А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Та же. Не мужик мне нужен, а преклонение... Преклонение... Суета, слава... Чтобы вокруг все вращалось вертелось. От одного моего мизинца, одного взгляда... Не жалею... Нет, Верка, ни о чем не жалею!
- Давай за это - за жизнь! - Наполнила рюмки Верочка. - Хорошая была, жаловаться грех. А может и впереди ещё что-нибудь светлое состоится. - За нас и за девчонок наших. Ведь у Алины все в порядке? Я рада. Честное слово, рада. И за Аньку тоже.
Инга подозрительно заглянула в потеплевшие глаза Веры:
- Ты что-то про дочь узнала? От кого?
- Чепуху какую-то. Будто Анна с друзьями где-то на юге отдыхает и очень там счастлива. Ай, что темнить - сама она мне звонила! Только ты пойми - это страшная тайна... Да и не ясно ничего. Но голос хороший.
Инга засмеялась, красиво, рассыпчато:
- Не ясно, говоришь? Да, мое в нашей жизни было тайн. Сейчас кое-что прояснится, подружка... Ты Аньку в августе родила, я Лину - в ноябре. Ты решила ребенка без отца выносить, а меня в это время Валька на руках носил, закружил, охмурил... Вот и считай...
- Нет... Не может быть... - Закрыла ладонью рот Верочка. - Да как же это?
- Запросто. Сама знаешь. Раз-два... И живот во-о-т такой! - Инга повторила жест Верочки.
- Выходит, девочки наши сестры?
- Точно.
- И Валя не знал?
- Ничегошеньки. И Альберт не знает. Я только на прошлой неделе Алине рассказала. Не утерпела.
- Ой... Обрадовалась?
- Очень. Хочу, говорит, сестричку видеть, но не могу, поскольку она теперь за границей проживать будет в полном материальном благополучии.
- И мне так Аня намекала... Но велела молчать. Сама знаешь, - мафия. Говорит, как устроюсь, тебя к себе заберу... - Верочка разрыдалась. - Пусть хоть надежда свидеться будет.
Инга прижала её к своему плечу, чувствуя, как намокает от теплых слез её шелковая, сен-лорановская блузка. Она посмотрела поверх собранного на затылке неизменного верочкиного пучка, поверх серванта с рюмочками, олимпийским мишкой, Микки-Маусом... На фотографию семилетних девчушек в костюмах Снегурочки. Как же они раньше-то не сообразили - обняться и поплакать вот так.
- Слушай меня, Вера. Я один раз, может, правду скажу, а повторять не стану... Если уж по-честному, по большому счету, заслужила ты все это - ну, что бывает только в мыльных операх и хэппи-энд называется... А зря все же, что в классике, да и в жизни, непременно все умирают... - Добавила Инга тихо, слушая, как поздно, непоправимо поздно, рыдает над умирающей Травиаттой её возлюбленный. Что за удивительный дар был у этого синеглазого кобеля!
27
Аня узнала эту комнату - она проходила здесь, когда искала выход из особняка. Мигает глазок отопительного прибора, в маленькие окна под потолком едва проникает со двора свет фонаря. И ничего не видно... Несколько толстых спортивных матов в углу.
Ощупав рукой холодный дерматин, Аня села - сильно ныла щиколотка, в голове туман - спасительный туман. Лучше не рваться к ясности. Она пошарила в темноте руками, пытаясь найти какую-нибудь рогожу, чтобы укутать плечи. Почувствовала ткань, потянула...
- Осторожней! Только уснул... - В сторону метнулось чье-то лежащее на мате тело. - Боюсь щекотки!
- Простите, я не заметила.
- Анна?! - Он поймал её руку. - Вот это да!
- Тони! Ты жив?
- Чудом. Кровищи знаешь сколько было? Этот гад меня по ребру шваркнул... Но все о'кей - доктор высокопрофессионально царапину обработал и заклеил.
- А у меня распухла щиколотка. Подвернула ногу, когда с твоего окна к старику спрыгнула.
- Покажи, я знаток.
- Здесь такая темень... - Аня со стоном вытянула ногу.
- Они отключили в подвале электричество, чтобы пленники не сориентировались и не взорвали дом. Но я прекрасно вижу в темноте. Руками. - Пальцы Тони пробежали по её ноге, ощупывая лодыжку. - Это что? - Он потянул подол её атласного платья.
- Рви.
Ткань затрещала. Руки Тони действовали быстро и умело - он бинтовал как заправский медик.
