночника долгой влажной линией.
Он отвернулся от меня, чтобы я не видела его глаз.
- Джейсон, если что-то из этого приятно, то ничего плохого нет.
Он повернулся опять ко мне, и в его глазах был уже не только страх, но и кое-что другое. Я бы предпочла страх, но выбирать было не мне.
Иветта встала на колени и что-то сделала ртом у нижней части спины Джейсона. У него вдруг подогнулись колени, и мы оба упали на пол. Я плюхнулась навзничь, Джейсон оказался сверху. Одна нога у меня осталась свободной, и это было и сподручней, и помехой, потому что очень уж точно он на меня упал. Я ощущала, что тело его вполне радо этому положению, хотя не знаю, что чувствовал сам Джейсон. Он только издавал какие-то жалкие звуки.
Я вылезла из-под него настолько, чтобы его пах не прижимался к моему, и смогла сесть и посмотреть, что сделала с ним Иветта. В самом низу спины, у позвоночника, остались следы от клыков. На синей коже штанов алели красные бисеринки.
Руки Джейсона сомкнулись у меня вокруг пояса.
- Пожалуйста, не бросай меня! - Он прижимался щекой к моей талии, и от напряжения, сковавшего его тело, у меня заколотилось сердце.
- Я тебя не оставлю, Джейсон.
Иветта села, подобрав ноги и раскинув вокруг себя белую юбку, будто поджидая пляжного фотографа. Она улыбалась, и глаза ее тоже улыбались, наполняясь темным и радостным светом. Очень она была собой довольна.
- Ты наелась, все кончено, - сказала я.
- Это не была еда, и ты это знаешь. Я его попробовала, но еще не ела.
Что ж, попытка не удалась. Она была права. Я знала, что она еще не ела.
- Тогда не тяни, Иветта.
- Если бы ты разрешила мне гнить, было бы быстрее, но мне нужен его ужас и его восторг. Это будет дольше.
Джейсон тихо всхлипнул, как заблудившийся в потемках ребенок. Я посмотрела на Ричарда. Он стоял, но уже не сердился на меня. В его глазах читалось настоящее страдание. Он бы предпочел быть на месте Джейсона - как истинный царь, принял бы боль на себя.
Я слышала запах леса, густого и зеленого, мягких прелых листьев и листьев свежих, и у меня перехватывало горло. Глядя на Ричарда, я знала, что он думает. У нас с ним был небольшой спор о мунинах. Он считал, что я от них свободна, поскольку я не оборотень. Он не знал, что метки, общие у меня с ним, подвергли меня этому риску. Но сейчас мунины предоставляли мне возможность. Вызвать не Райну - этого я никогда не захочу, но силу стаи. Тепло, прикосновение - это может помочь.
Я закрыла глаза и ощутила, что метка раскрывается в моем теле, как занавес. Джейсон поднял голову и уставился на меня. У него затрепетали ноздри - он учуял меня, учуял силу.
Иветта разодрала на нем жилет, как бумагу.
Джейсон ахнул.
Она стала лизать его тело вдоль, и вдруг ее рот сомкнулся у него на ребрах. Челюстные мышцы Иветты напряглись, и тело Джейсона изогнулось в спазме. Он свалился на меня, царапая руками пол, будто не мог сообразить, куда девать руки, все свое тело.
Иветта отпрянула, оставив аккуратные красные дырочки. Из них капала кровь. Иветта облизала губы и улыбнулась мне.
- Больно? - спросила я Джейсона.
- И да, - ответил он, - и нет.
Я стала его поднимать. Иветта положила руку ему на спину.
- Нет, пусть будет на полу. Хочу, чтобы он оказался подо мной.
Я чуяла мускусный запах меха. Джейсон попытался посмотреть на меня, но Иветта заставила его опустить голову мне на колени. Опираясь на него, она уставилась мне в глаза:
- Что ты делаешь?
- Я для него лупа. Я зову стаю ему на помощь.
- Не поможет она ему. - Да нет, очень поможет, - ответила я и залезла под Джейсона. Подол платья оказался где-то у талии, открывая отличный вид на чулки и белье. Хорошо, что они хотя бы одного цвета. Зато я видела лицо Джейсона. Его тело я чувствовала чуть сильнее, чем мне хотелось бы, но мне нужны были его глаза, его лицо. Чтобы он смотрел на меня. Никогда не пробовала позицию миссионера с мужчиной одного со мной роста. Взгляд в глаза получался невероятно интимным. Джейсон нервно засмеялся:
- Знаешь, вот это мне иногда мерещилось в мечтах.
- Забавно, - ответила я. - А мне - нет.
- Это жестоко, - сказал он, и тут спина его выгнулась, тело прижалось к моему. Иветта всадила зубы еще раз. Страх вернулся с новой силой, наполнив глаза Джейсона животным ужасом.
- Я здесь. Мы здесь.
Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он учуял аромат листвы, меха и темноты, наполненной телами, которые пахнут стаей. И тут Иветта снова ударила.
Джейсон вскрикнул, и я приподнялась и посмотрела. Вампирша полуоторвала от Джейсона полоску кожи, которая болталась вдоль спины. Лилась кровь.
