А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

На этой странице выложена электронная книга Сатиры автора, которого зовут Гораций Квинт. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Сатиры или читать онлайн книгу Гораций Квинт - Сатиры без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Сатиры равен 65.34 KB

Гораций Квинт - Сатиры => скачать бесплатно электронную книгу



Гораций Квинт
Сатиры
Квинт Гораций Флакк
Сатиры
КНИГА ПЕРВАЯ
1
Что за причина тому, Меценат, что какую бы долю
Нам ни послала судьба, и какую б ни выбрали сами,
Редкий доволен и всякий завидует доле другого?
"Счастлив купец!" говорит отягчаемый летами воин,
Чувствуя, с многих трудов, у себя как разбитые члены.
Если же буря бросает корабль, мореходец взывает;
"Лучше быть воином! что им! лишь кинутся в битву с врагами,
Час не пройдет - иль скорая смерть, или радость победы!"
Опытный в праве законник, услыша чем свет, что стучится
10 В двери к нему доверитель, - хвалит удел земледельца!
Житель же сельский, для тяжбы оставить село принужденный,
Вызванный в город, считает одних горожан за счастливцев!
Этих примеров так много, что их перечесть не успел бы
Даже и Фабий-болтун! - Итак, чтоб тебе не наскучить,
Слушай, к чему я веду. Пусть бы кто из богов вдруг сказал им:
"Вот я! исполню сейчас все, что вы желали! - Ты, воин,
Будешь купцом; ты ученый делец, земледельцем! - Ступайте.
Роли свои променяв, ты туда, ты сюда! - Что ж вы стали?"
Нет, не хотят! - А ведь счастье желанное он им дозволил!
20 После же этого как не надуть и Юпитеру губы!
Как же во гневе ему не сказать, что вперед он не будет
Столь благосклонен? - Но полно! я шутку оставлю; не с тем я
Начал, чтоб мне, как забавнику, только смешить! - Не мешает
Правду сказать и шутя, как приветливый школьный учитель
Лакомства детям дает, чтобы азбуке лучше учились;
Но - мы в сторону шутку: поищем чего поважнее.
Тот, кто ворочает землю тяжелой сохою, и этот
Лживый шинкарь, и солдат, и моряк, проплывающий смело
Бездны сердитых морей - все труды без роптания сносят
30 С тем, чтоб, запас накопивши, под старость пожить на покое.
"Так, - для примера они говорят, - муравей работящий,
Даром, что мал, а что сможет, ухватит и к куче прибавит.
Думает тоже о будущем он и нужду предвидит".
- Да! но лишь год, наступающий вновь, Водолей опечалит,
Он из норы ни на шаг, наслаждаясь разумно запасом,
Собранным прежде; а ты? - А тебя ведь ни знойное лето,
Ни зима, ни огонь, ни моря, ни железо - не могут
От твоих барышей оторвать: никаких нет препятствий!
Только и в мыслях одно, чтобы не был другой кто богаче!
40 Что же в том пользы тебе, что украдкой от всех зарываешь
В землю ты кучи сребра, или злата тяжелые груды?..
"Стоит почать, - говоришь ты, - дойдешь до последнего асса".
Ну, а ежели их не почать, что за польза от кучи?
Пусть у тебя на гумне намолотят сто тысяч мер хлеба;
Твой ведь желудок не больше вместит моего: так как, если б
Ты, меж рабами, сеть с хлебами нес на плечах - ты, однако,
Больше другого, который не нес, ничего не получишь!
Что же за нужда тому, кто живет в пределах природы,
Сто ли вспахал десятин он иль тысячу? - "Так! да приятней
50 Брать из кучи большой!" - Поверь, все равно, что из малой,
Лишь бы я мог и из малой взять столько же, сколько мне нужно!
Что ж ты огромные житницы хвалишь свои? Чем их хуже
Хлебные наши мешки?.. Ну, так если б тебе довелася
Нужда в кувшине воды, иль в стакане одном, ты сказал бы:
"Лучше в большой я реке зачерпну, чем в источнике этом!"
Вот от того и бывает с людьми ненасытными, если
Лишних богатств захотят, что Ауфид разъяренный волною
С берегом вместе и их оторвет, и потопит в пучине!
Если ж кто малого хочет, что нужно, тот и не в тине
60 Черпает воду себе, да и жизни в волнах не погубит!
Многие люди, однако ж, влекомые жадностью ложной,
Скажут: "Богатство не лишнее; нас по богатству ведь ценят!"
С этими что толковать! Пусть их алчность презренная мучит!
