А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Из них маленькие муравьишки вылупятся. Убирайся немедленно! Варвар!
Пафнутий устыдился и вытащил голову из муравейника.
– Ох, извините меня, пожалуйста! Я не хотел… но ваши муравьиные яички такие вкусные! Для медведей они – лучшее лакомство. Не найдется ли у вас каких бракованных?
– С этого и надо было начинать! – кипятились разгневанные муравьи. – Вон там, в стороне, сложены бракованные яички, можешь их съесть. А хорошие не смей больше никогда трогать!
Пафнутий съел бракованные муравьиные яички, облизался, еще раз извинился перед муравьями и пошел дальше.
Долго шел медвежонок, и вот уже осталось совсем немного до другого края леса. Вдруг медвежонок услышал какой-то новый, непривычный, ни на что не похожий шум. Он продолжался недолго и вскоре прекратился. Потом снова послышался такой же шум, уже громче, и тоже, постепенно стихая, прекратился. Одновременно с шумом Пафнутий ощутил какой-то тоже незнакомый запах. И в самом деле, отвратительный. Прошло совсем немного времени, и вот Пафнутий за деревьями леса увидел шоссе.
Раньше Пафнутий шоссе никогда не видел. Он был еще очень молодым медведем, можно сказать – медвежьим подростком, и в эту сторону леса ни разу не захаживал. Чрезвычайно удивленный, уселся он на краю леса, спрятавшись за большой развесистый куст, и принялся наблюдать за шоссе.
Долго-долго сидел так Пафнутий. Стемнело, теперь машины по шоссе ехали с зажженными фарами, и это тоже было очень интересно.
Поздно ночью к Пафнутию прилетела сова. Появилась она неожиданно и бесшумно опустилась на ветку дерева над головой Пафнутия.
– Здравствуй, Пафнутий, – тихо поздоровалась сова. – Что ты делаешь здесь, рядом с этим ужасным шоссе?
– Здравствуй, – ответил Пафнутий. Шоссе произвело на него ошеломляющее впечатление, и он не знал, что о нем и думать. – Ты не могла бы мне объяснить, что же это такое? Для чего оно?
– Могла бы, – ответила мудрая птица сова. – Это все люди изобрели.
И сова объяснила Пафнутию, что такое шоссе, для чего оно построено людьми и что представляют собой мчащиеся по шоссе странные предметы, испускающие такую отвратительную вонь. Потом сова распрощалась с Пафнутием и улетела в лес, а медвежонок до утра просидел в своем укрытии на обочине дороги, хотя проголодался просто по-страшному. Автомашины мчались по шоссе всю ночь и только ближе к рассвету стали появляться реже. Зато именно на рассвете и произошло весьма интересное и непонятное событие.
Сидя за кустом, Пафнутий увидел, как одна из машин замедлила свой бег и вдруг совсем остановилась, съехав на обочину совсем рядом с Пафнутием. Еще не совсем рассвело, но луна светила ярко, и медвежонок все отлично видел. А потом, вернувшись к своей приятельнице выдре Марианне, рассказал ей об увиденном обстоятельно и во всех подробностях.
– Шоссе – это широкая и очень твердая дорога. Люди проложили ее для того, чтобы ездить по ней в автомашинах. Автомашинами называются сделанные людьми чудища. Именно они так отвратительно пахнут. Мчатся машины по дороге со страшным шумом и очень быстро, быстрее, чем бегают олени в лесу. Есть машины большие, есть маленькие, всякие. А люди потому их сделали, что сами быстро бегать не умеют, вот за них и бегают эти чудища, люди же залезают к ним в брюхо и сидят там. А когда надо – выходят.
– Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросила Марианна, на которую рассказ друга произвел большое впечатление.
– Я сам видел, как они вылезали из машины! – таинственно понизив голос, пояснил Пафнутий. – И как потом снова залезали в нее. Знаешь, одно такое чудище, не очень большое, вдруг остановилось совсем рядом со мной. Из него вылезли два человека, вошли в лес и что-то закопали под деревом. Какую-то вещь. Не съедобную, я потом специально пошел, понюхал.
– А что? – не помня себя от любопытства вскричала выдра.
– Не знаю, – честно признался Пафнутий. – Так и не понял. Что-то большое, размерами чуть ли не с мою голову. Отнесли это в лес, вырыли яму под деревом, закопали, а потом залезли опять в свою машину и уехали.
