А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Герцог Соммерсетский. Завершение реформации
Эдуарду VI (1547-1553 гг.) было ровно девять лет, когда он вступил на престол. В это время уже большая часть населения Англии была охвачена протестантским учением и воззрениями на жизнь, причем не менее глубоко, чем и население всей остальной Западной Европы. Многие англичане нетерпеливо ожидали того времени, когда в основу разрыва с Римом будет положено нечто более серьезное, чем произвол и похотливая страстность деспота.
Опекун юного короля, его дядя граф Гертфордский, которого Тайный Совет поставил во главе правления как протектора и герцога Соммерсетского, решительно приступил к упорядочению церковных дел. Фома Кранмер, архиепископ Кэнтерборийский, один из людей, которые в глубине души страстно привязаны к истине, но не обладающие мужеством всегда и всюду проводить ее, повел церковное преобразование в чисто протестантском духе, причем нашел себе поддержку в горячей проповеди искренне убежденного духовенства. Позорный закон шести параграфов, которым предписывалось выполнение догматов под страхом смертной казни, был парламентом уничтожен. Таинство святого причастия отныне следовало производить под двумя видами и при этом введена новая общая литургия, common-prayer-book, в которой протестантское учение нашло себе наиболее полное выражение.
Сам юный король стал ревностным протестантом. Вообще, мальчик оказался очень способным как к умственному, так и к физическому развитию и гораздо более зрелым, чем можно было ожидать от его лет. При этом ему открывалась большая будущность.
Эдуард VI в детстве. Портрет кисти Ганса Гольбейна-младшего
Наряду с Англией, Шотландия также находилась под управлением опекунства, так как там тоже дочь короля Иакова V, Мария, королева шотландская, была еще в младенческом возрасте. Герцогу Соммерсетскому пришла в голову мысль сочетать браком юного короля с наследницей соседнего государства и соединить Англию с Шотландией в одну великую протестантскую державу. В 1547 году он с этой целью взялся за оружие и после победы, одержанной над шотландцами, предложил им как основу мира брачный договор между Эдуардом VI и Марией. Но цели своей он не добился. Шотландцы отвезли свою малолетнюю королеву во Францию (1548 г.), где ей впоследствии предстояло вступить в супружество с дофином (наследником престола).
Не в одном только этом случае смелый план действий Соммерсета встречал противодействие. Когда протестантизм стал распространяться повсеместно, объединились и старокатолические элементы, в состав которых входило большинство населения северных графств: Корнуоллиса, Девоншира, Норфолка. Правительство одержало верх над недовольными, но энергичный способ действий, которого постоянно придерживался герцог Соммерсетский, восстановил против него многих, даже в самом Тайном Совете его враги получили перевес. В 1550 году он был низложен и его место занял вождь боровшейся против него оппозиции Дёдлей, граф Варвикский, ставший герцогом Нортемберлендским. Впоследствии, когда Соммерсет попытался вернуть себе свое положение во время народного восстания, то он был обезглавлен (1552 г.).
Герцог Нортемберлендскнй. 1550 г.
В Брюсселе Карл V возлагал большие надежды на этот переворот в Англии и ожидал ее возвращения в лоно католичества, но его надежды не оправдались. В тяжелые дни аугсбургского интерима (1548 г.) и испанской реакции в Германии Англия служила убежищем для преследуемых протестантских проповедников, что в значительной степени повлияло на ее дальнейшую историю. Протестантские учения в Англии возрастали и укреплялись. Английское духовенство также пришло к убеждению, что в Св. Писании содержится все необходимое человеку для спасения души, и Кранмер составил исповедание веры, состоявшее из 42 параграфов, в меланхтоновском духе, которое с одобрения короля и было обнародовано. Все епископы, которые были не согласны с этим новым исповеданием веры, были смещены.
Иоанна Грэй. 1553 г.