Так, говорят, афинянин один, и скупой и богатый,
Речи людские привык презирать, говоря о гражданах:
"Пусть их освищут меня", - говорит, - "но зато я в ладоши
Хлопаю дома себе, как хочу, на сундук свой любуясь!"
- Тантал сидел же по горло в воде; а вода утекла
Дальше и дальше от уст!.. но чему ты смеешься?.. Лишь имя
70 Стоит тебе изменить, не твоя ли история это?..
Спишь на мешках ты своих, наваленных всюду, несчастный,
Их осужденный беречь как святыню; любуешься ими
Точно картиной какой! - А знаешь ли деньгам ты цену?
Знаешь ли, деньги на что? - Чтоб купить овощей, или хлеба,
Или бутылку вина, без чего обойтись невозможно.
Или приятно тебе, полумертвому в страхе, беречь их
Денно и нощно, боясь и воров, и пожара, и даже
Собственных в доме рабов, чтоб они, обокрав, не бежали!
Нет! Я желал бы, чтоб благ таковых у меня было меньше!
80 Если когда лихорадки озноб ты почувствуешь в теле,
Или другою болезнью ты будешь к постели прикован,
Кто за тобою-то станет ходить и готовить лекарства?..
Кто врача умолять, чтобы спас от болезни и снова
Детям, родным возвратил? - Ни супруга, ни сын - не желают;
Ну, а соседи твои и знакомые, слуги, служанки,
Все ненавидят тебя! - Ты дивишься? - Чему же? Ты деньги
В мире всему предпочел, попечений любви ты не стоишь!
Если ты хочешь родных, - без труда твоего и заботы,
Данных природой тебе, и друзей удержать за собою,
90 Тщетно, несчастный, теряешь свой труд: как осла не приучишь
Быть послушным узде и скакать по Марсову полю!
Полно копить! - Ты довольно богат; не страшна уже бедность!
Время тебе отдохнуть от забот: что желал, ты имеешь!
Вспомни Умидия горький пример; то не длинная повесть.
Так он богат был, что деньги считал уже хлебною мерой;
Так он был скуп, что с рабами носил одинакое платье,
И - до последнего дня - разоренья и смерти голодной
Все он боялся! - Но вот, отпущенная им же на волю,
Видно, храбрейшая всех Тиндарид, не задумавшись, разом
100 В руки топор ухватив, пополам богача разрубила!
"Что ж ты советуешь мне?.. Неужели, чтоб жил я как Невий
Или какой Номентан?" - Ошибаешься! Что за сравненье
Крайностей, вовсе несходных ни в чем! Запрещая быть скрягой,
Вовсе не требую я, чтоб безумный ты был расточитель!
Меж Танаиса и тестя Визельева - есть середина!
Мера должна быть во всем, и всему наконец есть пределы,
Дальше и ближе которых не может добра быть на свете!
Я возвращаюсь к тому же, чем начал; подобно скупому,
Редкий доволен судьбою, считая счастливцем другого!
110 Если коза у соседа с паствы придет с отягченным
Вымем - густым молоком, и от этого с зависти сохнут!
А ведь никто не сравнит тебя с бедняком: все - с богатым!
Но ведь, как ни гонись за богатым, все встретишь богаче!
Так на бегу колесницу несут быстроногие кони;
Следом возница другой погоняет своих им вдогонку,
Силится их обогнать, презирая далеко отставших.
Вот оттого-то мы редко найдем, кто сказал бы, что прожил
Счастливо век свой, и, кончив свой путь, выходил бы из жизни
Точно как гость благодарный, насытясь, выходит из пира.
120 Но уж довольно: пора замолчать, чтобы ты не подумал,
Будто таблички украл у подслепого я, у Криспина!
Пер. М. Дмитриева
2
Флейтщицы, нищие, мимы, шуты, лекаря площадные,
Весь подобный им люд огорчен и в великом смущеньи:
Умер Тигеллий певец: он для них был и щедр и приветлив!
А ведь иной, опасаясь прослыть расточителем, даже
Бедному другу не хочет подать и ничтожную помощь,
Чтобы укрылся от холода он, утолил бы свой голод!
Спросишь другого: зачем он именье блестящее дедов
Или именье отца на прожорливость тратит? Зачем он,
Тратя заемные деньги, припасы к столу покупает?..
10 Скажет: не хочет он мелкой душонкой прослыть или скрягой!
Хвалит, конечно, иной и его; а другой осуждает.