Марианна решительно заявила:
– Я хочу знать, что закопали люди под деревом. И очень хочу увидеть это.
– Я бы тоже хотел, – признался Пафнутий. – Так что мне сделать?
– Выкопать и принести сюда, – приказала Марианна. – И мы вместе это рассмотрим. Ты не представляешь, как мне хочется знать, что же люди закапывают под деревьями!
Пафнутий охотно согласился выполнить просьбу Марианны. Он съел всю наловленную ею рыбу, а на десерт пошли ягоды, которые он собрал сам, благо они росли у озера в изобилии. Вернулся к Марианне довольный. Та внимательно оглядела друга, а потом бултыхнулась в озеро и поймала для Пафнутия еще несколько жирных окуней. По ее мнению, теперь у медведя достаточно сил, чтобы отправиться в дальний путь к шоссе, вырыть и принести ей закопанную людьми неизвестную вещь.
Пафнутий без труда нашел нужное дерево и вырыл спрятанную людьми вещь. Немного труднее было принести эту вещь Марианне. Ведь не мог же он всю дорогу идти на двух ногах. Пришлось взять в зубы узел с неизвестной вещью и так нести его. Очень это было неудобно и утомительно. Иногда, если выходил на тропинку, Пафнутий клал узел на землю и пытался катить его. Наконец, весь измучившись, добрался до озера.
А Марианна с утра не находила себе места от нетерпения. Уже давно наловила для медвежонка рыбу, а его все не было. И когда Пафнутий наконец появился и набросился на рыбу, выдра в свою очередь набросилась на принесенную им непонятную вещь. Разглядывала ее, обнюхивала, по земле катала и даже пыталась откусить. И вся извелась от любопытства, потому что так и не могла понять, что же это такое.
– Да кончай же есть! – подгоняла она Пафнутия. – Никак не пойму, что это. Снаружи вроде бы мягкое, а внутри что-то твердое. Надо до середины добраться. Помоги же мне! С десертом управишься потом.
Пафнутий как раз добрался до сочных побегов тростника. Наскоро проглотив их, он поспешил к Марианне и занялся принесенным узлом. Хватило один раз провести острыми когтями по ткани – и она порвалась. Провел еще раз, и еще… И вот оба они с Марианной уже сидят над жалкими драными лоскутьями узла и тяжелой жестяной банкой, плотно закрытой крышкой.
Марианна не находила слов от возмущения.
– Ну, знаешь! – кипятилась выдра. – Выходит, самое главное спрятано внутри этой жестянки, а я так и не знаю, что это!
Пафнутий озадаченно чесал в затылке.
– И я не знаю, – огорченно признался он. – И вообще не разбираюсь в делах и привычках людей.
Оба они так были поглощены таинственной жестянкой, что даже не заметили, как к ним подкрался рыжий лис. Он уже давно издали наблюдал за всеми действиями Пафнутия и Марианны, а теперь решился подойти к ним поближе, потому что и его заинтересовала непонятная жестянка. Лис был умный, опытный и очень осторожный. Хотя он прекрасно знал и Пафнутия, и Марианну, все же не сразу решился подойти к ним. Звали лиса Ремигий.
– Ну и ну, – тихонько произнес Ремигий. И хотя он сказал свое насмешливое «ну и ну» очень тихо, медвежонок и выдра услышали и повернулись к нему.
– А, Ремигий, привет! – поздоровалась Марианна. – А ты что здесь делаешь? В наших краях ты редкий гость.
– Пришел искупаться в озере, – ответил лис. – Уж очень я запылился, вон какая сушь стоит. Давно наблюдаю за вашими действиями. Что за представление вы тут устроили?
Марианна и Пафнутий объяснили лису, что они делают и откуда взялась жестянка. Ремигий вышел из-за куста и внимательно осмотрел ее.
– Ну и ну! – веско повторил лис, со знанием дела обследовав непонятный предмет. – Если эта вещь принадлежала людям – а она им принадлежала, ибо человечий запах ощущался явственно, – то могу гарантировать – внутри что-то есть. Уж поверьте моему опыту. Людей я знаю хорошо, вижу их часто, так что все привычки их мне прекрасно известны. Они просто обожают такие вещи, которые ни за что не разгрызешь. А внутрь имеют привычку прятать самое главное.
– Съедобное? – поинтересовался Пафнутий.
– Главным образом съедобное, – подтвердил лис. – Самое вкусное. И ни за что не достанешь!
