А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


В дверь Молина мягко постучали. Это был его секретарь Хокса, он сообщил, что Марьят уже пришла и ждет. Жрец кивнул и велел Хоксе пригласить женщину в кабинет.
- Мое почтение, госпожа, - сказал Молин, вставая и подходя к ней, словно Марьят была его старой знакомой, с которой он не виделся много лет. Собственно, так оно и было, хотя тогда, в Рэнке, они не успели познакомиться как следует.
- Лорд Факельщик! - Марьят сделала реверанс, когда Молин поцеловал ей руку. - Я так долго была лишена удовольствия видеть вас...
- Пожалуйста, примите мои искренние соболезнования по поводу недавней гибели вашего мужа, - сказал Молин с неподдельной грустью. - Крандерон был прекрасным человеком и честным торговцем. Все, кто знал его, будут долго помнить и грустить о нем.
- Благодарю вас за доброту и участие, - ответила Марьят, присаживаясь на стул, предложенный Молином. Сам он опустился на стул напротив, а не в кресло за письменным столом, где сидел до ее прихода. Этим он выказывал свое расположение к ней, уважение и отношение, как к равной.
Еще он заметил, что женщина говорит на идеальном ранкене.
Она вела разговор так естественно, что, сам того не замечая, Молин перешел на дворцовый диалект. Так приятно поговорить с культурным и светским человеком!
- Прошу принять и мои соболезнования, я знаю, что недавно вы потеряли любимую жену, - продолжала Марьят.
- Да, - ответил Молин. - Правда, наши с ней отношения несколько разладились незадолго до этого. Но все же терять близких людей всегда горько и тяжело.
Молин помолчал и продолжил, переводя разговор на другие, не настолько личные, темы.
- Чему обязан радостью видеть вас? - спросил жрец, стараясь облечь любопытство в наиболее вежливую форму.
- Попав в Санктуарии, я много слышала о вас, лорд Факельщик. Люди говорят, что вы творите чудеса ради города, отстраивая стены и поддерживая порядок, - сказала Марьят, даря ему милую и чуть кокетливую улыбку.
Глядя на лицо Марьят, весьма привлекательное для женщины ее лет, Факельщик осознал, как давно он не обменивался любезностями с дамой своего возраста и положения. Беседа для вечно занятого делами жреца принимала новый, неожиданно приятный оборот.
- Вы очень любезны, госпожа. Я поставил себе задачей поднять этот город воров на более-менее респектабельный уровень.
Ваша похвала служит признанием тех небольших успехов, которых я сумел добиться, - скромно ответил Молин.
- На мой взгляд, милорд, успех более чем очевиден. О, я даже слышала, что по всей империи бытует мнение, что Санктуарии сегодня - прекрасное место, чтобы начать новую жизнь, - продолжала плести кружева изящной беседы Марьят.
- Значит, цель вашего визита - начать в Санктуарии новую жизнь? Полагаю, Крандерон оставил вам в наследство начальный капитал. Надеюсь, достаточный, чтобы снять особняк в лучшем районе города. Я бы мог предложить вам один за вполне приемлемую цену. - Факельщик понял, что надеется, что эта женщина поселится в городе и войдет в круг его друзей.
- Признаться, я подумывала о чем-то более дерзком, - сказала Марьят, мягко заигрывая со жрецом. - Собственно, я хочу открыть свое дело, которое непременно пойдет на пользу экономике Санктуария.
Это заявление поразило даже обычно готового ко всему Молина. Он недоуменно моргнул.
- Что вы имеете в виду?
- Полагаю, что вам лучше позвать вашего секретаря, чтобы он записывал по мере того, как я буду излагать свое предложение, - ответила Марьят. Сидящая перед ним придворная дама вдруг неуловимо преобразилась в деловую женщину.
Факельщик встал и подошел к двери кабинета.
- Хокса, - позвал он, - будьте любезны зайти ко мне и прихватите перо и бумагу.
Когда секретарь устроился за столом, Марьят изложила свой план. Настроенный поначалу скептически, Молин вскоре растерял весь свой скепсис и завороженно слушал, не сводя с нее глаз.
Хокса же настолько проникся простотой плана, что несколько раз забывал делать заметки, следя за ходом мысли вдовы винодела. Потом, правда, ему пришлось наверстывать упущенное, поскольку все было необходимо зафиксировать на бумаге.