Но все же все предпринятые меры и преобразования производились на очень непрочной, колеблющейся почве. По достижении Эдуардом VI 15-летнего возраста стало понятно, что правление его не будет долгим. После его смерти в отсутствие прямых наследников престол должен был перейти в руки Марии (дочери Екатерины Аррагонской), страстно преданной католицизму, проводившей всю свою горькую жизнь в молитве.
В это время герцог Нортемберлендский задумал пустить в ход такую политическую интригу, которая должна была одновременно и упрочить реформацию в Англии, и передать королевскую власть его дому. Дело в том, что у Генриха VIII были две сестры, Маргарита и Мария. Внучкой Маргариты была Мария Стюарт, королева шотландская, следовательно, иноземка. Внучкой Марии была леди Иоанна Грэй, которую герцог и сосватал за одного из своих сыновей, Гильфорда Дёдлей. При этом он сумел убедить Эдуарда нарушить принципы престолонаследия, установленные Генрихом VIII, и исключить из него обеих дочерей короля, Марию и Елизавету как рожденных от незаконного брака и назначить наследниками престола мужское потомство от брака Иоанны Грэй с Дёдлеем. Этот план мог бы свершиться, если бы королю Эдуарду довелось прожить еще несколько лет, но болезнь его прогрессировала намного быстрее, нежели можно было ожидать, и только в последние минуты жизни он подписал в своем предсмертном распоряжении: «леди Иоанна и ее мужское потомство». Он скончался 6 июля 1553 года.
Королева Мария, 1553 г.
Несчастная жертва этой интриги, леди Иоанна, была внезапно вызвана из тишины и уединения, среди которых она проводила доселе свою жизнь, чтобы к своему ужасу и изумлению вступить на трон. Вельможи партии герцога Нортемберлендского преклонялись перед ней и герольды громогласно возвещали по улицам Лондона о ее вступлении в правление. Однако все эти мероприятия воспринимались весьма холодно. Все были недовольны отменой того порядка престолонаследия, с которым уже успели свыкнуться, тем более, что это было сделано в угоду одной партии. Когда Мария узнала об этой новой стороне дела, о завещании Эдуарда, она тотчас же бежала в Суффолк, где быстро стал собираться под ее знаменем народ и многие из знати. И столица, и весь флот оказались на стороне Марии, а когда герцог Нортемберлендский, дабы поддержать свой дерзкий замысел выступил против Марии с войском, то оказалось, что и это войско склонилось на ее же сторону. Герцог вынужден был в своем лагере провозгласить Марию королевой, против которой поднял оружие. Но ни это, ни то, что он на коленях молил Марию о помиловании не спасло его и в августе 1553 года он был обезглавлен, а его сын и несчастная, ни в чем не повинная Иоанна Грэй – заключены в Тауэре.
Лондонский Тауэр
Католическая реставрация
Королева Мария правила с 1553 по 1558 год. Она вступила на трон, твердо убежденная в том, что преодолела столько опасностей и достигла власти по особому внушению Божию лишь для того, чтобы возвратить заблудшую Англию в лоно святой католической Церкви. Сначала она еще сдерживалась и выслушивала разные успокоительные уверения, когда ей говорили, что не следует прибегать к насилию, а напротив – довериться влиянию лучшего проповеднического назидания, которое должно вернуть ее народ к той религии, какую она сама исповедует.
Ее могущественный и опытный в политике родственник, император Карл V, тоже советовал ей быть умеренной. Но вскоре эта ограниченная женщина полностью поддалась своему фанатическому рвению и не захотела более выжидать. Кстати, существовавшая на тот момент конституция предоставляла ей главенство в английской Церкви, и она решилась воспользоваться своими правами на благо католицизму.
С этого момента все пошло вспять: те епископы, которые при прошлом короле были смещены, теперь возвратились на свои прежние места. Кранмер и Латимер были заключены в Тауэр, епископ Гардинер, наоборот, из тюрьмы попал прямо в лорды-канцлеры. Все женатые духовные деятели – согнаны со своих мест. Первый парламент, созванный после коронования, вновь открыт был латинской мессой.
