А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Эштон Элизабет

Кузен Марк


 

На этой странице выложена электронная книга Кузен Марк автора, которого зовут Эштон Элизабет. В электроннной библиотеке park5.ru можно скачать бесплатно книгу Кузен Марк или читать онлайн книгу Эштон Элизабет - Кузен Марк без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Кузен Марк равен 161.64 KB

Эштон Элизабет - Кузен Марк => скачать бесплатно электронную книгу



Эштон Элизабет
Кузен Марк
Эштон Элизабет
Кузен Марк
Глава 1
- Какая чушь! В жизни не слышала ничего более абсурдного!
Хелен Керью была по натуре женщиной сдержанной, и хотя она уже давно взяла себе за правило, находясь в хозяйском доме, держать свое мнение при себе, но условия завещания ее покойного работодателя поразили ее настолько, что она изменила этому золотому правилу. Да и к тому же все равно она здесь уже больше не работала.
Адвокат, сухопарый, подтянутый старик по имени Альберт Престон, бросил в ее сторону недовольный взгляд, а затем снял очки и принялся старательно протирать стекла.
- Вне всякого сомнения, мой покойный клиент искренне верил, что так будет лучше для девочки, - мягко проговорил он, - но его взгляды на жизнь безнадежно устарели; так что вам не стоит переживать, не думаю, что кто-либо вправе обязать любую из заинтересованных сторон выполнять подобное условие.
Снова водрузив на нос очки, он взглянул на ту, кого данный разговор касался самым непосредственным образом. Дамарис Триэрн одиноко сидела на подоконнике, и яркие солнечные блики играли на ее медного цвета волосах, вьющиеся кудряшки которых окружали ее бледное личико с широко посаженными, очень похожими на кошачьи, глазами серо-зеленого цвета, которые словно светились изнутри. В своем простеньком черном платьице она казалась совсем ребенком, и мистер Престон сильно сомневался в том, что до нее в полной мере дошло значение сказанного им.
Дамарис Триэрн из поместья Рейвенкрэг, графство Корнуолл, была последней из прямых потомков сэра Хью Триэрна, который на протяжении последних пятидесяти лет играл заметную роль в местной общественной жизни. Ее родители умерли, когда она была еще совсем маленькой, и с тех пор все заботы о ее воспитании взяла на себя душевная вдовушка миссис Гарт, служившая в поместье домоправительницей и заправлявшая всем обширным хозяйством с тех самых пор, как умерла жена сэра Хью, которую Дамарис почти не помнила. Воспитывать девочку ей помогали многочисленные и часто менявшиеся гувернантки, последней и самой опытной из которых оказалась Хелен Керью, задержавшая на этом месте гороздо дольше других и сумевшая расположить к себе свою ученицу.
Главной же фигурой в жизни Дамарис всегда был ее дедушка. Сколько она себя помнила, они были с ним неразлучны; он научил ее ездить верхом и плавать, а также воспитал в ней любовь к родному краю, его фольклору и традициям, с которыми тесно переплеталась история их семьи. С возрастом баронет стал все реже появляться на людях, предпочитая их обществу одиночество. К тому же рядом с ним всегда была любимая внучка, а также его библиотека, собаки и лошади - и это его вполне устраивало. До самой последней своей болезни старик оставался бодрым и крепким, и прояви он побольше внимания к своему здорьвью, исход ее, скорее всего, не оказался бы столь печальным, но сэр Хью не имел обыкновения бежать к врачу при малейшем недомогании и терпеть не мог, чтобы с ним нянчились; и вот совершенно неожиданно для всех он умер от коронарного тромбоза, оставив после себя беззащитную и беспомощную девочку.
Дамарис же, похоже, еще была не в состоянии в полной мере осознать свою потерю. Внезапная смерть деда, последовавшие за ней похороны, собравшие в их доме целую толпу незнакомых людей, желающих отдать дань уважения покойному баронету, который упорно игнорировал их последние годы своей жизни - все это казалось чем-то нереальным. И попытки мистера Престона объяснить ей ее теперешнее положение особой ясности в эту картину тоже, увы, не вносили. Тем более, что она и раньше знала о том, что сэр Хью завещал поместье своему внучатому племяннику, который в любом случае должен был унаследовать фамильный титул. Старик сам рассказал ей об этом. Знала она также и о том необычном дополнении к завещанию, которое так огорчило ее гувернантку. Марк Триэрн принадлежал к одной из ветвей их древнего рода, обосновавшейся в Южной Америке, но, к сожалению, связь с родственниками была утрачена.
