А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Разумеется, дверцы были старательно заперты, но что остановит ведьму? Маргарита достала флакон и, вернувшись в автомобиль, спрятала его. Затем набрала полную охапку тюльпанов, тем же путем вернулась в комнату и проскользнула в коридор.
Здесь горели вдоль потолка, тихо потрескивая, холодные лампы. Какой-то исхудалый человек сгорбившись сидел возле стены, обреченно глядя в пустоту. Все пронизывал знакомый запах больницы. Запах беды, надежды и последнего животного страха - страха измученного обреченного тела - ударил ей в ноздри. Маргарита стала обходить палаты, оставляя на тумбочках сказочные цветы, заглядывала в спящие лица, избегая открытых, страдальческих, не видящих ее глаз.
Анечка спала, подсунув под щеку ладошку. Как в детстве. По подушке разметались завитки черных волос. Маргарита положила свою невесомую руку на лоб сестры и прошептала: "Все будет хорошо, детка". И вообразила, как утром принесет ей Леша обнаруженные у своей кровати цветы, как загалдит весь этаж, всполошенный с неба свалившимся даром. Люди улыбнутся и подумают: теперь все пойдет совсем по-другому...
Боясь расплакаться, Маргарита вернулась в автомобиль и больше уже не открывала глаз до тех пор, пока машина не остановилась и знакомый скрипучий голос ни произнес:
- Наконец-то!
Крышу Дома заливала стоящая высоко в небе полная луна. Москву окутывала глубокая ночь. Даже шум автомобилей не доносился снизу.
-Заждались, - Амарелло подал ей руку. - Фу, да вы вся в паутине, королева.
Стряхивая серые клочья с волос и озябшей кожи, Маргарита вздохнула это было все, что осталось от лунного платья. Зябко обняв плечи руками она с недоумением оглядела спящий внизу город.
- Уже должно быть утро!
- У кого это должно? - Амарелло накинул на обнаженные плечи Маргариты длинную меховую накидку.
- Прошло много, много часов... - задумалась Маргарита.
- Ровно тра-та-та-надцать минут. Запомните, драгоценная, ни в чем нельзя быть абсолютно уверенным. Особенно в вещах несомненных. Манипуляция с временем - самая простая процедура. Достаточно попридержать Земной шарик.
- Выходит... - она последовала за ним в оконце чердака и далее по темным захламленным помещениям. - Выходит...
- Да, да!- Амарелло распахнул перед Маргаритой дверь знакомой квартиры. - Бал еще впереди!
Глава 25
Совсем по-иному текло время для Лиона Ласкера. Минуты застревали, как косточка в горле, а часы растягивались стоматологической пыткой.
После визита в Козлищи Анатолий Лаврентьевич не отпустил Ласкера домой.
- Тебе парень, сейчас покой нужен. И хорошая охрана. Вокруг вашего сеанса поднялась волна. - Сообщил он, сопроводив ученого в подвал какого-то развалющего корпуса на территории заброшенной фабрики. Кирпичные корпуса с выбитыми стеклами и обугленными стенами напоминали о Зоне из "Сталкера". Перед тем, как нырнуть во тьму вонючего подъезда, Лион глянул на небо с прощальной тоской. В дурных намерениях своих "попечителей" он уже не сомневался.
Помещение, в котором поселили Ласкера, комфортом не отличалось полуподвальная сырая комнатенка с раскладушкой, столом и стулом традиционной конструкции эпохи развитого социализма. Первым делом, дабы проверить степень жесткости заключения, Ласкер постучал в запертую дверь и деликатно попросился в туалет. Ему неохотно открыл весьма неприятный юноша с лицом пудовой гири, молча сопроводил в конец мрачного, хлюпающего под ногами коридора. Указал на полуразрушенный унитаз за сорванной дверью, но отойти отказался, стоя чуть ли ни впритык за маленьким, едва доходящим ему до плеча, Ласкером. Лион демонстративно помочился, а вернувшись в свой "номер" воспользовался металлическим стулом, что бы изменить интерьер в худшую сторону - обколотил штукатурку на стенах, испортил дверь и добился появления своего стража.
- Будешь базланить, козел, побью, - сказал тот, жуя резинку и растопырив перед лицом ученого гигантскую пятерню.
- Требую встречи с главным, - напыжился Ласкер.