После того как они обговорили ее идею и Марьят получила ответы жреца на интересующие ее вопросы, она покинула Молина Факельщика, взяв с него письменное заверение в том, что завтра он будет присутствовать на ее встрече с торговцами в "Теплом Чайнике"
Когда Марьят вышла из дворцового комплекса, где располагался кабинет жреца, она почувствовала себя легко и на пару десятков лет моложе. Пока все складывалось как нельзя лучше.
А в кабинете Факельщика преисполненный оптимизма Хокса говорил:
- Мне кажется, она способна провернуть это дело. Для нее Санктуарий это место, где стоит строить, а не разрушать.
Он повернулся к своему начальнику и спросил:
- Это ведь уже не та дыра, куда вы прибыли несколько лет назад?
Молин Факельщик вздохнул и кивнул:
- Возможно, мы еще принесем городу пользу.
***
В "Распутный Единорог" вошел незнакомец и окинул помещение быстрым взглядом. Хотя он исколесил империю вдоль и поперек и повидал на своем веку множество кабаков и трактиров, никогда еще не встречал он такого скопления головорезов и отвратительных личностей в пересчете на квадратный метр. По сравнению с завсегдатаями "Распутного Единорога" толпа на Базаре казалась собранием святых или как минимум особ королевской крови. В таверне не было ни одного честного лица, ни одной чистой души.
Незнакомец протолкался к одному из двух свободных столиков возле левой стены зала. Он сел за стол и принялся ждать, когда прислуга обратит на него внимание. И вздрогнул, представив себе опасности, которые таились в Лабиринте ночью. Как он отважился сюда зайти?
Ждать пришлось недолго. Вскоре к его столику подошла официантка.
- Что закажешь, дорогуша? - спросила она, равнодушно глядя перед собой. Услышав ответ, она уставилась на него округлившимися глазами.
- Всего лишь кружку горячей воды, если позволите, милая девушка, сказал незнакомец. - У меня с собой травяной чай, и я хочу подкрепить силы, прежде чем попробую вашу замечательную стряпню.
- Вода идет по цене пива, - резко произнесла официантка. - Это правило хозяина, Эбохорра Беспалого.
- Тогда, будьте добры, передайте этому августейшему представителю Беспалых, что я принимаю его цену, - певуче протянул заказчик.
И с удовольствием полюбовался, как вытянулось лицо прислуги, которая пыталась вникнуть в смысл сказанного.
- Другими словами, я заплачу! - насмешливо перевел он. - Итак, кружку воды, но обязательно горячей.
Когда девушка пошла выполнять заказ, от стойки бара отлепилась куча грязных лохмотьев и двинулась по направлению к его столику. При ближнем рассмотрении оказалось, что в куче лохмотьев находился тощий плутоватый старикашка. Из-под капюшона выглядывала сморщенная пропитая рожа, по диагонали рассеченная глубоким отвратительным шрамом и вся в синяках.
Правый глаз прикрывала грязная повязка.
- Подайте монетку бедному человеку, от которого отвернулась удача! заныл старый попрошайка, отвешивая быстрые поклоны во все стороны.
Но незнакомца взять на жалость было трудно. Он распахнул плащ, открывая не кошелек, а оружие на поясе, спрятанное под полой. Это был красивый короткий меч в ножнах. Через левую сторону груди шла перевязь с оперенными стальными дротиками.
- Если хочешь и дальше влачить свое бренное существование, советую отойти. В противном случае я могу помочь тебе отойти из этой дыры в лучший мир.
Незнакомец говорил насмешливо, но в его глазах было достаточно решительности, чтобы нищего как ветром сдуло.
Вернувшись к стойке, старик проворчал под нос:
- Трудновато стало добыть себе на пропитание. В последнее время перестали уважать гильдию попрошаек.
Официантка принесла незнакомцу кружку кипятка, в которой он заварил свой чай. Это была производная слабого кррфа, которая обостряла его артистические данные, но в далеком будущем грозила их же притупить. Этот наркотик часто использовали люди его профессии - певцы и сказители.
Когда незнакомец дохлебывал чай, в таверну вплыла легко узнаваемая фигура. Бакарат, чаще именуемый Жабой, самый влиятельный торговец Санктуария. Толстяк пропихался сквозь толкучку к единственному незанятому столику. Как только он уселся, даже не глянув в сторону незнакомца за соседним столом, от стойки отошли трое человек и перетекли на стулья рядом с Жабой.