Жан-Клод подошел к границе, круга:
- Это не еда, это пытка. Сеанс окончен.
- Нет, я буду есть, - сказала Иветта.
- Тогда ешь, но быстрее, пока у нас терпение не кончилось.
Она влезла на его тело, надавив всем весом, вминая меня в пол. Натянутые изнутри кожаные штаны Джейсона терлись об меня так, что было больно. Сам он тяжело дышал, все быстрее и быстрее. Так и до гипервентиляции недалеко.
- Смотри на меня, - сказала я.
Иветта дернула его за волосы:
- Нет, на меня! Потому что ты будешь меня бояться, Джейсон. Ты будешь видеть меня в кошмарных снах.
- Нет.
Это уже сказала я. Сила стала подниматься из меня, и я плюнула этой силой в бледное лицо вампирши. Длинный неглубокий порез на щеке окрасился кровью. Все застыли. Иветта подняла руку к окровавленной щеке.
- Как ты это сделала?
- Если я тебе скажу, что сама не знаю, ты мне поверишь?
- Нет.
- Тогда вот чему поверь, сука: если ты сейчас не кончишь это дело, я тебя разрежу на куски.
Я сама верила своим словам, хотя и не знала, смогу ли повторить номер. Только Мастер вампиров может нанести порез на расстоянии. Даже от Жан-Клода я никогда такого не видела.
Иветта мне поверила. Она наклонилась вперед, так что кровь из пореза капнула на светлые волосы Джейсона.
- Как хочешь, putain. Только знай: я его подчинять не буду. За это, - она повернулась ко мне порезом, - он будет страдать.
- Как ни кинь, - ответила я и пожала плечами.
Она помрачнела - ответ был явно не тот, которого ей хотелось. Я взяла лицо Джейсона в ладони, заставила смотреть себе в глаза. Кроме страха, в них сейчас было еще и недоумение - он знал, что я никогда не делала того, что случилось сейчас с Иветтой. Но не кричать же нам было «ух ты!» или «ну, ты и даешь!», а тем более «как это ты ухитрилась?».
Иветта сдвинулась, навалилась на Джейсона всем своим телом. Он пошевелился. Меня отделял от него лишь тонкий слой кожи и атласа, и мое тело отреагировало. Настал мой черед прятать глаза. Может, это была чисто физиологическая реакция, но я вдруг стала тонуть в запахе меха, в узнаваемой теплоте и близости его тела. Мунины взмыли теплой волной.
Я подняла голову и поцеловала Джейсона. Когда наши губы соприкоснулись, между ними потекла сила. Эта связь была иной, лучшей, чем с Натэниелом, и я знала почему. Натэниел не был членом стаи.
Джейсон сначала не ответил на поцелуй, потом рухнул во влажность моего рта, в теплую силу, и эта сила росла, обжигая наши тела горячим ветром. Она окатила Иветту, заставив ее вскрикнуть. Вампирша всадила клыки в шею Джейсона, и он застонал мне в рот, тело его застыло, но боль неслась на теплой, растущей силе, смывшей прочь эту боль.
Рот Иветты ощущался как сифон, всасывающий силу, и я бросила в нее этой силой, заставив откатиться от нас, опьянев не только от крови.
Освобожденный от тела Иветты, Джейсон терся об меня, целовал меня, будто забираясь внутрь и оборачивая себя мною, а я отвечала на поцелуй. Я вызвала мунин Райны и теперь не знала, как его отключить.
Я почувствовала реакцию его тела, когда он кончил, и этого хватило, чтобы я пришла в себя. Какой неловкий и приятный момент - снова взять в руки руль.
Джейсон рухнул на меня, тяжело дыша, но не от страха. Я отвернулась в сторону, чтобы не видеть никого из собравшихся вокруг.
Иветта лежала на боку, свернувшись калачиком, и кровь струйкой текла по ее подбородку. Иветт слизнула ее почти лениво, будто даже такое усилие давалось ей с трудом.
- Je reve de toi, - сказала она мне по-французски. Я слышала подобные слова от Жан-Клода. Иветта сказала, что грезит обо мне.
- И почему это французы всегда знают, что сказать в такой момент? - услышала я собственные слова.
- Это врожденное, mа petite. - Жан-Клод стоял рядом с нами, опустившись на колени.
- А, - сказала я. Мне трудно было смотреть в глаза Джейсону, все еще лежавшему на мне.
Я потрогала его за голое плечо:
- Джейсон!
Он не ответил, только скатился с меня на пол, оказавшись к Иветте очень близко и, к моему величайшему изумлению, не обращая на это внимания.
До меня вдруг дошло, что юбка у меня так и задрана выше пупа. Жан-Клод помог мне сесть, пока я ее оправляла.
Рядом с нами опустился Ричард, и я ждала язвительного замечания. Благо я этого заслужила с лихвой. Ричард меня несказанно удивил:
- Райна, ушедшая, но не забытая.
- Не надо шуток, - ответила я.