– Нет, здесь ничего съедобного не запрятано, – возразила Марианна, тщательно обнюхав банку.
– Это неважно, – заявил Пафнутий, который только что насытился. – Главное, что-то там внутри спрятано.
– Делайте, что хотите, но я должна увидеть, что же там внутри! – категорически заявила Марианна.
И они с Пафнутием уставились на Ремигия, который лучше всех знал привычки и обычаи людей и мог дать ценный совет. Ремигий не подкачал.
– Обычно такие вещи открываются, – сказал он. – Люди открывают их, кладут что-то внутрь и потом плотно закрывают. И опять открывают, когда захотят. Пафнутий, а ну-ка сожми эту жестянку как следует!
Пафнутий двумя лапами взял жестянку и легко ее сплющил. Но жестянка все равно не открывалась. Чего только не делали Марианна, Пафнутий и лис, чтобы ее открыть! И стискивали изо всех сил, и по траве катали, и зубами грызли – ничто не помогало. Наконец Ремигий, как самый опытный в обращении с человеческими вещами, посоветовал ударить по жестянке чем-нибудь твердым. Пафнутий приволок большой камень и трахнул им по жестянке.
Вот тут жестянка не выдержала и разломалась на две части. И тогда все увидели, что внутри жестяной банки находились какие-то странные вещи: очень твердые, разноцветные, сверкающие. Были они маленькие, и было их очень много. Мелкие блестящие предметы рассыпались по траве и засверкали в солнечных лучах.
Марианне эти чудесные вещицы понравились невероятно, и она принялась сразу же играть с ними. Переворачивала лапками, прихватывала зубами, бросала в воду и, нырнув, вытаскивала их на берег.
– Ах, как хорошо! Ах, как хорошо! – приговаривала выдра. – Как я рада! Как я довольна! Наконец-то я знаю, что люди закапывают под деревьями. Очень красивые вещи закапывают, хотя и несъедобные, и неизвестно, на что они годятся.
Ремигий с очень умным и глубокомысленным видом сидел над кучкой непонятных предметов, стараясь определить, что же с ними делают люди и зачем они им. А Пафнутий сидел рядом и терпеливо ждал, к какому же выводу придет хитрый лис, всецело полагаясь на его опыт.
И вот наконец Ремигий изрек мудрые слова:
– Полагаю, ты нашел клад, Пафнутий. Во всяком случае, мне доводилось слышать, что люди называют так очень ценные для них вещи, которые они прячут от других людей.
– Клад? – воскликнула выдра. – Ах, как интересно! Расскажи об этом подробнее, Ремигий!
– Такие блестящие игрушки люди очень ценят, – пояснил Ремигий. – Они называют их сокровищами. В обмен на такую маленькую штучку они могут получить все, что захотят.
– И съестное? – удивился Пафнутий.
– И съестное тоже. Много съестного, самого вкусного. А некоторые из людей, главным образом женщины, нацепляют их на себя и так ходят, а другие женщины им завидуют. Не у всех людей есть сокровища.
– И один человек может собрать такую уйму драгоценных вещей? – удивлялась выдра, глядя на рассыпанные по траве драгоценности.
– Не знаю, – честно признался Ремигий. – Но сомневаюсь. Сдается мне, что все эти вещи украдены.
– А почему тебе так сдается? – хотел знать обстоятельный Пафнутий.
– По опыту, – признался лис. – И уж поверьте мне – у меня большой опыт по части краж. Если кто-то пытается спрятать что-то так, чтобы этого никто не увидел, наверняка прячет украденную вещь.
Пафнутий и Марианна озадаченно молчали, переваривая сообщение лиса, а потом Марианна согласилась с его мнением:
– Правда. Сорока тоже всегда прячет украденную вещь.
Пафнутий хотя и не располагал таким большим жизненным опытом, как лис, но, будучи по натуре медведем осторожным и степенным, не спешил согласиться с мнением Ремигия.
– Мне кажется, – высказал медвежонок свое мнение, – не мешало бы знать, что об этом думает Чак.
Покладистая Марианна и с Пафнутием была согласна. Ремигий поинтересовался, кто такой Чак. Узнав, что это пес, недовольно скривился.
– Не люблю я собак, – сказал он. – Но как честный лис признаю: собаки знают больше моего.
И Марианна приказала Пафнутию:
– Завтра же отправишься к Чаку и спросишь его, что он обо всем этом думает.