И начали совещаться о своих темных делишках, надеясь, что шум зала заглушит их секретный разговор.
- У меня есть дело для тебя, Минг, - начал Бакарат, обращаясь к старшему из троицы.
Как и Жаба, этот человек полностью соответствовал своему прозвищу. Он был охотником - за чужими кошельками, - и однажды, ночуя на болотах, подхватил какую-то редкую кожную болячку, от которой у него клочьями выпадали волосы. Отсюда и нелестное прозвище Минг - "Чесотка".
- Какое? - спросил пятнистый Минг. - Мы всегда рады оказать вам услугу.
И он кивнул на двух сотоварищей. Бакарат знал, на что они способны, по предыдущим сделкам с Мингом. Здоровенного мускулистого парня с квадратной челюстью звали Вик. Он служил пятнистому кулаками. Вик неторопливо пил пиво, не обращая ни малейшего внимания на разговор Жабы с шефом. Пусть планы разрабатывают те, у кого голова лучше варит. Вик был рад выполнить задание и просадить полученные деньги, напившись вдрызг и погрузившись в счастливое и еще более бездумное (если это возможно) небытие.
Третий был тощим курносым юношей по имени Спидо. Он освоил воровское ремесло и обладал исключительным талантом всаживать нож в спину безоружных и ничего не подозревающих людей.
- Слушайте внимательно, у нас мало времени, - приказал Бакарат троим товарищам. И изложил им свой план, для исполнения которого требовались способности всех троих:
- Скоро старуха, которую зовут Марьят, будет возвращаться в номер гостиницы "Теплый Чайник". С ней будут трое внуков.
Сейчас они в Школьной гильдии, где договариваются о найме учителя.
- А откуда вам знать, что она будет возвращаться именно в это время? прищурился Спидо. - Вряд ли она станет разгуливать по ночам вместе с маленькими засранцами.
- Я заплатил, чтобы ее задержали, - ответил Жаба ледяным тоном. - Мои люди из Школьной гильдии постараются, чтобы она ушла в нужное нам время.
Минг ухмыльнулся - как ловко торгаш поставил Спидо на место! Молодому нахалу еще учиться и учиться, чтобы дорасти до сотрудничества с людьми такого калибра, как Бакарат. Пятнистый никогда не спрашивал у толстяка, пойдет ли все так, как он запланировал.
- Вы трое должны выкрасть детей, - продолжил Бакарат. - И смотрите, чтоб они были в целости и сохранности! Потом отведете их в тайное место и будете ждать следующих инструкций.
Жаба кратко описал внешность Марьят. Потом бандиты встали и покинули "Распутный Единорог" выполнять задание.
Когда они ушли, Бакарат подозвал местную шлюху. Девица отвлекла внимание толстяка, и незнакомец за соседним столиком вскочил с места и бросился к выходу. "Бросился" - это сказано слишком сильно, потому что продвигался он с трудом из-за толпы, выпитого чая с кррфом и охватившей его тревоги.
Когда он пробивался вперед, плащ его сполз на одно плечо, открывая мандолину за спиной.
Узрев инструмент, бармен окликнул менестреля, попросив, чтобы тот спел песню. Хотя обычно музыкант приходил в таверну, чтобы подзаработать, на этот раз он отказался, поскольку у него появилась новая забота.
Он добрался до выхода, чудом избежав скандала: виданное ли дело, чужак в "Единороге"! Певец вывалился на свежий воздух и мгновение упивался ночной прохладой. Ясное дело, тройка бандитов уже успела скрыться.
Глубоко вздохнув, Синн во весь дух припустил из Лабиринта.
***
Изрядно поплутав по закоулкам района, не зря прозванного Лабиринтом, Синн проклял свои притупленные кррфом чувства.
Успехом в ремесле менестреля он отчасти был обязан тому, что намертво запоминал все мелкие подробности любого места и любого происшествия. Но сейчас его захлестнула паника и страх за жизнь друзей. И чай с наркотиком отнюдь не способствовал ясности чувств. Какой же дорогой он забрел в эту крысиную нору?