Ну, а богатый землями и в рост отдающий Фуфидий,
Славы развратного, имени мота боясь, не стыдится
Брать с должников пять процентов на месяц; и даже чем больше
Кто нуждою стеснен, тем более он притесняет!
Больше он ловит в добычу людей молодых, у которых
Строги отцы, и надевших недавно вирильную тогу.
Как не воскликнуть, услышавши это: "Великий Юпитер!"
Скажут: "Конечно зато по доходам его и расходы?"
20 Нет! не поверишь никак! он сам себе н_е_друг! - Не меньше,
Чем у Теренция, сына изгнавший отец был страдальцем,
Также и он - сам терзает себя! - Но если кто хочет
Знать, к чему эту речь я веду, то к тому, что безумный,
Бросив один недостаток, всегда попадает в противный!
Так у Мальтина туника отвсюду висит и тащится;
Ну, а другой поднимает ее до пупка. От Руфилла
Пахнет духами; Гаргоний же козлищем грязным воняет.
Нет середины. Одни только тех хотят женщин касаться,
Ст_о_лы которых обшиты оборкой, до пят доходящей;
30 Тот же, напротив, - лишь тех, что стоят под воняющим сводом.
Мужа известного раз из-под свода идущим увидя,
Молвил божественно-мудрый Катон: "Твоей доблести - слава!
Ибо, надует когда затаенная похоть им жилы,
Юношам лучше сюда спускаться, хватать не пытаясь
Женщин замужних". - "Такой я хвалы ни за что не хотел бы",
Молвит под белой лишь столой ценящий красу Купиэнний.
Выслушать ст_о_ит вам, тем, что успеха в делах не желают
Бабникам, - сколько страдать приходится им повсеместно:
Как наслаждение им - отравлено горем обильным
40 Редко дается, ценой сплошь и рядом опасностей тяжких.
С крыши тот сбросился вниз головою, другого кнутами
Насмерть засекли; а тот, убегая, разбойников шайке
В руки попал; а другой поплатился деньгами за похоть;
Слугами этот облит. Был раз и такой даже случай,
Что, волокиту схватив, совершенно его оскопили
Острым ножом. "Поделом!" - говорили все, Гальба же спорил.
В классе втором сей товар безопасней, конечно, гораздо
Вольноотпущенниц я разумею, которых Саллюстий
Любит безумно, не меньше, чем истый блудник. Но ведь он же,
50 Если бы в меру желал быть добрым и щедрым, насколько
Средства и разум велят и насколько ему то пристойно
Быть тороватым, давал бы он вдоволь, себе разоренья
Сам не чиня и позора. Но тешит себя он одним лишь,
Любит и хвалит одно: "Ни одной не касаюсь матроны".
Так же недавно Марсей, любовник Оригины славной:
Отчую землю и дом актерке он отдал в подарок,
Хвастая: "Я не имел с чужими ведь женами дела".
Но и с актерками жил и с блудницами он, а ведь этим
Больше, чем средствам, ущерб причиняется чести. Неужто
60 Надо отдельных особ избегать, не заботясь избегнуть
Зла, приносящего вред? Утратить ли доброе имя
Иль состоянье отца промотать - одинаково дурно.
Разница есть ли, когда ты с матроной грешишь иль с блудницей?
Биллий (по Фавсте он стал зятем Суллы) несчастный, прельстившись
Именем только, понес наказаний довольно и даже
Больше того: был избит кулаками он, ранен железом,
Выгнан за дверь был, когда Лонгарен находился в покоях.
Если бы, эту печаль его видя, к нему обратился
Некто с вопросом таким: "Чего тебе надобно? Разве
70 Пылом когда ты объят, то тебе любовницу надо
В столу одетую дать, от великого консула родом?"
Что он ответил бы? "Дочь ведь отца она знатной породы!"
Сколь же нас лучшему учит природа, вот с этим воюя,
Средств изобильем сильна, - если только ты хочешь с расчетом
Жизнь устроять, различая, чего домогаться ты должен
Или чего избегать. Все равно тебе, что ли, страдаешь
Ты по своей ли вине иль случайно? Поэтому, чтобы
После не каяться, брось за матронами гнаться: ведь так лишь
Горя скорее испить, чем сорвать удовольствие можно.
80 Право, У женщины той, что блестит в жемчугах и смарагдах
(Как ни любуйся, Керинф!), не бывают ведь бедра нежнее,
Ноги стройней; у блудниц они часто бывают красивей.
Кроме того, свой товар без прикрас они носят; открыто,
Что на продажу идет, выставляют; совсем не кичатся
Тем что красиво у них, и плохого они не скрывают.
