А-П

П-Я

 Искривленное Пространство 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- Мой сын - человек. Я хочу, чтобы ты
начал обращаться с ним по-человечески.
- Да-да-да. - Саломон отмахнулся. Он не любил говорить с Софией,
когда в ее голосе чувствовалась сила; он тогда невольно казался себе
слабым. И вообще, для скандала было слишком жарко. - Мне надо собираться
на работу, - сказал он и, начиная стаскивать волглую футболку, двинулся в
коридор. Мысленно он уже переключился на бесконечные ряды ящиков, сходящих
с ленты конвейера, и на грохочущие грузовики, подъезжающие, чтобы увезти
их. Саломон знал, что будет заниматься этим до конца своих дней. Все
дерьмо, сказал он себе. Даже сама жизнь.
София стояла в комнате, Чико скорчился в своем углу. Ее сердце
по-прежнему сильно билось. Она ожидала удара и приготовилась принять его.
Возможно, это еще впереди... или нет? Она посмотрела на Чико; лицо
мальчика дышало покоем, голову он склонил набок, точно слышал музыку,
которую Софии никогда не услышать. Она поглядела в окно, на тучи над
рекой. Немного же в небе синевы. Но, может быть, завтра... Саломон уходил
на работу. Ему понадобится обед. София вышла в кухню соорудить ему из
лежащих в холодильнике остатков сэндвич.
Чико еще немного посидел в углу. Потом уставился на что-то на полу и
пополз туда. Голова все время норовила клюнуть носом пол, и Чико пережил
трудный момент, когда ее тяжесть грозила опрокинуть его.
- Горчицу класть? - крикнула София.
Чико подобрал дохлого таракана, которого недавно раздавил Саломон. Он
подержал его на ладони, внимательно рассматривая здоровым глазом. Потом
сжал пальцы и ухмыльнулся.
- Что? - переспросил Саломон.
Рука Чико подрагивала - совсем чуть-чуть.
Он раскрыл ладонь, и таракан, быстро перебирая лапками, пробежал по
его пальцам, упал на пол и метнулся в щель под плинтусом.
- Горчицу! - повторила София. - На сэндвич!
Чико подполз к следующему дохлому таракану. Взял его, зажал в ладони.
Ухмыльнулся, блестя глазами. Таракан протиснулся у него между пальцев,
стрелой метнулся прочь. Исчез в стене.
- Да, - решил Саломон. Он подавленно вздохнул. - Все равно.
Сквозь выходящее на пожарную лестницу окошко с Ист-Ривер-драйв несся
неумолчный шум уличного движения. Во всю мочь орал стереомагнитофон. В
трубах хлюпало и стонало, стрекотали бесполезные в такую жару вентиляторы,
и тараканы возвращались в свои щели.

1 2
 Благие намерения