Но все это принималось уже не совсем охотно. Упразднение Common-prayer-book не обошлось без серьезных препирательств. Во всяком случае, далее той грани, которую начертал Генрих VIII – т. е. сохранения католических учений, при полном разрыве с папой – никто не желал позволить себя вытеснить. Тот же состав парламента посоветовал королеве выйти замуж за кого-нибудь из английской знати, что и было ею принято очень немилостиво. Она распустила парламент, когда он задумал повторить то же ходатайство. Ее отношение к этому вопросу было совершенно иное, тем более, что она и по этому поводу за советом обратилась к императору Карлу V и тот предложил ей в мужья своего сына, дона Филиппа, который только что лишился своей второй супруги. Мария с радостью согласилась на это предложение, но и в народе, и среди знати ее согласие вызвало недовольство, которое привело к открытому восстанию в разных графствах.
Однако правительственная власть с этими разрозненными восстаниями справилась легко, а Мария воспользовалась волнениями как поводом для казни Иоанны Грэй и ее супруга. Даже Елизавета (ее неединоутробная сестра), с которой Мария до того времени не состояла ни в какой вражде, теперь была, по ее приказанию, заключена в Тауэре.
Темница принцессы Елизаветы (впоследствии королевы) в лондонском Тауэре
Новый парламент одобрил брачный договор с испанским принцем и в июле 1554 года в Англию прибыл Филипп, которому до этого отец его передал неаполитанскую корону. Филиппа сопровождала свита. Он оставался в Англии некоторое время и произвел довольно благоприятное впечатление. Некоторых из вельмож он даже привлек на свою сторону при помощи пенсий, которые тогда, подобно нынешним орденам, были почетным подарком, но не имели значения подкупа.
Что же касается восстановления старого вероисповедания, то оно шло вовсе не так быстро, как бы того желала королева. Одно обстоятельство особенно препятствовало воссоединению английской Церкви с Римом. Значительная доля конфискованных монастырских имуществ попала в руки знати и перешла во владение средних классов общества. Предполагают, что примерно в это время они уже составляли собственность почти 40 000 семейств, которые, естественно, все были заинтересованы в этом вопросе и никоим образом не были расположены отказываться от обладания своим достоянием. Все стали требовать гарантий в том, что о возвращении этих имуществ не может быть и речи. Скрепя сердце решились на это и королева, и папа. И только тогда, когда требуемые гарантии были даны, удалось собрать более сговорчивый парламент.
На должность папского легата в Англии решено было вновь пригласить кардинала Реджинальда Поля. Это был человек искренне благочестивый, умеренный, ничуть не озлобленный долгими годами, проведенными в ссылке. Парламент заявил ему об общем раскаянии страны и о том, что она желает вновь возвратиться к послушанию папе. Тогда легат на торжественном собрании (король Филипп тоже на нем присутствовал) произнес разрешительную молитву.
В один общий договор свели и восстановление зависимости от папской власти, и разъяснения по вопросу о духовных именах. Затем были отменены все статуты, изданные королем Генрихом VIII, за исключением его распоряжения о престолонаследии, а старый закон против еретиков (de comburendo haeretico – некогда направленный против лоллардов) восстановлен. Тогда-то сдержанная ярость фанатизма разразилась с полной силой – костры запылали по всей Англии. «И только благодаря этому преследованию, – как верно заметил один из английских историков,– английский народ по-настоящему проникся идеями протестантизма». Королева за это гонение на протестантов получила прозвище «кровожадной». Это страшное прозвище представлялось странной противоположностью ее внешности. Современники описывают ее так: худощавая, небольшого роста женщина, болезненная на вид. С первого взгляда ее можно было даже счесть доброй и мягкой, только в ее глазах да в сильном, резком и звонком голосе было нечто неженственное и страшное.