Есть у богатых обычай коней покупать лишь прикрытых,
Чтобы, зевая на круп, как нередко бывает, красивый,
Пусть и на жидких ногах, - покупатель в обман не попал бы:
Зад, мол, хорош, голова коротка у ней, шея крутая.
90 Правы они - вот и ты не гляди на красивое в теле
Глазом Линкея; равн_о_ не слепее известной Гипсеи
Ты на уродства взирай - "О ручки, о ножки!.." Но с задом
Тощим, носастая, с тальей короткой, с большою ступнею...
Кроме лица, ничего у матроны никак не увидишь:
Если не Катия - все ниспадающим платьем закрыто.
Если к запретному ты, к окруженному валом стремишься
(Это тебя ведь ярит), повстречаешь препятствий ты много:
Стража, носильщики вкруг, раздувальщик огня, приживалки;
Спущена ст_о_ла до пят, и покрыто все мантией сверху
100 Многое ясно предстать пред тобою мешает предмету.
Все наяву у другой: можешь видеть сквозь косские ткани,
Словно нагую; не тоще ль бедро, не уродливы ль ноги;
Глазом измеришь весь стан. Или ты предпочтешь, чтоб засады
Строили против тебя, или плату вперед вырывали,
Раньше, чем видел товар ты? Охотник поет, как за зайцем
Вслед по глубокому снегу он мчится, а если лежит он
Трогать не хочет; припев же: "Любовь моя также несется
Мимо того, что лежит предо мной, а бегущее ловит".
Этою песенкой ты надеешься что ли из сердца
110 Страсти волненья, печаль и заботы тяжелые вырвать?
Иль не полезней узнать, какие преграды природа
Всяческим ставит страстям? в чем легко, в чем, страдая, лишенья
Терпит она? отличать от того, что существенно, призрак?
Разве, коль жажда тебе жжет глотку, ты лишь к золотому
Кубку стремишься? Голодный, всего, кроме ромба, павлина,
Будешь гнушаться? Когда же ты весь разгорелся, и если
Есть под рукою рабыня иль отрок, на коих тотчас же
Можешь напасть, предпочтешь ты ужели от похоти лопнуть?
Я не таков: я люблю, что недорого лишь и доступно.
120 Ту, что "Поздней" говорит, "Маловато", "Коль муж уберется",
К евнухам шлет Филодем, для себя же он лучше желает
Ту, что по зову идет за малую плату, не медля;
Лишь бы цветуща, стройна, изящна была, не стараясь
Выше казаться, белей, чем природа ее одарила.
Если прижмется ко мне и крепко обнимет руками,
Илия то для меня иль Эгерия; имя любое
Дам, не боясь, как бы муж из деревни в ночь не вернулся,
Дверь не взломали б, чтоб пес не залаял, и, шумом встревожен,
Вдруг не наполнился б криком весь дом; побледнев, не вскочила б
130 С ложа жена, не кричала б участница: "Горе мне бедной!"
За ноги эта страшась, за приданое - та, за себя - я.
Без подпояски бежать и босыми ногами придется,
Чтоб не платиться деньгами, спиной, наконец же и честью.
Горе - попасться: я то докажу, хоть бы Фабий судья был.
Пер. М. Дмитриева и Н. С. Гинцбурга
3
Общий порок у певцов, что в приятельской доброй беседе,
Сколько ни просят их петь, ни за что не поют; а не просят
Пению нет и конца! - Таков был сардинец Тигеллий.
Цезарь, который бы мог и принудить, если бы даже
Стал и просить, заклиная и дружбой отца и своею,
Все ни во что бы! - А сам распоется - с яиц и до яблок
Только и слышишь: "О Вакх!" то высоким напевом, то низким,
Басом густым, подобным четвертой струне тетрахорда.
Не был он ровен ни в чем. - Иногда он так скоро, бывало,
10 Ходит, как будто бежит от врага; иногда выступает
Важно, как будто несет он священную утварь Юноны.
То вдруг двести рабов у него; то не больше десятка.
То о царях говорит и тетрархах высокие речи;
То вдруг скажет: "Довольно с меня, был бы стол, хоть треногий,
Соли простая солонка, от холода грубая тога!"
Дай сестерций ему миллион, столь довольному малым,
И в пять дней в кошельке ничего! - Ночь гуляет до утра;
Целый день прохрапит! - Не согласен ни в чем сам с собою!
Может быть кто мне заметит: "А сам ты? ужель без пороков?"
20 Нет! есть они и во мне, и не меньше, только другие.