- Так лучше. Какие ещё жалобы, мисс?
- Здесь не жарко.
- А теперь? - Набросив на плечи девушки куртку, парень прижал её к себе. Аня отстранилась.
- Что-то ещё болит?
- Голова, сердце... Я ничего не понимаю. И так сильно ноет в груди...
- Я тоже никак не допру. Ведь это твой дом? Тот самый?
- Да - вилла "Двойник". Похожа на московский дом.
- Кто же запер тебя в подвале? В городе появились коммунисты и срочно национализировали частную собственность?
- Меня запер мой муж... Не знаю... Очень похож на него, но не такой... Совсем не такой.
- Ты не уверена? Может, это действительно двойник?
- Нет... Михаила нельзя подменить - его голос, глаза, руки... Нет. Это был он. Но вроде заколдованный.
- Мистер Джеккил и мистер Хайд? Добренький и злой в "одном флаконе"?
- Да! Само исчадие ада. Это гипноз. Или телекинез? Совершенно очевидно - им кто-то манипулирует.
- Брось... Что он тебе говорил?
- Клялся в любви, но вдруг завелся, рассвирепел и стал требовать медальон. Он решил, что мы с тобой в заговоре и прячем эту штуковину... Грозил, - если не отдадим, меня будут пытать...
- Ну, это ещё мы посмотрим... Я подниму на воздух "Двойника". Ты видишь перед собой, вернее, чувствуешь рядом с собой техника высокой квалификации. Отопительные, газовые системы - моя страсть. Здесь все начинено трубами. Сейчас я найду вентили, немного их сдвину и... - Встав на маты, Тони ощупывал проводку.
- Постой! Тебе не терпится взорваться?
- Надо все предусмотреть заранее. - Тони обшаривал стены. Затем заскрипел в темноте, взобравшись на ящики, и сообщил: - Порядок! Тони Фокс видит на два хода вперед.
- Раз ты такой умный, что-то уже все рассчитал и много знаешь, помоги сохранить жизнь жертве. Скажи, где мой медальон?
- Скажу - вы, мисс, изволили сигануть за борт яхты вместе со своим сокровищем, а когда я вас извлек - цепочки не было... Кроме того, медальон, как я понял, принадлежит Алине и им страшно интересуется мой наниматель.
- Значит, мы должны сказать, что эта штука на дне моря, пусть ищут... Ты же не собираешься оставаться здесь.
- Ни в коем случае... Но я хотел бы кое-что ещё додумать... - Тони развалился на матрасе... - Та-ак... Выходит, этот тип точно твой муж Михаил Лешковский, а ты - Анна - подруга Алины... - Он присвистнул.
- Я ничего не врала тебе с самого начала. Но ты сам все время темнишь. Я до сих пор не знаю, с кем имею честь делить ложе и участь пленницы. Ты не посвящаешь меня в свои планы.
- Заслуженный упрек, мэм. Давай рассуждать вместе... Я буду излагать факты, а ты задавай по ходу дела вопросы. Может, нам удастся свести концы с концами.
- А нас не подслушивают?
- Ха! Да они-то знают больше нас. Вот в чем пока наша слабость... Ложись рядом и сосредоточься. Удобно? Клади голову на мое плечо... Только не усни - для начала придется исповедаться мне. Так... Детство, отрочество пропускаем... Университеты тоже... Начнем с криминала.
Хм... Ты, наверно, уже поняла, что встретила супермена. Но Тони Фокс не родился им - он сделал себя собственными руками... Конечно, я был не без способностей, но... Тебе наверняка встречались закомплексованные, робкие мальчики, которые бегали за тобой, как собачонки. Ты позволяла им таскать свой портфель, подсказывать на контрольных, а танцевать шла с другими...
Такой расклад меня не устраивал. Одним - пироги и пышки, другим тумаки и шишки. Это русская пословица. У меня есть акцент? Не важно... Я решил стать хулиганом, бандитом, подонком. Надо сказать, что дома условий для этого у меня не было никаких - пришлось сбежать. Улица, притон, дансинги, сутенеры, проститутки, карточные шулера - они научили меня жизни.
- А университет?
- Ну, вначале я совмещал, потом меня вышибли. Я украл "мерседес" у директора... Ну, не один, конечно, и не украл... Мы покатались немного... А потом...
- Все удрали и свалили вину на тебя, - догадалась Аня.