На следующее утро Пафнутий вышел на уже знакомый луг. Оказывается, Чак его с нетерпением поджидал, бегая туда-сюда у самого леса. У него были важные новости, и, не дав Пафнутию и рта раскрыть, пес принялся сообщать их своему новому другу:
– Ты и не представляешь, что у нас тут творится! Говорил я тебе – никогда не знаешь, чего от людей ждать! Вечно от них неприятности и хлопоты. Такое отмочили – не поверишь!
– Здравствуй, Чак! – приветствовал друга Пафнутий. – Рад тебя видеть. Так что же отмочили люди?
– Шум подняли! Покоя нет! Даже полиция приехала…
– А что такое полиция? – перебил Чака медвежонок.
Чак коротко объяснил, что полиция – такой особый вид людей, которые следят за порядком и ловят воров и прочих преступников. А поскольку на ноги были подняты и пожарные, и ветеринары, и врачи, и даже школьные учителя, пришлось Чаку обо всех них тоже рассказать темному медвежонку. Пафнутий был в восторге от того, что узнал столько нового и интересного.
Только после этого смог Чак вернуться к последним событиям в их деревне.
– И вот поймали одного вора, – взволнованно рассказывал пес. – Очень много украл он ценных вещей. Но не поймали его сообщника, то есть второго вора, вместе с которым они крали. Одного поймали, а второй сбежал.
– Выходит, сбежал тот самый сообщник? – уточнил обстоятельный Пафнутий.
– Да, именно сообщник, ты все правильно понял, – подтвердил Чак. – И представляешь, выяснилось – все, что эти воры украли, они закопали в вашем лесу! А вор не хочет показать место, где зарыли награбленное. Полиция опасайся, что сбежавший сообщник успеет выкопать клад и перепрятать его, поэтому и решили его искать. Вот почему я тебя тут поджидаю, хочу предупредить. Весь ваш лес обшарят! У них есть такие приборы, я сам видел, которые смогут показать, в каком месте закопан клад.
– И они с этими приборами заявятся в наш лес? – спросил Пафнутий.
– Да, ты правильно понял, – ответил Чак. – Но это еще не все. Ведь по вашему лесу будет носиться целый табун людей, да еще с собаками. Шум поднимут, все перетопчут. И никому из вас покоя не будет!
Видно было, что добрый пес очень переживает за лесных обитателей. Пафнутий тоже чрезвычайно встревожился. Подумав, он попросил уточнить:
– А какие они, те ценные вещи, которые украли воры?
– А такие маленькие твердые побрякушки. Разноцветные, блестящие. Совсем несъедобные. Нам они ни к чему, но люди почему-то очень их любят.
– О! – воскликнул Пафнутий. – Значит, Ремигий был прав!
Медвежонок собрался тут же рассказать Чаку о найденном ими кладе. И о том, что не надо его искать по всему лесу: он, Пафнутий, может прямо сейчас показать, где клад лежит.
Однако медвежонок не успел сообщить Чаку такую важную информацию, потому что издали донесся свист и крики: «Чак, Чак, ко мне!» Это хозяин звал Чака.
Пес вскочил.
– Меня зовут! – крикнул он. – Бегу! Потом поговорим!
И он со всех ног помчался через луг к деревне, а Пафнутий остался один – растерянный и встревоженный. Печально смотрел он вслед другу, пока тот не скрылся из глаз. В этот день луг был пуст, не было на нем никого из знакомых, только издали, со стороны деревни, доносились шум и запах, такие же, как на шоссе, по ту сторону леса.
Пафнутий поспешил к Марианне и рассказал ей обо всем, что узнал от Чака. Марианна тоже очень встревожилась.
– Мне вовсе не хочется, чтобы по лесу гоняли стада людей! – сердито заявила выдра. – Это будет ужасно! Я поселилась в лесу, потому что тут тихо и спокойно, и не желаю видеть тут ни людей, ни их приборы!
Разговор Марианны с Пафнутием слышала косуля Клементина, мама легкомысленного постреленка Кикуся. Клементина смертельно испугалась грозящей лесу опасности.
– Ах! Это будет ужасно! – воскликнула косуля в полном отчаянии. – Они просто уничтожат наш лес! И мы погибнем тоже, не выдержав нервного напряжения. Люди очень, очень опасны! Я не хочу! Я боюсь!