- Будет, - пообещал вдумчивый юноша. - Все будет.
И действительно, следующим, кто посетил узника, оказался сам Альберт Владленович. Он опасливо окинул взглядом произведенный в подвале беспорядок, неприязненно повел носом и кивнул сопровождавшему его хлопчику:
- Обеспечь комфорт, Юран.
Юран исчез и скоро явился со стулом, подсунув его под зад Пальцева. Тот сел, заулыбался виновато и заискивающе.
- Я просил поселить вас в апартаментах "У Патриарших". Анатолий Лаврентьевич настоял на строжайшей конспирации. Вы уж потерпите, дорогой, пару дней. И выскажите мне свои пожелания - обед, напитки, телевизор?
- Благодарю. Здесь весьма уютно, - Ласкер встал у разбитой им стены в позе скучающего на балу Онегина. Рядом горбился Юран, собирая в картонную коробку обломки штукатурки.
- Сами понимаете, в каком бандитском государстве мы живем, - продолжил расшаркиваться Пальцев. - Мне приходится прилагать огромные усилия, что бы сохранить наш эксперимент в тайне. Я поставлен в жесточайшие рамки.
- Отлично понимаю, - глядя очень нагло, подтвердил Ласик.
После этого состоялась довольно пространная беседа, перерастающая из философской в практическую. В результате напряженной дискуссии о смысле жизни и анализа текущей политической ситуации, Пальцев выразил пожелание внести кое-какие дополнительные изменения в генератор и предложил инженеру солидное вознаграждение за компенсацию морального ущерба.
- Сеанс не состоится. Максим не будет помогать вам.
- Согласие уже получено. Ваш друг гостит у нас.
- Достали-таки, сволочи!
Внезапным выпадом в сторону собеседника, свалившим последнего на пол, Ласкер выразил отказ сотрудничать с Пальцевым. И был нокаутирован явившимся мгновенно Осинским. Пришедший в себя Ласкер тут же нашел для обидчика пару теплых пожеланий, садист же с явным наслаждением приложил к фейсу ученого свою тяжелую руку. После силовой разминки задача Лиона и всего эксперимента с генератором вцелом обрисовалась с предельной ясностью: Пальцев требовал от Ласкера подсоединить к прибору детонатор, да так хитро, что бы связь аппарата и взрыва тротила под Храмом не вызывала сомнений при дальнейшей экспертизе, но ни в коем случае не была обнаружена Горчаковым.
- Вам не надо вникать в подробности, господин Ласкер, - уже скорее угрожал, чем уговаривал избитого ученого Пальцев. - Чем вы будете меньше знать, тем дольше будете жить. Не помню, кто открыл этот закон.
- Твой Гнусарий, - Лион высморкался кровью. - Вы предлагаете мне подставить друга?
- Н-да..., помню, помню: "...парня в горы возьми, рискни... не бросай одного его..." - чудное, чудное было время, утопическое...Увы, иное ныне стечение планет, иной пафос выживания - воинствующий индивидуализм. Человек человеку - бревно. Честнее, между прочим, и спокойнее - без лишних эмоций. Участь Горчакова предопределилась давно и не в лучшую сторону. Ваша же судьба, господин Ласкер, имеет шанс сложиться весьма благополучно. Вот это различие осознать надо. Паспорт с визами, билет на самолет в Мексику будут ждать вас в аэропорте. Вы получите все сразу же после завершения операции.
- Не сомневаюсь, - Лион отбросил окровавленный платок и посмотрел на искусителя с вызовом. - Должен признаться, шеф - аппарат у нас фиговый. Ничего с промывкой мозгов не выйдет.
- Аппарат - дело ваше. Мое - взрывчатка. Ее качество я гарантирую, Пальцев посмотрел тяжело и язвительно. - А еще я совершенно не переношу капризов от мало привлекательных говнюков. Продумай хорошенько, жиденок, что необходимо для подключения генератора к взрывному устройству. Завтра тебя отведут к прибору, сделаешь все, как надо. - Пальцев поднялся, явившийся Юран вынес за ним стул, Осинский же галантно подставил локоть для поддержки прихрамывавшего в результате падения шефа.