Его сердце болезненно сжалось, когда он понял, что преступники наверняка доберутся до "Теплого Чайника" раньше, чем он успеет добежать туда и предупредить Марьят об опасности.
Он в тысячный раз поклялся себе побороть привычку принимать кррф. На этот раз у него были веские причины привести клятву в исполнение.
Бард резко остановился, попав на незнакомую развилку. Он отчаянно озирался по сторонам, сердце колотилось где-то в горле, каждый удар гремел обвиняющим реквиемом его глупости.
А тут он увидел знакомый ориентир - дом с красными ставнями по правой стороне проулка. Он снова пустился бегом и пробежал через темный переулок. Надежда вспыхнула с новой силой, как вдруг из темноты выскочил человек. Он ухватил барда за руку и упер ему в живот клинок узкого стилета.
- Ты очень спешишь, - прошептал вор, от него разило чесноком и пивом, - и думаю, будешь только рад избавиться от тяжелого кошелька. Давай его сюда! Без него ты побежишь быстрее, вот увидишь.
Вор ухмыльнулся и движением ножа поторопил Синна сделать, что велят.
Неожиданная преграда прочистила менестрелю мозги. Как только действие наркотика прекратилось, он перестал паниковать.
Синн понимающе кивнул и медленно полез рукой под плащ.
Вор облизнул губы, предвкушая получить жирный кусок от богато одетого человека.
И опешил, когда увидел у себя перед носом лезвие чудного короткого меча. Лунный свет зловеще играл на острие, обещая быструю смерть.
Менестрель выхватил меч одним точным и невероятно быстрым движением. Теперь он был хозяином положения.
- Пошел прочь, черт возьми! - закричал бард. - Или раскрою башку так, что мозги полезут из ушей!
Вор схватил ртом воздух, развернулся и галопом, быстро растворился в темноте Лабиринта.
Синн сразу же позабыл о нем и начал озирать окрестности. Он совершенно не представлял, где находится и как отсюда добраться до "Чайника".
Мысленно обратившись ко всем богам, какие могли его слышать, и взмолившись ниспослать ему озарение и указать путь, бард выскочил в переулок и побежал по ночным улицам.
***
Марьят облегченно вздохнула, когда, повернув за угол, увидела замаячившие впереди добрые окна "Теплого Чайника". Неразумно и опасно бродить по ночным улицам Санктуария, даже в таком относительно мирном районе. Об этом свидетельствовали пустые улицы и тротуары. Они не встретили ни одной живой души от самой Школьной гильдии.
Ранканка помянула недобрым словом наставников гильдии и их бумажную волокиту. Она давно бы уже привела детей домой, если бы они не отсылали ее от одного чиновника к другому, словно мяч в какой-нибудь детской игре. После всей волокиты, которую ей довелось вынести, Марьят пришла к выводу, что обилие чиновников - еще не признак широкого распространения просвещения в Санктуарии. Ее внукам были нужны учителя, и она хотела нанять самых лучших. Но она должна была предусмотреть, что ее заставят бегать по всем этим бумагомаракам.
До "Чайника" оставалось каких-то три дома, когда из темного переулка вышел человек и загородил им путь.
- Что вам нужно? - спросила Марьят спокойным голосом, борясь с нахлынувшим страхом. Будучи женщиной образованной, она знала, что звери бросаются, стоит только им почувствовать страх жертвы. А человек, угрожающий женщине и детям, ничем не лучше дикого зверя.
Выглядел этот тип весьма примечательно. Его волосы были словно вырваны пучками из головы, а не выпали сами собой.
И он зловеще ухмылялся.
- Красивой даме и маленьким детишкам небезопасно ходить по улицам без охраны, - хмыкнул он. - Может, позволите мне проводить вас?
- Советую убраться с дороги и дать нам пройти, - отрезала Марьят, обращаясь к нему намеренно грубо, чтобы поставить на место. - Иначе я позову на помощь.
- Ах, какие вы невежливые! - протянул Минг. - И какие глупые. Мои товарищи могут зашибить кого-нибудь из ребятишек прежде, чем сторожевые псы проснутся и добегут сюда.
Марьят вздрогнула и быстро обернулась. Действительно, из тьмы за их спинами проступили две фигуры и отрезали им пути к отступлению. Один высокий и мускулистый амбал. Второй - тощий и хищный юнец. Оба скорее перережут ей горло, чем вступят в разговоры.