- Верно. Но это только начало... Потом я брался за любую работу - мыл посуду, машины, работал в мастерской, воровал, танцевал с пожилыми леди, увлекся картами... И во всем, не скрою, добивался блестящих результатов. Много путешествовал, нигде серьезно не конфликтовал с полицией. В этом городе мне не повезло. Я играл в ночном клубе с двумя ассистентами - это приличный заработок за один сеанс. Нас вычислили, засекли...
- Все убежали, ты остался отдуваться.
- У меня не было другого выхода - хозяин клуба - мой приятель. Досталось бы ему. Дело обошлось штрафом. Деньги я взял у того самого приятеля, а чтобы отдать - помог русским ребятам с перекупкой и перегонкой в Россию подержанных машин. Мне светили десять тысяч баксов.
- Но ребята улизнули, не расплатившись.
- Не угадала - я получил двенадцать - подшустрил, проявил инициативу, провернул аферу с таможней... Потом снял мансарду и затаился - надо было оглядеться, изучить ситуацию. Сижу, питаюсь полуфабрикатами, экономлю на сигаретах, думаю. Пока понятно?
- Абсолютно. Но куда делись двенадцать тысяч?
- А я не сказал?.. Фу... - Тони шумно выдохнул воздух. - Подвернулось одно дело с мебелью. Надо было собрать для перепродажи старое барахлишко... Короче, не важно. Деньги мне пришлось одолжить другу.
- Ни слова больше - я поняла: друг пропал.
- Увы. Ему не повезло. Я решил отдохнуть... Кормлю Кензо молочком, слушаю музыку. Заявляется тип, очень приличный. Вы, говорит, будете такой-то такой-то?
- Ес-с, - цежу сквозь зубы с нью-йоркским шиком.
- Тогда извольте на беседу с моим шефом. Господин Икс хочет предложить вам сногсшибательную работу. Только он сейчас отдыхает и надо на пару часов слетать в Аргентину... Представляешь, а? Ты сечешь, сколько стоят билеты? "На пару часов!" Я бы не возражал прокантоваться там и недельку. Но, увы, говорили мы, действительно, около часа. Вообрази - со всех сторон синий океан, под ногами английский газон, а среди него - эдакий закрученный бассейн, загримированный под альпийское озеро... На столике - только вино и фрукты. Но какое вино! Я настолько обалдел от всего этого и обрисованной перспективы, что только и вякаю: ес, ес...
- Тебе предложили кого-то убить?
- Если бы! Жениться! Причем оформили официально бумаги на предоставление мне титула барона со всеми прибамбасами и землей в Ирландии. Пол миллиона баксов. Затем отвезли меня на известную тебе яхту и сказали: необходимый костюм, цветы, подарки невесте будут доставлены накануне. Надо явиться по назначенному адресу, бракосочетаться, подписаться под документом, в котором я делаю супругу совладелицей титула и собственности, доставить её в аэропорт очень южной страны и - исчезнуть с глаз долой.
- Так ты - барон Роузи?!
- Именно, детка. Мы едва не стали счастливыми супругами. Ты не жалеешь? - Он запустил руку в декольте белого платья.
- У меня есть муж, - отстранилась Аня.
- Ты - вдова. В этом все и дело. Я обалдел, когда ты описала своего супруга, являвшегося, якобы, во сне. У этого аргентинского шефа был точно такой же фейс и голос. Говорил он по-французски и выдавал себя за бельгийца, влюбленного в русскую даму, которую умыкнул у свирепого мужа мафиози, хочет сделать баронессой и вместе с ней исчезнуть с глаз общественности.
- Да, он мне сегодня приблизительно так и объяснил необходимость этого брака... - Но... разве ты не сообразил? Ему нужна была не просто баронесса, а вдова барона Роузи. Тебя должны были убить, Лисица. Этот тип сам признался, что не оставляет свидетелей.
- Подозрение, конечно, было - я же парень ушлый. Выторговал дарственную на эту "Стрекозу" и держал её наготове, чтобы прямо после свадьбы махнуть в Англию.
- Наивно...
- Обижаешь... Разве не я все последние дни вытаскиваю тебя из переделок? У меня есть опыт и ещё - везение.
- Не заметно, - вздохнула Аня.
- А хочешь знать все до конца? Михаил Лешковский - оборотень. Я все понял, прочитав о событиях в Москве. Он подстроил свою гибель и сбежал. А ты убивалась от горя и теперь переживаешь всю эту жуть - обманутая, беременная...
- С чего ты взял?
- Да ты сама сказала... Я даже за тебя все время волновался.