- Дедушка говорил, что Рейвенскрэг навсегда останется моим домом, - с некоторым беспокойством в голосе проговорила Дамарис. Она любила это место; ведь это был ее мир с тех самых пор, как она только научилась ходить.
Мистер Престон говоряще взглянул на Хелен Керью и нервно откашлялся.
- И именно для того, чтобы так оно оставалось таковым и впредь, сэр Хью велел составить это... эээ... скажем так, необычное дополнение.
Он пытался урезонить своего клиента, когда тот составлял свое завещание, но сэр Хью настоял на своем. Рейвенскрэг должен перейти по наследству к следующему баронету, а Дамарис будет нуждаться в защитнике и покровителе. И никто не сможет позаботиться о ней лучше, чем муж. Поэтому он и завещал поместье Марку Триэрну при условии, что он женится на Дамарис.
- Надеюсь, кузен Марк не откажется жениться на мне, - по-детски наивно сказала Дамарис, давая понять, что она вполне поняла объяснения нотариуса.
Мистер Престон сочувствующе взглянул на бледное, осунувшееся девичье личико, на фоне которого запавшие глаза с темными кругами под ними казались непомерно огромными, и в очередной раз подумал о том, что сэр Хью совершил большую ошибку, решив держать внучку при себе, полностью изолировав ее тем самым от внешнего мира. Да и откуда было ему знать, что представители современной молодежи, устремлявшиеся на запад страны на время летних каникул, не вызывали в его душе никаких иных чувств, кроме отвращения, ибо он не мог себе вообразить, что за всеми этими всклокоченными шевелюрами и странными нарядами может скрываться душа - вместилище добродетели. Скандальные сообщения в газетах о похождениях популярных певцов, о студентах-бунтарях и наркоманах окончательно утвердили его во мнении, что современная молодежь развращена, дурно воспитана и недисциплинирована, а потому он никак не может позволить Дамарис общаться с ними даже в школе, и давать ей читать газеты ей также не следует. Приняв на работу Хелен Керью, он объявил ей, что его внучка должна получить образование и воспитание, подобающее настоящей леди, и ее надлежит всячески оберегать от тлетворного влияния современной жизни. Затем, с большим опозданием осознав, что выросшая в парниковых условиях девушка не способна противостоять окружающему ее жестокому миру, он завещал ее своему наследнику, ни минуты не сомневаясь в том, что Марк не откажется взять на себя заботу о ней.
- Его хотят вынудить жениться на тебе, - гневно заявила Хелен Керью, - это же настоящий подкуп. Рейвенскрэг - старинное поместье, и для любого американца это довольно привлекательный вариант. - Она с надеждой обернулась к нотариусу. - Но, может быть, он уже не свободен? Холостой мужчина его возраста - явление нетипичное...
- Сэр Марк неженат, - отрезал Престон. Слово "подкуп" было ему не по душе, а Дамарис невольно поморщилась, услышав, как титул ее покойного деда был употреблен в отношении его нового владельца, - и я понятия не имею, сколько ему лет. Он телеграфировал, что очень сожалеет о том, что не может присутствовать на похоронах. Разумеется, мы ознакомим его с условиями завещания. А все остальное зависит только от него.
- Конечно, сэр Хью был очень добр ко мне, - заметила Хелен; по завещанию ей причиталась довольно кругленькая сумма, с помощью которой она собиралась осуществить свою заветную мечту - войти в долю с подругой, которая собиралась открыть сувенирный магазинчик в ближайшем портовом городке. Однако она была готова пожертвовать своей мечтой ради будущего Дамарис. - Но разве он не оставил ничего лично для Дамарис на тот случай, если сэр Марк не согласится на его абсурдные условия?
- Она будет получать скромное содержание с той суммы, что получила ее мать в качестве приданного, - ответил мистер Престон, - и весь капитал перейдет в ее распоряжение, когда ей исполнится двадцать один год. А до тех пор я и сэр Марк назначаемся ее опекунами. - Он бросил взгляд на неподвижную фигурку у окна. - Кстати, малышка, а сколько тебе лет?
