А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А еще он целовал ее, не спрашивая разрешения.
На этот раз поцелуй был мимолетным; так могли бы целоваться влюбленные, зная, что расстаются ненадолго. И вправду, вечером они встретятся. Но они вовсе не влюбленные. И никогда ими не станут.
Джейн сидела за столом и хмурилась, вспоминая найденное на автоответчике сообщение.
— Дженет, дорогая, — взволнованно говорила ее мать, — как жаль, что я не застала тебя! Мы с папой решили приехать на день в Лондон. Было бы чудесно встретиться и выпить чаю в «Уолдорфе». Мы будем там в половине пятого. Но если ты занята, не беда, — добавила она. — Я позвоню через несколько дней.
Джейн поняла, что не вытерпит несколько дней ожидания. Она должна немедленно узнать, почему родители решили съездить в Лондон.
Лондонский дом они продали три года назад, вместе с большей частью имущества. В то же время родители Джейн потеряли почти всех друзей. Откуда у них взялись деньги на поездку в город, да еще на чаепитие в «Уолдорфе»? У Джейн с матерью было заведено в первый день каникул бывать в «Уолдорфе». Обычно отец оказывался занят и не мог сопровождать их. Но сегодня день был обычным, ничем не примечательным. Джейн повезло, что она вернулась домой пораньше. Дослушав сообщение, она бросилась к двери.
Целый день в Лондоне… В последнее время ее родители почти не бывали в столице, а если и приезжали, то не так внезапно и обычно несколько дней гостили у Джейн.
Хмурясь, она размышляла и поглядывала на часы. Ровно в половине пятого в зал вошла ее мать — помолодевшая, сияющая, в строгом шерстяном розовом костюме, с новой стрижкой и укладкой. Милой улыбкой она поприветствовала нескольких знакомых и направилась к столику Джейн. Отец тоже изменился, стал прежним рослым, привлекательным мужчиной со сдержанной улыбкой. Но как ни обрадовалась Джейн неожиданной перемене, почему-то ее охватило беспокойство.
— Дорогая! — Мать ласково поцеловала ее в щеку.
— Дженет. — В присутствии посторонних отец, как всегда, был сдержан, но его глаза радостно блестели.
— Как удачно, что мы встретились! — улыбнулась Джейн, снова усаживаясь на место. — Спасибо за приглашение.
Ее беспокойство стремительно нарастало, но засыпать родителей вопросами она не решалась. К тому же ей было жаль стирать улыбки с двух любимых лиц.
— Как прошел день? — продолжала она, пока на столе расставляли сандвичи и чашки. Мать привычно разлила «Эрл Грей» по трем хрупким фарфоровым чашечкам. — Пожалуй, для предпраздничных покупок уже слишком поздно, но погода в самый раз для прогулок. — На самом деле день выдался хмурым, дождливым и ветреным.
— Повсюду чувствуется приближение праздника, — с улыбкой откликнулась ее мать. — А я и забыла, как чудесно в городе в такое время года, — задумчиво добавила она.
Джейн почти не замечала праздничных гирлянд и венков, но не потому, что не любила Рождество: обычно двадцать четвертого декабря она падала от усталости, готовя клиентам ужин. Рождество она проводила с родителями, а со Дня подарков, двадцать шестого декабря, опять начиналась череда вечеринок и приемов. Да, в воздухе витало предпраздничное возбуждение, но до сих пор Джейн этого не сознавала.
Неужели все дело в том, что она познакомилась с Гейбриэлом Воном? От этого вопроса она поспешила отмахнуться, не желая искать ответ. Нет, Гейб для нее ничего не значит.
— Скажите, а почему вы приехали в город именно сегодня? — спросила она, принимая чашку с чаем из рук матери.
Родители быстро переглянулись, и отец ответил:
— Видишь ли, Дженет, у меня деловая встреча…»не удивляйся. — Он рассмеялся, заметив, как она потрясена. — У меня еще остались связи в деловом мире, — пояснил он.
Джейн прекрасно знала, что прежних знакомых отец растерял, едва у него начались финансовые трудности и компанию пришлось продать Гейбриэлу Бону.
Но что бы отец ни подразумевал под «деловой встречей», сегодня он совершенно преобразился перестал сутулиться, исчезло подавленное выражение лица, и глаза его снова заблестели.