Гонение. Казнь Кранмера
Это религиозное гонение главным образом было обращено на высокопоставленных лиц и, конечно же, его не смог избежать главный руководитель реформационного движения при Эдуарде VI, бывший архиепископ Кэнтерборийский, Кранмер. На него в большей мере была обращена ненависть фанатиков, которую он тщетно старался уменьшить отречением от своих убеждений. Только тогда, когда он увидел, что ненависть его врагов непоколебима, что ему все равно грозит неминуемая смерть, он вновь нашел в себе мужество открыто вернуться к своим прежним убеждениям и, как бы в виде искупления своей слабости, сунул в огонь сначала ту руку, которая подписала отречение.
Гонения продолжались до 1558 года. Марии удалось-таки провести в парламенте вопрос о возвращении Церкви тех монастырских имений, которые составляли собственность королевской казны. Это еще более уронило ее в глазах народа, который и без того всюду роптал на ее брачный союз с Филиппом, вовлекавший Англию во всякие внешние осложнения, которые откровенно противоречили английским интересам. Так, королева Мария оказывала действенную помощь своему супругу в его войне против Франции, а чувство национальной гордости было в высшей степени оскорблено тем, что во время этой войны (1558 г.) Кале был захвачен французами. Нелюбимая народом Мария не сумела добиться даже любви своего супруга, к которому она постоянно так страстно стремилась. Она была лет на 12 старше его, а к своим супружеским обязанностям он был более чем равнодушен. В своих надеждах на потомство, которое должно было бы продолжать ее богоугодную деятельность, Мария тоже обманулась и в ноябре 1558 года она умерла, к великому облегчению своего народа.
III. Елизавета. Смерть Марии.
Елизавета, 1558 г.
Согласно распоряжению о престолонаследии Генриха VIII, теперь на престол вступила без всяких препятствий давно желанная Елизавета, его дочь от брака с Анной Болейн, и оставалась на престоле в течение 45 лет (1558-1603 гг.) с великой пользой для государства. Народ с непритворной и вполне искренней радостью приветствовал 25-летнюю статную королеву, когда она из Хатфилда, где пребывала последнее время, вступила в Лондон и направилась в Тауэр, чтобы помолиться в той самой темнице, в которой она была некогда заключена. Вся нация смотрела на ее вступление во власть как на освобождение, как на избавление от испанского хозяйничанья в Англии. И действительно, новая правительница как нельзя лучше постигла ту простейшую истину, что в ее положении, преисполненном трудностей и опасностей, можно было идти только одним верным путем – путем единения с народом.
Елизавета, королева английская. Голландская гравюра
Сразу после вступления на престол новой королевы у некоторых придворных появился прямой соблазн к продолжению той же системы правления, какая существовала до сих пор. Опечаленный вдовец Филипп II, король испанский, поспешил ей предложить свою руку, как только прошел известный, установленный приличиями срок для подобного искательства. Он уже более не стеснялся происхождения Елизаветы – им руководили только политические побуждения. Но он не встретил сочувствия со стороны Елизаветы, которая, хотя была и очень своеобразна в своих религиозных воззрениях, однако же никак не могла бы склониться на сторону католицизма. При этом она примирялась далеко не со всеми проявлениями протестантизма. Так, например, женатое духовенство было ей противно, да и к обрядности, к внешности богослужения вообще она чувствовала гораздо больше расположения, нежели все реформаторы времен Эдуарда VI. Когда при ее въезде в Лондон ей доложили об узниках, которые томятся в заточении и ждут от нее освобождения и в числе узников иносказательно упомянули и «о четырех евангелистах», Елизавета очень тонко и осторожно заметила, что она еще сначала должна расследовать, «точно ли эти четыре узника сами желают получить свободу»? Но и католичкой она тоже не могла оставаться, потому что уже по факту своего рождения была как бы живым противоречием папизму.