Всю ночь Лион думал о том, как предупредить Максима. В конце концов он решил, что сумеет призвать кого-нибудь на помощь в день сеанса, ведь Анатолий упоминал, что место эксперимента будут охранять спецотряды, а следовательно, появятся зеваки, возможно даже журналисты.
Так Ласкер оказался в голове статуи в сопровождении Осинского и сделал все, что требовал от него Пальцев. Уж если удастся поднять панику и разоблачить негодяев, то взрывательное устройство окажется против них неопровержимой уликой. Когда же Лион надел шлем, его внезапно осенила фантастическая мысль. Конечно, аппарат маломощный, но ведь код импульсов мозга Горчакова заложен в программу, а значит, можно попытаться передать ему информацию! Под настороженным взглядом Осинского Лион успел-таки натянуть шлем и внушить другу основное: подключение транслятора взорвет Храм, аппарат необходимо уничтожить. И даже подсказал как.
Лион уже не сомневался, что будет ликвидирован вместе с участниками операции, но ни только не впал в депрессию, а даже воспрял духом, как перед сражением. Он ощущал, что завтрашний день станет самым решающим в его жизни и просмотрел мысленно все лучшие минуты своей жизни, в которых была и Галя, и захватывающая дух работа над новым прибором вместе с Максимом, и даже некогда преследовавший его черт. Но являлся тот посрамленным - делал то, что в поговорке люди советуют неудачнику - грыз свои локти. У черта это выходило отчаянно и противно. Выкрутив неестественно лохматую конечность, он выгрызал клочья свалявшейся козлиной шерсти и визжал как недорезанный боров. Лион мысленно телепатировал победный образ далекому Максиму, которого, по всей вероятности, тоже держали сейчас в заточении.
Горчаков находился совсем рядом - в другом конце подвального коридора, в похожей комнате, но пребывал в менее бодром расположении духа. Чем больше он размышлял над ситуацией, тем обидней становилось ему за изгаженную мерзавцами жизнь. Свою, маргаритину, лионовскую, и тех тысяч ни в чем не повинных людей, которым готовят бандиты свой сатанинский сюрприз.
Господина Горчакова заставляют подняться в башню вовсе не ради проповеди. Кому-то необходимо, что бы у аппарата застали злоумышленника, затеявшего преступление. Планируется, по всей видимости, что-то серьезное, раз уж в операции задействованы такие силы. Путч? Взрыв Кремля? Может, самого "диктора" вместе со статуей? Нет, генератор и вещающий с его помощью террорист нужны в качестве козлов отпущения. Именно его сделают виновником планируемой акции. Вот так завершаются игры в спасителей человечества, решивших изменить мир. Но кому или чему грозит опасность?
- Храм! Дом! О, Господи, ведь это мои "объекты" - то, что связано с именем неудачника Горчакова! Их намерена уничтожить банда Пальцева! догадался Максим, застонав от тошнотворного чувства собственной наивности и бессилия.
Как хитро запутала нити судьба - вручила в руки внука Жостова конец бикфордова шнура, ведущий к Храму! И не оставила права выбора. Самоустранение - единственный выход из тупика. Смерть "донора", соединенного шлемом с аппаратом, уничтожит сам передатчик. Но как убить себя там, в бункере, находясь под охраной? Максима обожгла радость. Анатолий не отобрал у него нож - массивный, заточенный до бритвенной остроты...Он поморщился, представив, как изо всех сил ткнет лезвие себе в грудь - туда, где стучит сердце. Забавно будет, если попадет в ребро и только поранится. Сил на второй удар уже не будет.
"Увы, ты не самурай. Харакири не твое хобби, - сказал себе Максим. Но ты постараешься, очень постараешься не спасовать. Ты будешь достойным любви Маргариты".
Глава 26
Та, о которой думал Максим, лежа на тюфяке в запертой подвальной комнате, стояла в гостиной прадедовской квартиры, кутаясь в длинную накидку из черного блестящего меха. Вместо буфета разинул огнедышащую пасть огромный камин. Возле него расположился в кресле-качалке древнеримской модели Роланд. Протянув ладони к огню, он проделывал странные манипуляции, то ли согревая руки, то ли заклиная огонь.
- Корректирую линии жизни. Пустяковая процедура, но требует регулярности. Людей подводит чаще всего обычная лень, причисленная совсем не зря к смертным греха, - объяснил он, не оборачиваясь к Маргарите. Казалось бы, так просто: заметил, что тебя заносит не в ту, как здесь говорят, степь, и резко меняй направление, выправляй курс. Линии - это уже вторичное.