- Восемнадцать.
- Правда? Как время летит!... - покачал головой старенький нотариус, а про себя подумал, что на вид ей нельзя было дать больше пятнадцати и еще не известно, как к ней отнесется сэр Марк Триэрн. До него доходили разговоры об этом джентльмене, который хоть так и не побывал в Рейвенскрэге во время своего приезда в Европу, но успел наделать много шуму своим появлением в Париже и Монте-Карло. Похоже, его имение в Аргентине приносило неплохой доход. Необходимо будет найти какой-то копромисс. Ведь и дураку понятно, что избалованный женским вниманием и знающий себе цену светский лев вряд ли может считаться подходящей партией для этой маленькой бледной сиротки, скорбно застывшей у окна, тем более, что мистер Престон не был уверен в том, что поставленное сэром Хью условие будет принято судом в качестве серьезного довода - если дело все-таки дойдет до суда.
- Значит, она ни от кого независима, - с облегчением проговорила Хелен. - И ей совсем необязательно идти на эту дурацкую сделку.
Дамарис недовольно поджала губки.
- Дедвшка сказал, что я должна выйти замуж кузена Марка.
- Тебе еще слишком рано выходить замуж кого бы то ни было, - отрезала Хелен.
- Мне уже восемнадцать, - напомнила ей Дамарис, - и я должна исполнить волю дедушки.
Мужчина и женщина незаметно переглянулись, и нотариус слегка пожал плечами. Упрямство Дамарис могло осложнить дело.
- Что ж, нам в любом случае необходимо дождаться распоряжений от сэра Марка, - сказал он, закрывая портфель. - Разумеется, какое-то время уйдет на улаживание формальностей, - он перевел взгляд на Хелен. - Мисс Керью, до получения причитающейся вам суммы вы собираетесь остаться здесь?
- Я пробуду с Дамарис так долго, как это будет необходимо, пообещала Хелен.
Дамарис же обеспокоенно спросила:
- А скоро приедет кузен Марк?
- Надеюсь, что скоро, - ответил мистер Престон, - нам необходимо кое-что с ним обсудить. Но ты, детка, не беспокойся, я уверен, что все будет хорошо.
Ему очень хотелось, чтобы его слова звучали убедительно, но уже сейчас он предвидел немало трудностей и даже не замечал того, что Дамарис была совершенно спокойна. Дедушка любил и оберегал ее, и теперь он заботливо перепоручал ее кузену Марку, зная, что тот будет так же любить и оберегать ее; ведь это было так элементарно.
Осторожно пожимая протянутую Дамарис худенькую руку, мистер Престон мысленно осуждал своего покойного клиента за его безграничный эгоизм и отказ отправить Дамарис в школу и колледж, где она могла бы нормально развиваться. Теперь же, когда девушка стояла перед ним, он с запоздалым удивлением заметил, что она была практически одного роста с ним; а сам он всегда считал себя мужчиной среднего роста. Жизнь закалила его, изо дня в день на протяжении вот уже многих лет ему приходилось становиться свидетелем человеческих слабостей и глупости, но во взгляде девушки было столько наивности и доверия, что его душу захлестнула волна жалости и нежности - чувства, которым он крайне редко давал волю во время общения с клиентами.
- Я буду здесь, с тобой, - заверил он ее. - Так что если у тебя вдруг возникнут какие-либо проблемы, то не стесняйся обращаться ко мне. И не забывай, что я являюсь одним из твоих опекунов. - И все еще продолжая удерживать ее ладошку в своей руке, осторожно поинтересовался: - А дедушка когда-либо говорил тебе об этой... эээ... матримониальной перспективе?
- Да, и не один раз.
Всего за несколько дней до своей безвременной кончины сэр Хью завел разговор о ее будущем.
- Жить мне осталось недолго, Дамарис, - сказал он, - но будущее тебя пугать не должно. Не беспокойся, я обо всем позаботился.
Тогда она расплакалась и заявила, что она не мыслит себе будущего без него, и что он не должен говорить о смерти. Успокоив внучку, дед продолжал развивать свою мысль.