— Я помню, папа, — виновато отозвалась Джейн. — Просто я думала… мне казалось…
— Что я отошел от дел? — закончил отец. — Точнее, что от меня все отвернулись. — Он нахмурился, впервые выдавая боль, которая мучала его целых три года, после потери компании. — Знаешь, выход в отставку — это еще не конец жизни, — заключил он и принялся размешивать сахар.
Но ведь его отставка была вынужденной, мысленно возразила Джейн. Ее отцу уже шестьдесят один год. Неужели он всерьез решил ввязаться в борьбу, вернуться в жестокий мир бизнеса? Джейн перевела взгляд на мать, но она смотрела на мужа, а на ее лице отражались гордость за него и любовь. Чувства родителей Джейн друг к другу не угасли.
И свою дочь они любили по-прежнему. Но сегодня она заметила в материнском взгляде нечто новое, непривычное, чему не могла дать названия.
— Папа, объясни, в чем дело, не томи, — попросила она. — Что ты задумал?
— Ничего особенного, — он улыбнулся. — Не знаю, стоит ли рассказывать… — Он явно колебался. — Еще ничего не ясно. А ты как думаешь, Дафна? — На его лицо легла тень сомнений минувших трех лет. Он просил совета у жены.
— А по-моему, все складывается прекрасно, решительно заявила Дафна и накрыла ладонью руку мужа. — Но с объяснениями можно подождать до Рождества, — поспешила добавить она. — Ты ведь приедешь к нам на Рождество, Дженет? — И она вопросительно взглянула на дочь.
Куда еще она могла отправиться в праздник? Джейн привыкла отмечать Рождество в обществе родителей. Даже в самые тяжелые годы этот праздник оставался семейным, пусть и не слишком радостным.
Сейчас Джейн не знала, радоваться ей или тревожиться, гадая, что за «деловая встреча» состоялась у отца. Загадок она не любила, особенно во времена замужества, когда ей приходилось подвергать сомнению каждое слово Пола. Наконец она просто перестала расспрашивать его, а он — рассказывать о своих делах.
— Ну конечно, приеду, — заверила она. — Значит, вы не хотите поделиться со мной хорошими новостями?
Ее отец рассмеялся.
— Знаешь, Джени, с тех пор, как ты выросла, я ни разу не видел, чтобы ты дулась. — И он ласково улыбнулся.
Джейн ответила ему невеселой улыбкой, но, видимо, не сумела как следует изобразить ее.
— Так лучше? — Она вопросительно подняла брови.
— Немного, — кивнул отец. — Но раньше ты улыбалась веселее. Наверное, с возрастом разучилась.
Джейн рассмеялась — отцовских шуток она не слышала давным-давно. Что же произошло? Она была готова расцеловать человека, благодаря которому ее родители ожили.
— Пей чай, Дженет, — напомнила ей мать. — Нам с папой надо еще успеть на поезд.
Она послушно отпила из чашки, думая о том, что и мама снова стала прежней. Казалось, они вдруг вышли из бесконечно длинного темного туннеля.
— Почему бы вам не погостить у меня? — предложила Джейн. — Или вы спешите?
— Мы очень заняты, дорогая. — Дафна улыбнулась. — И потом, мы не хотим тебе мешать — у тебя и так слишком мало свободного времени. Ты никогда не говорила, есть ли у тебя знакомые. Но ты так красива, дорогая, этот цвет волос тебе к лицу! — Дафна вздохнула. — Жаль только…
— Дафна, не надо, — остановил ее отец. — Ты права, но теперь девушки перекрашивают волосы чуть ли не каждый день. Представь, если на следующей неделе Дженет станет рыжей!
— Нет, папа, что ты, — запротестовала Джейн, втайне радуясь тому, что от разговора о «знакомых» удалось увильнуть. На целых три года, до знакомства с Гейбом, она забыла о существовании личной жизни. Но Гейб не из тех мужчин, которых ее мать считает достойными знакомыми.
— И мне бы этого не хотелось. — Отец засмеялся. — Мама права, Джени, — ты очень красива. Будет досадно, если первый неудачный опыт лишит тебя будущего…
— Папа, ничего уже не поправишь, — твердо перебила Джейн. — Я ни с кем не встречаюсь и никогда не буду встречаться. — Гейб не в счет. Джейн не сомневалась, что знакомство с ним будет недолгим.
— А как же мои внуки? Ты не хочешь, чтобы я стал дедом? — заволновался отец.
— Я могла бы усыновить ребенка.