- Прости, Анита. Когда ты мне об этом рассказала, я не сообразил, что это почти полное слияние. Теперь я понимаю, почему ты этого боишься. Есть способы, чтобы такого больше не допускать. - На лице Ричарда отразилось что-то среднее между страданием и смущением. - Я был очень зол и не поверил, что все так серьезна Я прошу прощения.
- Если ты научишь меня, как этого больше не допускать, извинения приняты.
Над нами вдруг оказался Падма.
- А теперь наш с тобой танец, Ульфрик. После спектакля, устроенного твоей лупой, мне не терпится тебя попробовать.
Ричард глянул на меня, на Иветту и Джейсона, лежавших без сил, будто им и шелохнуться трудно.
- Вряд ли я так вкусен.
- Ты себя недооцениваешь, волк, - сказал Падма.
Он протянул Ричарду руку, но Ричард встал сам. Они были почти одного роста. Ричард и Падма глядели в глаза друг другу, и я уже чувствовала, как вспыхивает между ними сила, вызывая и дразня их обоих.
Я привалилась к труди Жан-Клода и закрыла глаза.
- Уведи меня, пока они не начали. После такого сеанса мне трудно вынести столько силы.
Жан-Клод помог мне встать, но меня ноги не держали, и он подхватил меня на руки без малейшего усилия. И остался стоять, будто ожидая моего протеста.
Я обвила его руками за шею и попросила:
- Унеси меня.
Он улыбнулся, и это было чудесно.
- Как давно мне хотелось это сделать!
Романтично ли было наконец оказаться у него на руках? О да! Но Джейсон уже успел подняться с пола, и спереди у него на кожаных штанах расплывалось пятно, и это уже было совсем не романтично.
51
Падма и Ричард стояли и мерили друг друга глазами. Каждый выпускал свою силу, как приманку на конце лески, и каждый ждал, кто первый клюнет на крючок. Сила Ричарда ощущалась как обычно - электрический жар. Но почти такой же была и сила Падмы. Как ни один из известных мне вампиров, он источал силу теплую, живую - трудно подобрать более точные слова. Электрической дрожи, как у Ричарда, в ней не было, но был жар.
Сила заполнила зал, и воздух был заряжен энергией вампира и вервольфа. Она витала везде и нигде. Сила Ричарда впилась в меня, исторгла из горла тихий звук, который эхом повторил Жан-Клод. Сила Падмы как пламя полыхала по коже. Это было почти болезненное сочетание энергий.
К нам подошел Рафаэль. Жан-Клод все еще держал меня на руках - сами понимаете, как мне было фигово. Царь Крыс был в обыкновенном синем костюме, белой рубашке, нейтральном галстуке и черных, начищенных до блеска туфлях. В таком виде можно было идти куда угодно - и на бизнес-ланч, и на похороны. Вообще-то казалось, будто костюм надевают лишь на свадьбы и на поминки.
- Ощущение их силы одинаковое, - сказал он, - но это ложь. - Он говорил тихо, будто обращаясь только к нам, но стоял достаточно близко к Ричарду, и тот его услышал. - Точно так же он играл со мной, а потом сокрушил.
- Он тебя не сокрушил, - сказала я. - Ты победил.
- Это ты меня выручила.
- Нет, ты не выдал крысолюдов. Значит, ты победил.
Я похлопала Жан-Клода по плечу, и он поставил меня на пол. Оказалось, что я могу стоять. Ура.
- Да, Ульфрик, поразительно, - сказал Падма, - но давай посмотрим, что ты еще можешь. А тебе, Рафаэль, спасибо, что испортил мне сюрприз. Когда-нибудь отплачу тебе услугой за услугу.
Как говорил Жан-Клод, перчатки сняли. Сила Падмы загремела по комнате. Я пошатнулась, и только рука Жан-Клода не дала мне рухнуть на колени.
Ричард завопил и действительно рухнул на колени. До нас дошли только отголоски силы Падмы, а Ричард получил полную дозу. Я ждала, что он с Ричардом поступит, как со мной, но у него были другие планы.
- Перекинься, Ричард. Люблю, когда еда покрыта мехом.
Ричард покачал головой. Голос его был придушенным, будто слова приходилось пропихивать в горло.
- Никогда.
- "Никогда" - это бывает очень долго, - сказал Падма. Я ощущала его силу как рой насекомых, бегающих по коже, с раскаленными кочергами жал. Именно такое проделывал Падма с леопардицей Элизабет, когда ее наказывал.
Но Ричард не стал извиваться на полу, как она.
- Нет, - сказал он, сумел встать на ноги и шагнул, пошатнувшись, к вампиру.
Жжение стало сильнее, раскаленные укусы сливались в простыню жалящих огней. Я пискнула, но Ричард стоял на ногах и сделал еще один шаг.
Прилив силы стих так внезапно, что от прекращения боли Ричард рухнул на колени почти у ног Падмы. В наступившей тишине слышалось его хриплое дыхание.
- Боль не приведет тебя ко мне, - сказал Падма. - Так что обойдемся без игр, Ульфрик? И я прямо сейчас буду есть?
- Давай заканчивай, - ответил Ричард.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36