- Как тебе известно, титул переходит по наследству к ближайшему родсвеннику мужского пола, и таким родственником является твой кузен Марк. Обладатель титула должен жить здесь. Поместью нужен хороший хозяин. В последнее время я не уделял должного внимания хозяйственным вопросам, но тебе не о чем беспокоиться. Я знаю, как ты любишь наше поместье, и как важно для тебя остаться здесь. Единственным решением в этой ситуации является брак между тобой и Марком. Я напишу ему письмо и попрошу приехать погостить у нас, и тогда мы все обсудим.
Сэр Хью никогда не заводил с ней разговора об их южноамериканских родственниках, но в тот вечер его потянуло на откровенность. В свое время его младший брат решил попытать счастья в Новом Свете. Там он женился на богатой женщине, и они купили поместье в Аргентине.
- Твои родители как раз летели к ним в гости, когда их убили, скорбно добавил он. - До тех пор у меня еще была надежда, что они подарят мне не только внучку, но и внука. Я встретился с племянником на похоронах. Он оказался приятным молодым человеком, но его жена, аргентинка мне не понравилась. С тех пор мы больше с ними не виделись. А теперь, когда он умер, титул должен перейти к Марку, его сыну. Не знаю, есть ли у него еще дети. Кажется, у них еще была дочка, но нас с тобой интересует только Марк. Полагаю, он гораздо старше тебя, потому что его отец женился довольно рано. Так что нам уже давно пора с ним познакомиться.
Но воплотить свой замысел в жизнь сэр Хью так и не успел. Через неделю его не стало.
Выслушав от Дамарис это признание, Хелен изумленно всплеснула руками.
- Дамарис, ты никогда не говорила мне об этом, - укоризненно покачала головой гувернантка. Знай она обо всем заранее, возможно ей и удалось бы образумить старика.
- Я... я не хотела говорить об этом... я не могла смириться с мыслью о том, что дедушка умрет, но он сказал мне, что кузен Марк обязательно приедет и будет заботиться обо мне, чтобы мне не было одиноко. - Она грустно улыбнулась. - И еще он говорил, что он утешит меня.
Мистер Престон подумал про себя, что вряд ли новый баронет станет размениваться на подобные сантименты. Ему нужна жена, которая и за домом сможет приглядеть, и блестнуть изысканностью манер на светском приеме, а не угловатая девочка-подросток, требующая к себе безграничного терпения и понимания, прежде, чем она сумеет стать той, кем ее хотят видеть. Однако вслух он ничего не сказал, а лишь погладил маленькую ладошку, которую он продолжал удерживать в своей руке.
- До свидания, детка. Скоро увидимся.
- Спасибо, что пришли и все разъяснили, - вежливо отозвалась она.
Хелен проводила нотариуса до машину и воспользовалась удобным случаем, чтобы высказать свои соображения по поводу сложившейся ситуации. Будучи женщиной одинокой и немолодой, она отдавала воспитаннице всю свою нерастраченную любовь, и искренне переживала из-за двусмысленности ситуации, в которой оказалась девушка. В ответ нотариус заметил, что данное условие может быть признано необязательным для выполнения, если обе стороны смогут достичь иной договоренности. Он считал, что долгая жизнь в одиночестве сыграла злую шутку с сэром Хью, позволившему своим желаниям взять верх над рассудком. И хоть девушка, похоже, не возражала против столь необычного решения, но реакция сэра Марка могла оказаться самой непредсказуемой. Хелен же была до глубины души возмущена тем, что Дамарис рассматривалась в завещании своего рода приложением к недвижимости. Она была уверена, что если новый владелец поместья и согласится жениться на ее воспитаннице, то сделает это лишь ради титула и недвижимости; к тому же Марк Триэрн был наполовину латиноамериканцем, что, как ей представлялось, делало его фигуру еще более подозрительной. Ведь общеизвестно, что латиноамериканцы очень ненадежны в делах любви: они легко влюбляются в женщин и так же легко их бросают. Кое-что из всех этих доводов она попыталась тактично втолковать Дамарис, но натолкнулась на каменную стену непонимания. В представлении девушки кузен был средоточием добродетели, точной копией деда - только, конечно, помоложе. Она знала, что одной отцовской любви для брака было недостаточно, но так как Марк, по ее рассчетам, должен был быть мужчиной средних лет, то она справедливо полагала, что вряд ли он станет изображать из себя пылкого любовника, и куда важнее для него будет просто ее общество, которым так дорожил покойный дед. Она нежно любила свой родной дом, и желание деда - тем более, что это была его последняя воля - для нее было священно. И поэтому она неизменно оставалась равнодушной к разного рода намекам и предположениям со стороны Хелен.