- Увы, после трагедии у меня был выкидыш.
- Обидно... Малыши забавные... Я испытывал к тебе нечто... Думал - все врет, но только не это.
- Я знаю, - перебила Аня, - он устроил этот взрыв. Он сегодня признался и говорил, что берег меня от московских бандитов. Поэтому не предупредил. А теперь хитростью вывез сюда, чтобы снова жениться и скрываться до конца жизни. И все спрашивал о медальоне. А потом начал грозить и превращаться в монстра... Обещал, что меня будут пытать... Зачем я утопила эту проклятую штуку! - Аня саданула кулаком по мату.
- Сволочь! Вот сволочь! - Подбежав к двери, Тони забарабанил по ней. Эй, где вы там, говнюки?
Щелкнул замок, мужской голос осведомился:
- Что надо?
- Зови шефа. Разговор есть.
- Что ты хочешь? - испугалась Аня.
- Торговаться. Заключить сделку. Я в этом деле собаку съел. Ничего не бойся и молчи. Не поддавайся на провокации. Держись за меня, подруга.
28
Яркий свет ослепил обоих. В центре комнаты стоял, держа руки в карманах кожаной куртки Михаил.
- Так значит, медальон утонул? - Улыбнулся он.
- Подслушивали, сэр? Очень осмотрительно сэкономили время. Мы как раз здесь безудержно восхищались вами.
- Хватит молоть ерунду. Где медальон?
- Он сказал правду... Я была не в себе и хотела утопиться. Тони с трудом удалось спасти меня. Цепочка порвалась...
- Так, проясним ситуацию с начала. - Лешковский бросил на Аню торжествующий взгляд. - Он, вот этот сукин сын, должен был убить тебя, крошка. - Сев на какие-то ящики, Михаил забросил ногу на ногу. - Ты хочешь откровений? Ах, как же мы любим лезть в чужую душу, чтобы найти там только одно - чувство обожания и преданности к себе. Изволь, - пора и мне устроить стриптиз.
Я женился из любопытства - мне хотелось узнать, что за штука такая любовь. Сколь долго позволит унижать себя любящая женщина. Еще хотелось помочь освободиться от тебя Карлосу - нас связывали с красавчиком более, чем теплые чувства.
- А разве Вилли...
- Вилли - мелкая сошка, жалкий паяц. Карлос, он же Ларсен, он же Лара - был преданным, пылким любовником. И я не оставался в долгу - устроил его в ансамбль "Техас", потом - в шоу казино. Мы были хорошей парой. Только уж очень он ревновал меня к женушке.
- Неправда! Карлос ненавидел и боялся тебя. Он знал, что ты опасен, что способен на любую подлость и хотел все рассказать мне.
- Не успел. - Михаил траурно склонил голову. - Увы.
- Я знаю, что его убили твои люди. И хотели убить меня!
- Естественно. Карлос со своей любовью и дамскими нервами становился обременительным. А ты - ты просто надоела. Как же мы с Алиной жалели тебя, бедняжка.
- Алина знала?
- Она была моей любовницей, ещё с Женевы. Это её я хотел сделать баронессой Роузи, вернее - вдовой. Простите, я тороплюсь. - Переменил тон Михаил. - Отказываю себе в удовольствии живописать детали. Надеюсь господа, вы вникли в суть?
- Я догадалась, что ты монстр, ещё за ужином... Ведь ты ни разу не пожалел о нашем ребенке. О том, что по существу убил его.
- Медленно соображаешь, малышка. Врожденный дефект. Генетический. Кто бы мог подумать, что вы с Алиной сестры!
- Что?! - Мама никогда не была любовницей Кудякова. Я точно знаю.
- А мои люди откопали вот какие сведения: был в театре некий неотразимый тенор, от которого товарищ Венцова родила дочь, всего на три месяца опередив Ингу Лаури, беременную от того же сексуального гиганта.
- Боже... Алина знала?
- Наверняка. И презирала тебя. Тебя все надувают, чистая моя голубица... Вот Фокс, к примеру. Позвонив по телефону на яхту, я услышал от него, что ты находишься там. И дал вполне конкретное распоряжение - даму убрать, медальон доставить мне. После этого ты и упала в воду, детка... А этот господин явился ко мне торговаться по поводу медальона... Ну, соображай быстрее! Поняла, что к чему?
- Не может быть - он не толкал меня в воду! Я была не в себе и сделал это сама. - Аня в ужасе отшатнулась от стоящего рядом Тони.