- Итак, - продолжал Минг, - мы с ребятами отведем этих детишек в... он сделал паузу и подмигнул ей, - в безопасное местечко. Позже вам сообщат, где вы сможете их найти и сколько стоит их содержание - комната и харчи.
- Похищение, - едва слышно прошептала Марьят. - И выкуп.., кто вас послал? - Ее голос зазвенел от гнева. - Это ловушка!
- Тш-ш. Спокойно, госпожа Марьят, - сказал Минг и улыбнулся, увидев изумление, которое отразилось в ее глазах, когда он назвал ее имя. - Мы же не хотим будить добрых соседей, не так ли? В противном случае здесь будет много крови и грязи. Правда, Мальчики?
Вик и Спидо довольно захрюкали.
- И маленькие детишки могут так никогда и не повзрослеть, - злорадно добавил Минг. - А вы умрете от горя, а, бабуля?
Марьят поперхнулась, ее сковали ужас и отчаяние. Она так тщательно все рассчитала, но не учла ситуацию, которая грозила бы жизни ее внуков. Она надеялась никогда не столкнуться с самыми отвратительными сторонами жизни Санктуария. Теперь она поняла, что это было неизбежно. Зло живуче. Хотя город и стал богаче, он оставался Миром Воров. Она лишь надеялась, что это знание не будет стоить жизни ее внуков. Они - все, что осталось от ее семьи. Она жила ради них.
- Вот и хорошо, - сказал Минг, подходя поближе. - Будь послушной, как и положено доброй ранканской суке.
Того, что случилось за этим, не ожидал никто, даже Марьят.
Юный Келдрик, разъяренный от такого обращения к бабушке, дал волю гневу. Он ринулся вперед и пнул Минга в пах, изо всех сил приложив ботинком по его гениталиям.
Наемный убийца заорал от боли и неожиданности, упал на землю и принялся кататься туда-сюда, схватившись за промежность.
Вик схватил Келдрика, вздернул вверх и потряс. Спидо подскочил к Марьят и одним ударом в лицо сбил с ног. Потом сгреб Дарсию и Тимока цепкими лапками.
Вдруг два оперенных дротика впились в правое плечо Вика.
Здоровяк взвыл и уронил Келдрика наземь. А потом завертелся на месте, стараясь дотянуться и вырвать острые дротики из плеча.
Из темноты, словно демон из ада, с ревом вылетел Синн. За ним мчались двое уличных воришек, одному из которым он сунул монету вчера на ярмарке. Парень, которого звали Джакар, увидел Синна, мечущегося по улочкам Лабиринта, и в виде ответной любезности вывел барда из путаницы улиц и проводил до "Теплого Чайника".
Спидо отпустил малышей и достал свой нож. Марьят вскочила и завизжала:
- Убивают! Убивают! Помогите!
Она отчаянно надеялась, что ее вопли услышит стража и поспешит на помощь.
Синн попятился и выхватил свой клинок. Когда перепуганный юнец узрел наставленный на него короткий меч, он растерял весь роевой пыл, поджал хвост и бросился прочь.
Не успел Спидо сделать и пару шагов, как ему под ноги бросился Келдрик. Спидо споткнулся и полетел вверх тормашками, Джакар тут же прыгнул ему на спину и вырубил вора с помощью маленькой дубинки.
Минг все еще валялся на земле, скорчившись и бессмысленно пялясь в небо. Но Вик, который успел выдернуть дротики из плеча, взревел распаленным быком и ринулся на Синна, сметя его массой своего огромного тела.
Когда великан прижал Синна к земле, бард почувствовал, что не может даже вздохнуть. Он освободил руку с оружием и ударил мечом плашмя по голове здоровяка. Если бы он знал Вика получше, он выбрал бы более важную часть его анатомии.
Вик поднялся на ноги - само воплощение ярости и гнева, и поднял на вытянутых руках наглеца, который провалил им такое незамысловатое задание. Великан даже не дрогнул, когда в него вцепилась ранканка и дети, пытаясь его остановить. Он изо всех сил швырнул менестреля в ближайшую стену.
Синна размазало по стене дома. Он почувствовал, как его ребра ломаются и прорывают кожу, и рухнул наземь изломанной куклой, еще пытаясь сопротивляться накатившей темноте.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26