- Дедушка знал о кузене Марке все, - упрямо твердила она, - и кем бы ни была его мать, он прежде всего был и остается урожденным Триэрном. И уж конечно дедушка не стал бы обсуждать его с тобой - это семейное дело.
Это замечание больно задело Хелен.
- Он знал, что будет лучше для меня, - продолжала Дамарис. - Я целиком и полностью доверяю его выбору, хоть он... хоть его нет больше с нами.
На это Хелен было решительно нечего возразить, и ей оставалось лишь уповать на то, что после первой же встречи с Марком Дамарис не постигнет болезненное разочарование.
Однако, время шло, а Марк Триэрн все что-то медлил с приездом; Дамарис же начинала понемногу оправляться от потрясения, вызванного смертью деда. Все в поместье напоминало о нем, и поэтому когда она бродила по обширным угодьям в компании двух верных собак или разъезжала по округе верхом на Шибе - своей любимой гнедой кобыле - ей неизменно казалось, что он по-прежнему рядом с ней. Временами ей даже чудилось, что краешком глаза она видит высокого, подтянутого старика, седовласого, с горящим взором темно-карих глаз, и лишь обернувшись понимала, что его там нет. И все-таки она была твердо уверена, что душа деда сопровождает ее повсюду, и от одной этой мысли ей становилось радостно и уютно. Как и многие в этих краях, Дамарис была суеверна, и если бы она вдруг стала во всеуслышание утверждать, что в безлюдным местах ей являлся призрак деда, то подавляющее большинство местных жителей безоговорочно согласилось бы с тем, что так оно и было на самом деле.
Местные фермеры и обитатели окрестных деревень хорошо знали ее ведь, можно сказать, она выросла у них на глазах, превратившись из несмышленной малышки в девочку-подростка - и относились к ней тепло и в то же время почтительно, как и подобает относиться к дочке помещика. Дамарис была с ними мила и дружелюбна, но каких-то особых дружеских отношений между ними не было; она считала этих людей своими и чувствовала себя ответственной за их дальнейшую судьбу. Смириться с тем фактом, что теперь их хозяином станет кузен Марк, было непросто, однако она твердо решила, что не позволит ему занять ее место среди них.
* * *
Поместье Рейвенскрэг представляло собой низкий каменный дом с черепичой крышей, выстроенный в низине среди холмов, защищавших его от пронизывающих западных ветров, дувших с Атлантики. По обеим сторонам миниатюрной долины возвышались склоны холмов, близ вершин которых виднелись домики фермеров. По дну долины протекала небольшая речушка, уводящая к скалам и заканчивающаяся там водопадом. Высокие, неприступные скалы преграждали путь к каменистому пляжу, где не было видно ни единой полоски желтого песочка, так любимого туристами, но зато повсюду виднелись грозные надписи, предупреждающие об опасности возможных камнепадов.
У Дамарис же была своя заветная тропка, ведущая вниз по склону скалы к самому морю. Очутившись на берегу, она часами просиживала у воды, наблюдая за прибоем, волны которого разбивались об острые черные скалы, целые гряды которых уходили далеко в море, представляя там серьезную опасность для проплывающих мимо кораблей. Пока она задумчиво глядела на море, две сопровождающие ее собаки начинали азартную, но бесплодную охоту на гнезда чаек. Это были два черных лабрадора - Тристан и Изольда, но со временем роскошные клички укоротились до Трис и Золь. Она назвала их именами героев одной из самых своих любимых книг, в которой рассказывалось о незадачливой корнуэльской королеве Изулт - вагнеровский вариант этого имени, Изольда, был привычнее для уха - которая по ошибке выпила приворотное зелье, предназначенное для ее супруга, короля Марка и влюбилась в молодого рыцаря, сопровождавшего ее во время путешествия из Ирландии.

Эштон Элизабет - Кузен Марк => читать онлайн книгу далее