- Да что ты соображала? Доктор кормил тебя таблетками, размягчающими мозги. Разве ты мало бредила за эти дни? Разве не бросалась в объятия этого ублюдка, как навязчивая сучка?
- Заткнись, Майкл. - Произнес Тони на чистом русском языке. - Я не могу вызвать тебя на дуэль - дворяне не дерутся с мелкими бандюгами. Но мне доставит удовольствие плюнуть в твою морду. А так же - на твой дерьмовый медальон, что бы он для тебя ни значил. Теперь эта штуковина на дне залива, а я лишь тянул время, уверяя, что спрятал её.
Михаил засмеялся:
- Я ждал, когда ты, наконец, заговоришь на родном языке. Ведь Энн не догадывалась, что имеет дело с соотечественником.
- Тем более - давним знакомым. - Перебил его Фокс. - Помнишь Дворец спорта? На льду - мальчики и девочки. Талантливый фигурист Антоша Грюнвальд влюблен в Анечку Венцову. Он носит её сумки, обмирает, вздыхает...
- Антон?! - Аня смотрела на него во все глаза. - Ты же был совершенно рыжим. Невысоким, робким... Совсем, совсем другим...
- А теперь? - Он взлохматил медные кудряшки.
- Потемнел. И стал убийцей.
- Как видишь, не стал. - Ловко поставив ногой валявшийся на боку бочонок, Тони сел. - Господин Лешковский желает объяснений?
- Думаешь, тебе подыграла судьба, ублюдок? Это ложный выпад, что бы побольнее ударить в спину. Неужели Анна поверит россказням наемного убийцы, только потому, что он носил её коньки?
- Попробую убедить леди. Если меня сейчас пришьют твои гориллы, я бы не хотел оставить Анну в сомнениях. - Бросив на девушку решительный взгляд, Тони возвел глаза к висящему у потолка фонарю и продолжил. - Естественно, я не забыл сестричек Лаури. Вокруг говорили, что они очень походи. Но я замечал только Аню. Ради неё рвался в лидеры, пыжился изо всех сил... Но как может стать наглецом и пройдохой мальчик по фамилии Грюнвальд, что в переводе с немецкого означает Зеленый лес... Нечто гетевское, поэтическое... К тому же - еврейское, в стране интернационального братства. Эх! Вдобавок, после ангины у меня развилась сильная близорукость. Родители - оба врачи - забрали ослабленного ребенка из секции. А скоро мы уехали в Рио. Рио-де-Жанейро - хрустальная мечта Остапа Бендера. Дядька отца, эмигрировавший в Бразилию с родителями сразу после революции, имел там маленькую клинику. Когда заболел раком, вызвал единственного наследника.
Мои родители отдали меня в университет в Штатах - стесняющегося своего носа очкарика с ужасающим английским... Короче: я стал хулиганом и встретился здесь с вами, товарищ. Меня заворожили условия сделки, шеф. Пожалуй, они были слишком щедры - я насторожился. О том, что моей невестой станет Алина, я догадался по фотографии в газете. Вернее, почти узнал изображенную там русскую невесту барона Роузи. Это мне уж совсем не понравилось. "Что-то здесь не так, Фокс. Надо бы разнюхать", - сказал я себе. И накануне свадьбы бродил вокруг виллы "Двойник" в надежде что-нибудь разузнать.
И вот появляется оттуда совершенно невменяемая крошка в плаще на голое тело и в белых шпилечках... Представь, Майкл, ты эстет: эта детка в ужасе бежала от тебя! Кстати, почему ты размахивал над её головой свечой? Мистический обряд обольщения?
- Я присматривался. И тут действительно понял - в моей постели лежит не Алина. Разочарование, отвращение, размышление... Я чуть-чуть задумался, ввязываясь в глубокие внутренние дискуссии: убрать детку или приголубить? И решил - стоит немного позабавиться. - Майкл насмешливо посмотрел на жену. Благодарю, Энн - ты смешная мышка.
- Меня девушка у задней калитки виллы привлекла загадкой: Алина или нет? Я проследовал за ней незаметно до самой набережной... Поливал отчаянный дождь. Девочка спустилась в бар - я туда же. Мы познакомились, выпили, понравились друг другу и я пригласил её на свою яхту. - Тони сделал паузу, ожидая возражение Анны, но она промолчала. - Тут начались чудеса: девушка твердила о призраке мужа, о том, что её перепутали с подругой, что необходимо срочно заявить обо всем в полицию, в Российское консульство и т.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33