Пристроившийся у ног Роланда Батон в позе гимназиста из нижнего ряда на коллективном снимке, объяснил:
- Экселенц заботится не о себе. У него-то ладони совершенно гладкие, как полированный мрамор. Но к нам регулярно поступают списки людей с особыми пометками, в соответствии с которыми усилиями шефа врожденный рисунок претерпевает изменения. Судьба, к счастью, управляема в отличие от местной экономики. - Он взял из стоящей рядом вазы очередной персик, самозабвенно засосал мякоть и отправил в огонь косточку. - Чудные фрукты из вашего пакета, королева. Пришлись весьма кстати. У нас тут пост.
Из-за бархатных штор двойной двери выступил Шарль в канареечном бархатном халате с атласной отделкой и великолепными шелковыми бранденбурами. В руке, изящно отставив мизинец, он держал лорнет. Направленные на Маргариту окуляры презрительно сверкали.
- Ну что, душенька, развлеклись? Дворовой метлой по внешности? Простите, я не могу произнести "морде".
- По сусалам, хохоталке, фейсу. Или уж, опять-таки, по харизме, охотно подсказал кот, но Шарль не воспользовался лексическим запасом Батона, продолжая лорнировать Маргариту.
- Моветон, милая! Ну что за манеры, фи! И почему в современных дамах отсутствует чувство стиля? Где кинжалы, отравленные помады, удавки, яд? Шарль грациозно поправил густую шевелюру.
- Это из-за того, что по телевизору все время показывают тампоны, прокладки и средства от пота, - убежденно сформулировал кот. - Так сказать, срывают покровы нежных тайн. Лишают сокровенности.
- Кстати, шуточки с метлой оказались не столь уж безобидными, продолжил Шарль. - Господин Пальцев с травмой глаза и диагнозом буйного помешательства, отправлен в местную больницу. Остальные шокированы. Осинский круто запил, Федул Степанович дал обет воздержания и намерен совершить паломничество в Афонский монастырь. Правда, не из Италии, а из аэропорта города Сухуми, но совершенно босым. Скульптор, проспавший самое интересное, ничего не понял, был спасен пожарниками и на всякий случай отбыл в Бразилию. У него обострилась идиосинкразия к российскому климату.
- Когда же все успело случиться? - удивилась Маргарита, видящая за окном глубокую ночь.
- Уж это не ваши заботы, душенька. И радоваться особо нечему. Пальцев временно нейтрализован, но задуманная им акция не отменяется. Механизм запущен, пружина раскручивается. Интересное дело не остается без поддержки. А страстью к безумствам ваши сограждане не обижены. Вас наверняка учили в школе: "...Безумству храбрых поем мы песню..." Допелись, - развернув тяжелый стул, де Бонннар предложил Маргарите сесть и сам устроился напротив с вазочкой фисташек и серебряными щипчиками. Со стороны кухни донесся оглушительный металлический грохот, словно литавристы ансамбля Александрова разом сомкнули тарелки.
- Завершаются последние приготовления к нашим мероприятиям. Амарелло вошел в раж. Чрезвычайно ответственный сотрудник...- объяснил происхождение шума Шарль. - Так вот, очарование мое, ваш визит оставит глубокое впечатление в сердцах страдальцев известной клиники. Миллион, миллион алых тюльпанов - жутко изящно! Но, милая, вы же стремились стать ведьмой, а изображаете ангела!
- Я не смогла убить мерзавцев там, на вилле. У меня даже не было пистолета, - опустила глаза Маргарита, которой стало казаться, что она провалила порученную ей миссию.
- Вот уж надуманная проблема! - появилась с подносом, на котором лежали квадратики телеграмм, Зелла. - У тебя ж есть зубы, детка. Могла бы просто перекусить ему сонную артерию. - Оскалившись, она склонилась к Шарлю. - Вот так!
Из жилистой шеи на атласные лацканы халата брызнула кровь. Закатив глаза, де Боннар выронил орехи, щипцы и стал сползать на ковер. Маргарита охнула.