– Никто не хочет! – раздраженно проворчал старый жирный барсук, вылезая из кустов. – Пафнутий, видишь, что ты наделал! Я все видел, все слышал, только не показывался вам на глаза. Видел, что вы тут с Марианной выделывали с человеческими сокровищами, только вмешиваться не хотел. Но теперь просто обязан сказать, что думаю по этому поводу, ведь дело касается и меня лично. Так вот, не надо было вообще прикасаться к кладу. А все ты! – обрушился барсук на выдру. – Все твое неуемное любопытство! Я все видел, все слышал! Это ты подговорила Пафнутия, чтобы он тебе сюда принес то, что спрятали люди.
Очень не по нраву пришлись выдре справедливые упреки старого барсука. Не совладав с нервами, она плюхнулась в воду, чтобы охладиться, и сделала это с таким размахом, что всех обрызгала водой. Выскочив, в раздражении набросилась на валявшиеся на траве блестящие человеческие сокровища и расшвыряла их во
все стороны. Все из-за них, все неприятности из-за этих никому не нужных побрякушек!
– Надо что-то предпринять! – не помня себя от ярости вскричала Марианна. – Давай думать! Надо было сказать Чаку: мы знаем, где находятся сокровища! Пафнутий, почему же ты сразу ему не сказал? Может, тогда они не станут искать их по всему лесу?
Пафнутий робко оправдывался:
– Да я же хотел сказать, но Чака хозяин позвал…
– Значит, придется тебе еще раз пойти к нему и сказать, – решил старый барсук. – Может, он как-нибудь договорится с людьми. Пусть придут сюда и соберут свои сокровища.
Тут Марианна завопила не своим голосом: – Нет! Ни за что! Не желаю, чтобы люди приходили на мое озеро!
Вздрогнув от ее вопля, нервная Клементина, оттолкнувшись сразу всеми четырьмя ногами, испуганно бросилась в чащу и исчезла в мгновение ока. Там она сеяла панику своими паническими криками:
– О Боже, Боже! Такая напасть! Спасайся, кто может!
Тут с верхушки высокого дерева вспорхнул дятел и, усевшись на нижней ветке, повел такую речь:
– Я все слышал. Такое несчастье! Марианна права, нельзя допустить, чтобы люди вытоптали наш лес. Надо сделать все от нас зависящее, чтобы этого не случилось. Чтобы они в лес не заходили. Чтобы без этого как-то нашли свои сокровища. Давайте-ка посоветуемся и решим, что делать. Я лично советовал бы пособирать все это безобразие и отнести куда подальше.
– Да не умею я такое собирать, – виновато признался Пафнутий, чрезвычайно огорченный, что это по его вине грозит теперь лесу такая беда. – Не соберу я их своими неуклюжими лапами. И во что я соберу? Жестянка ведь совсем разломалась. Я сам ее и разломал!
– Думать надо было! – гневно фыркнул барсук.
Марианна вступилась за друга.
– Его Ремигий подговорил, – сказала она.
– Ремигий никогда ничему хорошему не научит, – поучающе заметил дятел. – Не надо было слушать лиса. Но ведь эту гадость можно перенести и по одной штуке, не обязательно собирать все вместе.
У дятла слова не расходятся с делом. Спорхнув на землю, он схватил в клюв одну из блестящих штучек, поднялся с ней в воздух, спустившись, бросил на землю и заявил:
– Видите – это очень легко. Давайте уберем эти вещи из центра леса, все равно куда.
– Для тебя, может, и легко, а вот для него – не очень! – возразила выдра, указав на Пафнутия. – Ведь у него дорога на окраину леса полдня занимает. Представляешь, сколько времени придется ему носить эту гадость? До самой зимы!
– Я постараюсь сделать это быстрее, – не очень уверенно проговорил Пафнутий. – Иногда я бегаю очень даже быстро.
– И все равно займет очень много времени, – рассудительно заметил барсук. – Надо позвать на помощь птиц, самим нам не справиться. Объявим в лесу общую тревогу!
Собравшиеся с радостью приняли умное предложение, только дятел внес свою поправку.
– Уже смеркается, – сказал он. – Скоро настанет ночь. Операцию отложим на утро. Чуть свет и начнем. Я беру на себя оповестить всех Птиц, а вы за оставшееся время подумайте над тем, куда будем сносить эти блескушки. Хорошенько подумайте, это очень важный момент предстоящей операции.
Дятел улетел и, не откладывая дела в долгий ящик, тут же принялся оповещать птиц о грозящей лесу опасности и операции по его спасению.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31