— Ну хватит вам! — вмешалась мать. — Такой чудесный день, скоро Рождество, а вы завели какой-то бессмысленный спор! Еще чаю, Дэвид?
Родители определенно воспрянули духом. Час спустя, возвращаясь к себе, Джейн вдруг поняла, что впервые за три бесконечных года в присутствии родителей не испытывала угнетающего чувства вины. В их жизни произошли перемены к лучшему.
Она обязана этим Гейбриэлу Вону. Но что сказали бы родители, узнав, что единственный, пусть и непрошеный мужчина в ее жизни — Гейб? Пожалуй, расстроились бы, нахмурилась Джейн. А огорчать родителей ни в коем случае нельзя.
Значит, сегодняшняя встреча с Гейбом должна стать последней.
Глава 11
— Ушам не верю! При твоих связях ты так и не смогла заказать для нас столик в каком-нибудь ресторане? — Гейб ворвался в ее квартиру, даже не поздоровавшись. — Значит, опять будем ужинать дома? — Он резко остановился.
Джейн застыла с приоткрытым ртом, возмущенная его вторжением, упреками и вызывающей усмешкой.
— А что я могла поделать? — наконец пожала она плечами. — Сейчас Рождество, рестораны переполнены… — Она осеклась.
Сегодня Гейб был неотразим.
Последних два часа Джейн убеждала себя, что Гейб для нее ничего не значит: они спокойно поужинают и попрощаются навсегда. И это прощание станет окончательным.
Но при виде Гейба в черных брюках, голубой рубашке и сером пиджаке все приготовленные слова вылетели у нее из головы.
Насчет ресторана она солгала: ее давние друзья Кэролайн и Пьер нашли бы для нее место, даже если бы пришлось отказать другим клиентам. Но ресторан — не лучшее место для прощания, особенно если Гейб заупрямится, как раньше. Узнав номер его телефона у Фелисити, Джейн позвонила ему и сообщила, что им придется поужинать дома.
— Я привез вино, — сообщил Гейб, показывая дорогую бутылку коллекционного красного вина. — Что мы будем есть, я не знал, но надеялся, что не тосты с бобами.
— А как насчет яичницы? — с вызовом осведомилась Джейн.
Гейб возмущенно закатил глаза.
— Джейн, у меня выдался такой удачный день! Ради Бога, не порть его яичницей!
Забрав у него бутылку, Джейн вернулась на кухню, где застал ее звонок Гейба.
— Похоже, у всех сегодня удачный день, — ворчала она, откупоривая бутылку и вспоминая оживленные лица родителей. — Не подходи к кастрюлям, Гейб, — предупредила она, едва он взялся за крышку. — Предвкушение — залог успеха.
— Знаю, знаю.
Почувствовав на себе его пристальный взгляд, она замерла и медленно обернулась. Лучше бы она этого не делала! Гейб смотрел на нее как на главное блюдо ужина.
Одеваясь сегодня вечером, она намеренно выбрала зеленый кашемировый свитер, который носила несколько лет назад, еще будучи блондинкой, и строгую черную юбку до колена.
Но она даже не подозревала, как удачно сочетается оттенок свитера с новым цветом ее волос, как мерцают в них красноватые искры — волосы стали казаться почти рыжими, как предсказал сегодня ее отец.
— Бокалы, Гейб, — непослушными губами выговорила она.
— Минутку! — Он кивнул, прошелся по кухне и достал из шкафа два бокала.
А может, она напрасно решила устроить прощальный ужин дома? Гейб чувствовал себя совершенно непринужденно — словно не в чужом, а в собственном доме.
— За что будем пить?
Пока она размышляла, Гейб успел наполнить оба бокала и один протянул ей.
— За удачные дни? — предложил он. Хорошо еще, что не «за нас»! Да, она совершила ошибку. Оставалось надеяться, что время пролетит незаметно.
— Если хочешь, иди в гостиную и поставь какую-нибудь музыку, а я накрою на стол, — предложила она чуть резче, чем следовало, — привычное спокойствие вдруг изменило ей.
Впрочем, в присутствии Гейба она всегда нервничала. Тем больше причин распрощаться с ним.
— Так как прошел день? — заговорила она, разложив по тарелкам креветки с чесноком и свежим майонезом. В комнате негромко играла музыка — давний диск Джона Денвера.
Гейб устремил на нее взгляд смеющихся глаз.
— Во-первых, сегодня утром я впервые за две недели отправился на пробежку…
— Как не стыдно, Гейб!