- Оставьте... Нашли время для шуток, - Роланд распечатал и пробежал несколько телеграмм. - Приходится иметь дело с весьма консервативным контингентом. Не только перегружают телеграф посланиями, но и экономят на знаках препинания. Ну что это? "рожаю его тчк не могу ебыть тчк да цаствует демократический анализм ваш адик".
- Здесь опечатки: "Провожаю Еву. Не могу прибыть. Да здравствует демократический централизм", - любезно поправила Зелла. - Господин Гитлер полагает, что приглашен на какой-то советский праздник. Дурашка.
Роланд вздохнул:
- Речь, как вы поняли, Маргарита Валдисовна, идет о приглашенных на бал. С каждым разом это невиннейшее празднество обрастает массой неприятных и двусмысленных моментов. Сместились критерии. Возникли разночтения. Первое: кого приглашать? Традиционно к нам являются наиболее отличившиеся, продвинутые и знаменитые представители, выражаясь по-вашему, криминального мира. Но что за детский пикничок, с точки зрения обычного телевизоровладельца, происходил здесь в ночь весеннего полнолуния шесть десятилетий назад!
- Я хорошо помню гостей - мошенники, карточные шулеры, отравители из-за наследства, самоубийцы, тюремщики, палачи, доносчики, изменники, растлители... Была даже некая портниха, позволявшая подглядывать за своими клиентками сквозь дырочку в занавесе! А бедняжка Фрина, задушила ребенка... - откликнулась Маргарита.
- В соответствии с названными вами критериями придется приглашать поголовно всех. Посудите сами - детоубийство заменило аккуратно называемое "прерывание беременности", а любителей подглядывать за дамами в пошивочном ателье, пришлось бы искать днем с огнем, да еще за большие деньги, забрюзжал Шарль, восстановивший чистоту своего халата и целостность шеи.
- Да, да, уважаемая королева, коллега прав! Перечисленные вами представители общественности из века в век вызывали стойкое отвращение в среде обывателей - мирных, добродушных и благополучных граждан... - голосом пастора вещал Батон, завершая уничтожение персиков. - А теперь? Где, во-первых, эти мирные и благополучные обыватели? Где негативные элементы общества? - Все смешалось в доме Облонских, как сказал классик... Я провел специальную работу, опрашивая россиян. Задавал один и тот же вопрос: "С кем бы вы, например, расстались в первую очередь и с наибольшим наслаждением?"
- Разумеется, с правительством. Проворовавшимися банкирами. Киллерами... - пожал плечами Шарль. - С налоговой инспекцией, грабящей этих нищих и наивных, словно дети граждан.
- Точно! Но это уже потом. А в первую очередь - с тетей Асей!
- Чьей тетей? - уточнил Роланд?
- Всеобщей истязательницей бывших "совков", являющейся к ним в дом с отбеливателем. А заодно - и со всей компанией - дамой с жидкостью для унитаза, суетливыми девицами, начиненными тампонами, и юными дебилами, непрерывно жующими антикариесную жвачку и принимающими пиво в качестве смысла жизни.
- Ну, к этим персонам россияне скоро привыкнут. Что нельзя сказать о других, прячущихся в тени и куда более опасных для жизни, - заметил Роланд.
- Так что предпримем, экселенц? - Шарль завершил щелканье орехов. Может провернем все по-тихому - пустим по всем каналам прямую трансляцию публичной казни с Лобного места. Начнем рубить прямо по списку Батона: фить, фить...
- Друг мой, кого вы надумали удивить публичной казнью? Убийство стало профессией, образом жизни, состоянием души миллионов криминальных граждан и обыденным бытовым явлением для остального мирного населения. Ваша трансляция провалится. Граждане переключатся на сериал "Секретные материалы", поставят кассету с триллером, либо займутся другими видами популярной досуговой деятельности. Мы не можем состязаться в художественном смаковании жестокости с профессионалами, делающими большое искусство и, естественно, с традиционным способом времяпрепровождения. Я имею ввиду ... - тонкие пальцы Роланда щелкнули у подбородка, - возлияния с эффектом белой горячки.
- Ваш скепсис, экселенц, удручает. Явку на бал подтвердили сотни отменных, заслуженных злодеев. В конце концов, в любом деле существует своя элита и свои способы развлечься. К тому же - королева ждет, - Батон кивнул на подавленно молчавшую Маргариту.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53