Ее отец вступил в брак с матерью против воли папы и если бы даже она забыла об этом обстоятельстве, то ей должно было о нем напомнить то наглое послание, которым папа Павел IV отвечал на ее извещение о вступлении во власть. Однако же она не дала сбить себя с толку, не потерпела никакого стеснения в своих действиях, не поддалась соблазну отмщения и не вернулась прямо (как ей советовала одна из партий) к религиозным порядкам Эдуарда VI, а сумела верно угадать настроение народа, избрав в этом отношении некоторый средний путь. Она видела, что в Англии есть очень ревностная католическая и очень рьяная протестантская партии. И та, и другая – сравнительно не велики. Подавляющее большинство людей (по крайней мере во влиятельных кругах) стояло, главным образом, за независимость страны от папы, а в остальном, что касалось обрядов с догматической стороны, оно готово было на уступки, почти не желая демонстрировать противоположность по отношению к старой, так называемой католической основе религии.
Не без основания указывали на то, что у Шекспира, великого писателя, отражавшего нрав своего времени, нигде не замечается ничего подобного религиозной ненависти или определенного предпочтения тому или иному из современных ему религиозных течений.
Вильям Шекспир.
Портрет драматурга, подаренный английской нации в 1856 году лордом Эллесмером
Столь же спокойно и беспристрастно поступила Елизавета и в отношении трудного религиозного вопроса. Отвергнув унизительные догматы старой Церкви, жестокие законы против еретиков и уничтожив духовные суды, она почти не удалилась от того строя Церкви, который был при Генрихе VIII, и постепенно стала сближать ее с общими положениями протестантизма в том виде, в каком он уже успел утвердиться на материке.
По соглашению с первым и ближайшим своим советником и с согласия парламента, она, хотя и отменила громкий титул «Высшей главы Церкви», однако же оставила за собой наиболее существенные права главенства, в смысле контроля и руководства преобразованиями в церковной среде. И высшее, и низшее духовенство должны были признать эти права и закрепить их присягой. Затем, Common-prayer-book и 42 параграфа кранмеровского «исповедания веры» были пересмотрены, но умеренно и в виде «39 параграфов» утверждены собранием духовенства в Лондоне в 1562 году, а в 1571 году приняты парламентом как закон, обязательный для всех. При этом был сохранен и блеск, и торжественность богослужения, и облачения священников, и наиболее существенные должности из иерархического строя.
Таким образом, Елизавета основала англиканскую Церковь – родственную протестантству по своему учению и независимости от папы и, в то же время, родственную католицизму по обрядам и внутреннему строю. В Англии было, конечно, уже и тогда достаточное количество людей, которые были не согласны с этим строем (нон-конформисты), были и еще более ярые сторонники кальвинизма и пресвитерианства, индепенденты (независимые) – одним словом, все те элементы, которые позднее обозначались одним общим названием – пуритане. Но они не смели при правлении Елизаветы поднять голову и должны были выжидать наступления иных времен, более благоприятных для своей пропаганды.
Протестантизм в Англии. Елизавета
Таким образом, Елизавете удалось сплотить вокруг своего трона подавляющее большинство подданных и даже полукатоликам облегчить все пути к возможному соглашению. Эта здравая политика, которой она придерживалась в первые годы правления, находила себе значительную поддержку в той популярности, которой пользовалась сама личность королевы. Высокообразованная (по обычаям своего времени, она читала древних классиков в оригинале), проникнутая сознанием своего достоинства и власти, она, как женщина умная и талантливая, умела применять эту власть с некоторой мягкостью и весьма тонким пониманием существующих условий общественной жизни. Благодаря такому умению, она в течение нескольких лет сумела прочно утвердиться на троне и слить воедино свои личные интересы с интересами народа. Исходя именно из этого, Елизавета на предложение короля Филиппа ответила весьма учтиво, что она, конечно, предпочла бы его всем остальным искателям своей руки, если бы думала о замужестве, но она о нем вовсе не думает и не собирается выходить замуж.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73