— Ммм, что за вкус, Джейн! — восхищенно простонал он, положив в рот первую креветку. — Что же будет дальше?
Если повезет, за едой он отвлечется от разговоров. На это Джейн искренне надеялась.
Как и следовало ожидать, вино оказалось прекрасным — насыщенным, мягким. Гейб Вон по привычке выбрал самое лучшее.
— А у тебя этот день тоже был удачным? — полюбопытствовал Гейб, увидел, как Джейн нахмурилась, и осекся. — Что случилось? — встревожился он.
Она покачала головой.
— Ни к чему затевать эти игры, Гейб, — сухо заявила она. — Мы просто ужинаем, а не живем вместе, — добавила она, стараясь не обращать внимания на его озадаченный вид.
— Все начинается с разговоров, Джейн, с ужинов, рассказов о себе, попыток выяснить, что кому нравится и так далее. Никто не вступает в брак сгоряча.
— Я же просила навсегда забыть это слово! — Она вскочила, предчувствуя самое худшее.
— Я прав, — пробормотал Гейб, глядя ей вслед, он был мерзавцем.
Ничего подобного он прежде не говорил! Но он не ошибся: лучшего отношения Пол не заслуживал.
Джейн с грохотом поставила тарелки на кухонный стол. У нее неудержимо тряслись руки. Что с ней такое?
Сегодня днем она твердо решила объявить Гейбу, что они видятся в последний раз. Но стоило ей увидеть его, и решимость ослабела. От улыбки Гейба ее бросило в жар. А если он попробует прикоснуться к ней…
— Что с тобой? Джейн, я же просто взял тебя за руку! — Гейб помрачнел. Джейн вздрогнула, едва ощутив его прикосновение. — Да что с тобой творится сегодня?
Тот же вопрос она задавала себе несколько секунд назад. И теперь, глядя на Гейба, понимала, что должна ответить… Нет, нет!
Она не могла испытывать к нему никаких чувств, не должна была желать его прикосновений. Но она лгала самой себе. Такого смятения Джейн не ощущала с тех пор, как… нет, с Полом все было иначе. Мысль о его прикосновениях никогда не приводила ее в трепет. И все-таки она любила Пола, а Гейба — нет. Значит, к нему ее влечет похоть. О, Господи!
— Что случилось, Джейн? — допытывался он, обеспокоенный ее молчанием.
Она должна взять себя в руки, спокойно поужинать — раньше выпроводить Гейба все равно не удастся, — а потом объяснить, что он ей не нужен. Больше не будет ни пробежек вдвоем по парку, ни встреч у нее дома, ни сообщений на автоответчике. И самое главное, никаких поцелуев!
— Прости, — пробормотала она. — Я просто устала, задумалась, не слышала, как ты вошел, и потому испугалась. — И она широко, бессмысленно улыбнулась, перечисляя все эти причины своего нелепого поведения и одновременно заглядывая в кипящую на плите кастрюлю. — Садись за стол, сейчас я принесу горячее.
Она не оборачивалась, но чувствовала, что он стоит на прежнем месте, за ее спиной, не сводя с нее взгляда прищуренных, задумчивых глаз. Наконец Гейб раздраженно покачал головой и широкими шагами удалился.
Джейн обессиленно прислонилась к столу. Впервые в жизни она пылала таким влечением к мужчине. Ей никак не удавалось побороть в себе жажду поцелуев и объятий. Когда она позволяла себе думать о Гейбриэле, он неизменно представлялся ей человеком, живущим ради собственного удовольствия. С тех пор как они вновь встретились, Джейн убедилась, что Гейб никогда не стесняется брать то, что считает своим. Значит, его влечет к ней точно так же, как ее — к нему. А еще Джейн была уверена, что отдать ему придется все, меньшим он не удовлетворится.
Она собиралась попрощаться с ним. Сказать «всего хорошего» — но не зло, а так, чтобы он ушел и больше не вернулся. Вскоре мучительная боль утихнет, убеждала она себя, раскладывая по тарелкам тефтели из баранины с таррагоновым соусом и хрустящие овощи. Ее жизнь войдет в привычное русло, станет простой и мирной. Но почему вдруг такая жизнь потеряла для нее всякую притягательность?
Абсурд. Вся эта ситуация — абсурд. Надо просто сказать «спасибо» и «всего хорошего» — три слова, все очень просто. Но прозвучат ли они убедительно?