Мений однажды заочно над Новием дерзко смеялся.
Кто-то сказал: "А тебя мы не знаем? - иль нам не известно,
Сам ты каков?" - А Мений в ответ: "О! себе я прощаю!"
Это пристрастье к себе самому и постыдно и глупо.
Если свои недостатки ты видишь в тумане, зачем же
Видишь их зорко в других, как орел или змей эпидаврский?
Верь мне: за то и они все твои недостатки припомнят!
"Этот строптив, говорят, ни малейшей не вытерпит шутки".
30 Да! хоть над грубою тогой, висящей до пят; над короткой
Стрижкой волос; над широкой обувью - можно смеяться:
Но он и честен и добр, и нет лучше его человека!
Но неизменный он друг; но под этой наружностью грубой
Гений высокий сокрыт и прекрасные качества духа!
Ты испытал бы себя: не посеяла ль матерь природа
Или дурная привычка - в тебе недостатка какого,
Или порока? - Дурную траву сожигают; но знаешь
Где вырастает она? - На запущенном пахарем поле!
Страстью любви ослепленный не видит ничуть недостатков
В милой подруге; ведь даже ему и ее безобразье
40 Нравится: так любовался Бальбин и наростом у Агны!
Если б мы так заблуждались и в дружбе, сама добродетель
Верно почтила б тогда заблужденье подобное в друге.
В друге его недостатки должны мы сносить терпеливо.
Так же как в сыне отец снисходительно многое терпит.
Если сын кос, говорит: "У него разбегаются глазки!"
Если он мал, как уродец Сизиф, называет цыпленком.
Ежели сын кривоног, он бормочет сквозь зубы, что пятки
Толсты немножко; затем он на них так и держится слабо.
Так ты суди и о друге и, ежели скупо живет он,
50 Ты говори, что твой друг бережлив; а хвастлив он, насмешлив,
Ты утверждай, что друзьям он понравиться шутками хочет;
Если он груб и себе позволяет он вольностей много,
Ты за прямого его и правдивого выдать старайся.
Если он бешен, - скажи, что немножко горяч. - Вот как дружбы
Связи хранятся, и вот как согласье людей съединяет!
Мы же, напротив, готовы чернить добродетель; наводим
Грязь на чистейший сосуд; а честного, скромного мужа
Мы назовем простяком; а кто медлит - тупым и тяжелым.
Ежели кто осторожно людской западни избегает;
60 Если, живя меж людей и завистных, и злобных, и хитрых,
Злому не выдаст себя безоружной своей стороною,
Мы говорим: он лукав; а не скажем, что он осторожен.
Если кто прост в общеньи, - как я, Меценат, пред тобою
Часто бывал, - чуть приходом своим иль своим разговором
В чтеньи он нас развлечет, в размышлении нам помешает,
Тотчас готовы сказать, что в нем вовсе нет здравого смысла.
Ах, сколь безумно даем на себя же мы эти законы!
Кто без пороков родится? - Тот лучше других, в ком их меньше.
Но снисходительный друг, как и должно, - мои недостатки
70 Добрыми свойствами верно пополнит; и если их больше,
Склонится к добрым, когда он желает и сам быть любимым.
С этим условьем и сам он на тех же весах оценится.
Если ты хочешь, чтоб друг твой горбов у тебя не заметил,
Сам не смотри на его бородавки. - Кто снисхожденья
Хочет к себе самому, тот умей снисходить и к другому!
Ежели гнев и порывы безумья, которые сродны
Слабости нашей природы, нельзя истребить совершенно,
Что же рассудок с своими и мерой и весом? - Зачем же
Он не положит за все соразмерного злу наказанья?..
80 Если б кто распял раба, со стола относившего блюда,
Лишь за поступок пустой, что кусок полусъеденной рыбы
Или простывшей подливки он, бедный, дорогой отведал,
Ты бы сказал, что безумнее он Лабеона. - А сам ты
Сколько безумнее, сколько виновнее! - Друг пред тобою
В самой безделке пустой провинился; а ты не прощаешь.
Верь: все за это жестоким тебя назовут. - Ненавистно
Ты убегаешь его, как должник убегает Рузона.
Словно должник, с наступленьем Календ, не имея готовых
Ни процентов, ни суммы, рад провалиться, несчастный,
90 Только б пред ним не стоять, как пленному, вытянув шею,
Только б не слушать его Нестерпимых и скучных историй!
Друг мой столовое ложе мое замарал;

Гораций Квинт - Сатиры => читать онлайн книгу далее