Джейн внесла блюдо в комнату и застыла, увидев улыбку на лице Гейба. «Спасибо» и «всего хорошего», напомнила она себе. Она выполнит задуманное.
— Напрасно ты сегодня взялась готовить ужин, виновато произнес Гейб, когда она села за стол. — Мне следовало дать тебе отдохнуть. Достаточно и того, что ты работала днем. — Он покачал головой, досадуя на себя. — Самое меньше, что я смог бы сделать, — приготовить ужин сам. — Он вздохнул.
Джейн уже знала, что Гейб способен на такой подвиг. Но провести весь вечер у него дома? Это немыслимо.
— Забудь об этом, Гейб, — посоветовала она, понимая, о чем он думал последние несколько минут. Он решил, что она переутомилась и изнервничалась. — Ужин на двоих, да еще у меня дома, не работа, а удовольствие, — заверила она.
— Но я собирался куда-нибудь сводить тебя, запротестовал он.
— Знаешь, Гейб, — негромко перебила она, — я из тех поваров, которым обиднее всего видеть, как приготовленная ими еда стынет на тарелках!
Гейб открыл рот, собираясь что-то ответить, передумал, усмехнулся и взял нож и вилку.
— Постараюсь запомнить!
Джейн ела вяло, аппетит пропал, едва она поняла, что через пару часов расстанется с Гейбом навсегда. Как ему удалось вызвать у нее непривычные чувства и желания? Когда он только успел?
— ..родители приезжают завтра. Хочешь поужинать с нами завтра вечером?
Джейн растерянно заморгала: погрузившись в свои мысли, она услышала только конец фразы. Чьи родители приезжают завтра? Наверное, Гейба. Ничего удивительного: близится Рождество, а Гейб — единственный ребенок в семье. Но предложение поужинать с ними перепугало ее.
— Я же объясняла, Гейб, — в это время года я обычно бываю очень занята, — отозвалась она. — Завтра мне предстоит готовить ужин на тридцать персон, — добавила она.
— Так ты совсем выбьешься из сил, — недовольно заметил он.
— Знаешь, иногда мне тоже хочется есть, — намекнула она на то, что работать ей необходимо. Гейб мог удалиться от дел хоть завтра, а ей приходилось зарабатывать себе на жизнь.
— Тебе незачем… — нахмурился он.
— Перестань, Гейб. Не изображай шовиниста, усмехнулась она.
— Джейн, я не вижу в этом ничего смешного. Стоит мне подумать…
— А я часто думаю, что иногда мысли просто мешают нам жить, — спокойно перебила она и отложила вилку с ножом. Она не съела и половины своей порции, а тарелка Гейба быстро опустела. — Что подать теперь — сыр или десерт? В последнее время вкусы у людей слишком быстро меняются.
— Сначала я хотел бы услышать ответ на свой первый вопрос. — Он выпрямился, поставил локти на стол и уставился на Джейн в упор. Она недоуменно подняла брови.
— На какой, Гейб? — Но она уже сообразила, в чем дело. А еще поняла, что ни в коем случае не желает знакомиться с его родителями. Скоро вечер кончится, они с Гейбом расстанутся навсегда…
Его губы дрогнули, он покачал головой.
— Нет, Джейн, так не пойдет. Я очень хочу познакомить тебя с родителями, — без обиняков заявил он. — А их — с тобой.
— Зачем? — с той же прямотой спросила Джейн.
— С ними приятно пообщаться, — пожал плечами Гейб.
Во время такой встречи объектом пристального внимания станут не его родители, а она. Восемь лет назад она уже прошла такое испытание. В тот раз она изо всех сил старалась понравиться родителям Пола, еще не подозревая, что это ни к чему. Им хватило и того, что Джейн — единственная дочь богатых родителей, других достоинств от нее не требовалось. Старшим Грейнджерам и в голову не приходило, что деньги легче потерять, чем заработать.
В последний раз Джейн виделась с родителями Пола незадолго до его гибели. Однажды она попыталась позвонить им, но они заявили, что никогда не простят ей отсутствия на похоронах Пола. О том, что в день похорон Джейн лежала в клинике, потеряв их родного внука, и что Пол разбился на машине вместе с любовницей, они даже не вспоминали.
— Ты знакомишь с родителями всех своих друзей? — в ее голосе отчетливо слышалось сомнение. Не моргнув глазом он ответил:
— Только некоторых.
— Но ведь мы едва знакомы, Гейб, — попыталась образумить его Джейн.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12